Эх, полковник-полковник, и ты купился на красивую внешность! Ладно, приступим к обучению. Я покажу тебе, что красота не снаружи.
– Я стану актрисой… Правда-правда! Я всё время учусь по Интернету. Я уже научилась правильно ходить, – (и убивать, но об этом молчок), – а теперь я учусь вокалу. Вот послушайте.
Петь я никогда не умела, голос был и слух был, но родители считали, что петь имеет право только моя сестра, так что моими слушателями и критиками были лопухи на даче в Сызрани.
Тщательно фальшивя, завыла:
– Уже не мой, а просто бывший. Ты просто бывший и незваный, но всё ещё такой желанный. Ой! – хватаюсь за голову, и наблюдаю за ними.
Они с трудом сдерживаются, что не ржать. Ничего, скоро вы у меня поймёте, что смеётся только последний.
– Вам лучше? – тихо спрашивает Сивый. Удивительный мужик, заметив, что у меня якобы болит голова, он искренне сочувствует.
– Да.
Сивый показывает мне несколько фотографий перстней. Вот уж не знала, что есть столько любителей сочетать такие камни! Все они похожи, черными камнями, но разные.
В огромные гематиты овальной и не только формы врезаны алмазы, иногда по одному, иногда по три, четыре, некоторые изображают какие-то иероглифы, но ни одного с пятью или семью, и нет крестов. Равнодушно пожимаю плечами.
– Похожи, но думаю… – мнусь, размышляя, чтобы такое ещё выкинуть?
Ну, что я за балда! Надо, как самки рыси. Кошки умеют тащиться от самой жизни во всех проявлениях, я начинаю им подражать и рассматриваю маникюр. Его у меня нет, но ногти подозрительно ровные и красивые.
Первый не выдержал Сивый, это и понятно, у него какое-то своё задание, а тут его сюда приплели.
– Надежда, – я, конечно, ноль внимания, он погромче. – Хоуп!
Вздрагиваю и одариваю его улыбкой.
– Я вся в Вашем внимании, – поправляю выскочившую брителечку.
Увы, Сивый от этого только хмурится. Сильный мужик! Ведь опять что-то подозревает, или узнал какие-то движения? Что же он узнал во мне?
Он отодвигается, но спрашивает:
– Вы начали о кольце.
Надоело мне здесь всё до ужаса. Да и пора сваливать и искать учителя по рукопашному бою. Встаю, подхожу к окну. Небо темнеет. Будет гроза. Это хорошо, когда я сбегу, то не оставлю следов.
Вроде они оценили фигуру, можно опять их морочить. Ну-с, держитесь!
– Кольцо? А-а, вспомнила! Я думаю, что она бы не сказала, что такие перстни, которые Вы показали, дорогие.
– Это почему же? – мой бывший попутчик задирает брови.
Зря ты, полковник, женщин тупыми считаешь! Уж в чем, а в драгоценностях, мы асы. Правда, не я, но я учусь!
– Там было больше камней, помнится по рисунку.
– Вот такое? – наконец он выкладывает смятый мной перстень.
– Но это же не кольцо, а какой-то комок! – смотрю ему в глаза, я такая простая, потом пускаю мысль во взгляд. – Ой, я догадалась, оно же сломано!
– Именно! – он внимательно смотрит на меня.
Надо его отвлечь, слишком он наблюдательный, я вцепляюсь в руку врача и начинаю большим пальцем поглаживать его запястье.
– Пощупайте у меня пульс, у меня такое сердцебиение.
Выручай озабоченный! Срабатывает.
– Мне кажется, господин полковник, что ей надо отдохнуть, – сипит местный эскулап.
Ага, не зря я подумала, что он настоящий полковник, а бедный парень-врач, уже готов – в глазах пелена, едва сдерживается от вожделения. Ух ты, всё-таки я вампир! Обаяние так и прёт из меня. Однако на моего волка, это почему-то не действует.
Сивый достаёт фотографии с конференции.
– Никого не узнаете?
Вижу себя прежнюю, и удивляюсь, почему же я была такой неудачницей? Ведь не хуже других была! Хорошая девушка, правда, глаза печальные.
– Нет, – отвечаю максимально равнодушно.
