В 1973 году на старой территории Рижской автобусной фабрики рабочие получили конверт с красной полосой. Такие письма приходили из ЦК или правительства, и означали они одно - срочный заказ на что-то необычное.
На этот раз требовалось превратить представительскую "Чайку" ГАЗ-13 в карету скорой помощи. Причем покрасить её в черный цвет, без единой надписи и опознавательного знака. Так родился "Черный доктор" - пожалуй, самый странный санитарный автомобиль в истории СССР.
Четвертое управление Минздрава, отвечавшее за здоровье руководства страны, до 70-х обходилось санитарными ЗИМами и ЗИС-110. Но эти машины безнадежно устарели, и рижским мастерам пришлось искать решение.
Серийный седан ГАЗ-13 разрезали, приваривали удлиненную крышу и пятую дверь. Внутри появлялись перегородка, носилки, откидные сиденья и спецсвязь. Окна санитарного отсека плотно закрывали занавесками, а черный цвет позволял "Чайке" не выделяться из правительственного кортежа.
Таких РАФ-ГАЗ-13С собрали от 11 до 20 шт. - точное число до сих пор неизвестно. Каждый экземпляр делали вручную. Масса машины выросла до 3000 кг, задние рессоры пришлось усиливать, но максималка осталась на уровне базовой "Чайки" - 160 км/ч при моторе в 195 л.с.
Когда "Чайку" первого поколения сняли с производства, на смену пришла ГАЗ-14. На её базе в Риге построили всего пять санитарных РАФ-3920 с высокой крышей и мотором в 220 л.с. Пять машин на всю страну. До 175 км/ч, и сотрудники ГАИ имели отдельный запрет на остановку этих автомобилей.
Но самой экзотичной "скорой" для номенклатуры стала "Юность" ЗИЛ-118А. Тот самый микроавтобус, от которого в 1962 году пришел в восторг Хрущев, а в 1970-м Генри Форд II предлагал купить лицензию на его производство.
Уже третий собранный экземпляр (шасси N3) превратили в полноценный реанимобиль. Средняя часть крыши поднималась вверх на кожаных мехах - настоящей гармони, изготовленной на заводе музыкальных инструментов.
Это позволяло хирургам оперировать стоя прямо на ходу. Электрогидравлический подъемный стол, дефибриллятор, наркозные аппараты, электрокардиограф - такого набора в начале 60-х не было ни в одном реанимобиле мира.
Под капотом стоял V8 объемом 6 л. мощностью 150 л.с. с двухступенчатым автоматом от лимузина ЗИЛ-111, а длина машины составляла 6860 мм - всего на 290 мм короче автобуса ПАЗ-652. Таких медицинских "Юностей" первого поколения построили ровно два экземпляра, и один из них обслуживал кремлевскую больницу.
В 1978 году появилось второе поколение - ЗИЛ-118КА на агрегатах лимузина ЗИЛ-114, с мотором в 170 л.с. и максималкой 120 км/ч. За кабиной водителя потолок стационарно поднимался так, чтобы врачи могли стоять в полный рост. Снова собрали два экземпляра.
Испытания показали непригодность машин для ведомственных клиник, и оба реанимобиля отправили в обычные больницы. Один попал на 4-ю подстанцию городской станции скорой помощи, а потом засветился в фильме "ТАСС уполномочен заявить".
Первый санитарный ЗИЛ-114А появился в 1975 году, и один из двух построенных экземпляров по ошибке покрасили в белый цвет. Руководство 6-го цеха на заводе решило, что указание "черный" в техзадании - это опечатка.
Скорая ведь должна быть белой! Потом, конечно, разобрались - черный цвет нужен, чтобы санитарная машина не раскрывала своего назначения при следовании в кортеже.
Позже санитарные версии делали на базе ЗИЛ-4104, ЗИЛ-41045 и ЗИЛ-41047, и все они получали единый индекс ЗИЛ-41042. Суммарно таких машин на легковых шасси собрали около десятка, и каждая обходилась государству в 180 000 руб. За эти деньги можно было купить десяток "Жигулей".
А вот рядовые граждане познакомились с совсем другой необычной "скорой" - финскими реанимобилями Tamro на базе РАФ-2203. Финны брали стандартный советский "рафик", ставили высокую стеклопластиковую крышу и начиняли европейским оборудованием. Красили в яркие желтые и красные цвета по своим стандартам, что резко контрастировало с привычными белыми "санитарками".
Медики называли эти машины "Тамарами" и признавали их превосходство над отечественной техникой. Одна "Тамара" стоила около 40 000 долларов, и к концу 80-х закупки свернули. Шасси оставалось советским и быстро изнашивалось, но начинку берегли: при списании машины всё оборудование перемонтировали на новый "рафик", продлевая срок службы дорогой техники.
К Московской Олимпиаде 1980 года в стране появились настоящие Mercedes-Benz от немецкой фирмы Binz. Над лобовым стеклом у них стояло световое табло со словом "реанимобиль" - и именно эти машины ввели это слово в повседневный русский язык. Один из "мерседесов" работал в Институте Склифосовского и перевозил обычных пациентов, а не чиновников.
Последний санитарный ЗИЛ-118КС сошел с конвейера в мае 1990 года. Шасси N30, обслуживал Центральную автобазу Минздрава в Москве, списан в 1998-м, выкуплен частным коллекционером.
Всего с 1961 по 1994 год собрали не более 100 "Юностей" всех версий - пассажирские, эскортные, санитарные, каждая ручной сборки. Машина, на которую Генри Форд хотел купить лицензию, так и не стала серийной.
А два реанимобиля ЗИЛ-118А с крышей-гармонью от завода музыкальных инструментов и операционным столом внутри до сих пор остаются самыми редкими "скорыми" в истории мирового автопрома.