Достаёт пачку ксерокопий, фотографий мужских перстней. Фотографии не из каталога, где просто лежат перстни в коробочках или на столе. На этих фотографиях мужские руки с перстнями.
Моё сердце пропускает удар. Эту руку я помню. Кривой указательный палец, на котором перстень с крестом из алмазов. Эта рука пыталась зажимать мне рот, тогда, в чёрной комнате.
Тьма наплывает на меня и грозится задушить, но я мысленно подмигиваю ей. Помнишь? Мы принимаем бой! Тьма обвивается вокруг меня, как тёплая шаль. Надо собраться и нанести удар. Такой, чтобы, убить.
– Постойте! Вот этот похож на то, что она рисовала.
Седой тревожно смотрит на меня. Это что же, я позволила увидеть мою боль? Нет уж! Я больше не верю воякам, хотя тебе и жаль меня. Подпускаю глупости в улыбку, и он успокаивается.
– Это невозможно! Это фотография перстня крупного владельца ювелирной компании в Китае. Его даже нет в России, – Полковник хмурится.
– Откуда тогда у Вас эта фотография?
Ай! Нельзя было спрашивать. Мой настоящий полковник сразу отодвигается и внимательно всматривается мне в лицо. Приходится исправлять положение, но мыслей нет, и организм помогает мне. Кровь отливает от лица.
Полковник поворачивается к врачу.
– Что с ней, она побледнела?
– Видимо перепад давления. Гроза, – сипит Врач.
– Простите! – всплёскиваю руками. – Я так хотела помочь, но может, Вы мне каталоги покажете? Я как-то не привыкла к таким фотографиям.
– Не волнуйтесь! Нет, так нет. Просто мы скачали с Интернета подборку драгоценностей, похожих на это поломанное кольцо, – Седой уходит.
Обрадовавшись, что мы с ним остались вдвоём, врач щупает мою грудь. Ненавижу таких парнокопытных, но улыбаюсь ему и покачиваю головой.
– Ещё не вечер! – радуйся, что не убила сразу, и тут как жаром окатило, вспомнила, как Логан убил слюнявого Фёдора. Ах, как хорошо, что эта мразь уничтожена!
Врач предпринимает ещё одну попытку. Я бледнею от приступа тошноты, вызванной его действием, и он испуганно отдёргивает руку. Не распускай руки, озабоченный, я могу их поломать! Собственно, почему могу? Поломаю, но чуть позже. Закрываю глаза руками и плачу.
– Мне надо привести себя в порядок.
– Да-да, конечно. Я позже к Вам загляну, – врач смущается и уходит.
Отлично! Значит так, сначала душ. Брр, смыть прикосновения этого недоумка.
Опять смотрю на себя в зеркало. Хороша! Откуда, что взялось? Потом одеваюсь в то, что мне уже почистили и принесли. Хорошо, что брюки – в юбке не полазишь по заборам.
Выглядываю в окно.
Солнце клонится к закату. Небо нереально прекрасное. Чёрная туча с проблесками крови. Природа вся застыла, гроза уже подкрадывается, как зверь.
– Подожди чуть-чуть! – прошу я грозу. – Прошу, не торопись! Я сейчас додумаю всё. Конечно, меня пасут, но как-то же можно выйти отсюда? Ты потом уж разгуляйся, но не сейчас!
Колочу в дверь руками.
Врач вбегает и непонимающе смотрит. Устроила себе рвоту и истерику. Добилась своего, меня вывели погулять в парк. Врач дышит около меня, как астматик, я поглаживаю его руку, чтобы он не терял надежды. Бедный врач, то бледнеет, то краснеет. Пакостник вместо того, чтобы думать о пациенте, он задыхается от похоти.
Как же отсюда удрать? Осматриваю зачуханный парк вокруг здания, и тут вижу лису, которая лезет в дыру под забор. Лиса? Здесь?!
Лиса – это моя удача! Странная какая-то лисица, за каким её сюда занесло? Может у неё здесь нора? Из-за надвигающейся грозы всё размыто, поэтому никак не могу определить размеры моей помощницы. Понимаю, что это глюк, но кажется мне, что это та лисица, которая вывела меня из Новохатки. Лиса оборачивается и в упор глядит на меня, я понимаю всё сразу.
О, Господи! Она помогает мне! Кричу ей:
– Спасибо!
– Что? – врач непонимающе смотрит на меня, но я прижимаюсь к нему бедром, и он перестает соображать, а я осматриваюсь в поисках деталей.
Забор обсажен тополями в два ряда и с той, и с другой стороны. А что, ведь моими предками двадцать миллионов лет назад были обезьяны! Хорошая мысль меня посетила, если нет хвоста, как у лисы, можно иначе заметать следы.
Сижу на лавочке рядом с сексуально озабоченным врачом. Небо стремительно темнеет.
– Гроза. Идёмте-ка назад, там нам никто не помешает! – бормочет парень и пытается вцепиться мне в грудь.
Достал! Пора ему наполнить о долге врача. Говорю жёстко, без всякого сюсюканья:
– Ты что творишь?! Не забыл, что ты целитель, мерзавец?! Ладно живи пока и помни, кто ты! – он обмирает и с ужасом смотрит на меня, потом жалко вскрикивает, когда я сломала ему обе руки, и падает в обморок.
Ой, какая я сильная и справедливая! Интересно, а как Логан пришил Фёдора? Тьфу, я что-то, как влюблённая? Всё об одном, а у меня шестеро уродов на очереди.
Удар молнии.
Всё стало нереально четким, как бы нарисованное тушью. Я рассмотрела дыру под забором и выскользнула через неё. Удивительно, но пролезла. Теперь на тополь, потом аккуратно перелезаю обратно в сад, чтобы вернуться.
Ай!.. С тополями проблема. Я ведь не рассчитала, что ветки у них такие хрупкие. Появился фонарь под глазом.
Ну и ладно! Далеко не стала убегать, чутье говорит, что лучше подождать. Правильно решила!
Суета. Суета!
Врач очнулся и ревёт, как иерихонская труба. А ты как хотел мерзавец? Это просто расплата! На его вопли в парк выбегает толпа, но все в гражданском. Часть мужиков, рассмотрев следы, кидается к дыре в заборе. Один остаётся на стрёме возле неё, другие бросаются бежать куда-то. Надо думать наружу. Кто-то где-то кричит:
– Тревога! Тревога!
Подбежавший Сивый рассматривает стонущего недоумка-врача и разражается ругательствами.
– Ах как она всех обвела вокруг пальца! А ты?! Пpuдypoк похотливый! А я то! Проклятье! Ведь видел, что ты за навоз! Надо бы тебя под трибунал отдать, но ты и сам все понял, негодяй! Ладно, живи пока и помни, кто ты.
Надо же дословно повторил мои слова. Не зря я доверяла ему, обо всём он догадался.
Удар молнии.
Ну, наконец-то, я разглядела полковника поближе, а Сивый-то сед, ему лет пятьдесят. Волосы отливают серебром, но возраст маскирует поджарое тело бойца. Хорош!
Полковник, закончив, ругаться, складывает руки на груди и рассматривает забор и вояк. О! Вспомнила, на кого он похож – на шерифов из американских вестернов.
– Пока, дедуля-шериф! – кричу изо всех сил, чтобы не сомневался, что это я. – Пока-пока!
Он вздрагивает и хрипит в сотовый телефон:
– Сюда! Она здесь! Немедленно охрану в кабинет Майора, – Седой выскакивает на открытое место, сжимая в руках кинжал.
Кинжал?! Странно, он не верит огнестрельному оружию? Батюшки, это что за молния ударила? Чуть ли не с земли. Буквально световая бомба.
Пока полковник обречённо моргает, пытаясь восстановить зрение, я успеваю проскочить в здание.
Там тоже суета. Пришлось воспользоваться стенами, благо дело на них какой-то умник закрепил псевдорамки, в качестве украшения. Бегу по стенам вслед за теми, кого послал Седой, надо же мне побывать в том кабинете.
Оказывается стена – очень хорошая поверхность! Вишу на ней. Я потом подумаю, как это мне удаётся. Хорошо, что здесь высокие потолки, почти четыре метра. Ленивые здесь электрики, лампы горят через одну. В тени меня не видно, да и кому в голову придёт, что я почти под потолком.
Несколько парней с пистолетами в руках почему-то крадутся на цыпочках и настороженно оглядываются, потом открывают дверь в нужный мне кабинет. Наконец-то! Дверь с шумом распахивается. Парни с пистолетами осматривают всё внутри. Что тянут? Неужели не понятно, что меня тут нет? Пока нет.
Батюшки, сейчас свалюсь! Нет, смогла уцепиться за какую-то проводку в трёх точках. Спасибо, предкам обезьянам! Слава Богу, что вояки не смотрят наверх. Там для меня всякие разные очень удобные штуковины – провода, какие-то кнопки, бордюрчик лепной прямо под потолком. Все уходят, а я остаюсь… В кабинете…
Наконец-то могу в спокойной обстановке осмотреться. Хороший кабинет, но спрятаться почти невозможно. Подхожу к столу, на нём валяется бумага, на которой – три адреса. Все обведены красным фломастером и поставлен сбоку восклицательный знак.
Вот мерзавцы! Все мужики – мерзавцы! Ну за что они так не уважают женщин? Это же деза! Но это кабинет Майора, и дело ведёт он, значит…
Ха! Надо же поблагодарить Сивого! Уверена, что это не его задумка, уж он бы не стал так ровно обводить адреса, натура не та.
Не спеша пишу только для него. «Советую заняться фитнесом. Я от бабушки ушёл, а от тебя, Сивый дедуля, тем более уйду», и подпись – Колобок.
Итак, три адреса, один в Тольятти, один в Самаре, один в каком-то Тимашеве, их так аккуратно разбросали, чтобы скрыть что?
Обычно стараясь писать ложь, люди забывают об особенностях мозга. Мы, скрывая информацию, не можем отделаться от того, о чём постоянно думаем. Эти адреса – плохая выдумка, а вот о городах стоит подумать, так как писавший дезу старался отвлечь от реального места и его невольно выдал.
Начнём поиски с Самары!
Всё-таки что-то странное творится у узконосых обезьян вида Человек разумный. Почему-то ни у одного вида млекопитающих у самцов даже мыслей не возникает о том, что самки глупее их? Ведь на них лежит продолжение рода! Почему только у приматов самки – это… Ладно, не будем о грустном!
Так или иначе, но Самары мне не миновать – большой город, спрятаться легко, да и всякие спортивные секции есть. Понятно, что по дороге в Самару меня ждут, значит надо придумать что-то оригинальное. Что же от меня не ждут?
Ага! Придумала!
Настежь открываю окно. Осторожно опускаю стул на другую сторону. Готово! Вылезаю наружу и прыгаю. На клумбе потопталась, надо же им отчитываться, как они шли по следу и почти догнали... Ха!
Чудо какое-то, то ли кровь выпитая, то ли ярость на мужской шовинизм, но я смогла запрыгнуть обратно на подоконник, не оставив следов. Я опять в комнате.
Её, конечно, обыщут, одна надежда на тень. Как хорошо быть худым! С Богом! Я замерла, втиснувшись между здоровенной финиковой пальмой, стоявшей в кабинете и шторой.
Интересно, что это всех вояк тянет на кадки с фикусами и пальмами в кабинетах? Атавизм, что ли? Хотят обратно, так сказать в прошлое рода Homo, на баобабы.
Ну, наконец-то, прибыли. Замираю. Быстрые шаги и проклятья. Это Майор расстраивается! Ну так и думала, потом слышу раздражённый голос Сивого:
– Я же говорил, что она обвела всех вокруг пальца и побывала здесь.
– Не понимаю, как Вы её узнали?!
– Если бы Вы, Майор, не на грудь, а в глаза смотрели, Вы бы тоже узнали. Они у неё, такие же, как у Селима. Ах, какая девочка! Это был бы восхитительный союзник! Жалко, что мы её упустили.
– Да-а! Это я проморгал. Хорошо, что сигнал сработал!
– Сигнал-то сработал, но я не уверен, что она ушла через окно, – полковник настороженно принюхивается (надо же, как волк!). – Она очень умная, девочка.
– Юрий Петрович! Стул же под окном. Это же очевидно. И потом, у двери же охрана! – вопит Майор.
– Да что ей охрана? Вы не забыли высосанного? Я до сих пор не понимаю, как это сделали?! – мой Сивый качает головой и сокрушенно вздыхает.
– Ну, неужели Вы верите в эту чушь, про вампиров? Это тревожный симптом, Юрий Петрович, – и Майор хихикает.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: