Начнем с того, что вы могли узнать себя в заголовке, а могли и нет. Не все люди одинаково стыдливы. И вот же парадокс: тем, кому стыд действительно мог бы пойти на пользу (людям хамящим, переступающим границы, игнорирующим тактичность), он, как правило, свойственен в меньшей мере.
Нет, застыдить-то можно любого. Было бы желание и немного фантазии. Но при прочих равных чаще стыдятся люди чувствительные, внимательные к другим, склонные к рефлексии. И для них стыд превращается в разъедающую токсичную эмоцию — ничему не учит, никуда не зовёт, только, знай, прикрикивает сверху.
- Стыдно от того, что просишь помощи
- Стыдно от того, что была слишком откровенна
- Стыдно от того, что показала эмоции: громко расхохоталась или заплакала.
Стыд, который принуждает чувствовать «со мной что-то не так», единственным своим посланием несёт: НЕ ЖИВИ. СПРЯЧЬСЯ. СТАНЬ ПОМЕНЬШЕ.
И в этом месте психотерапия настаивает, что вообще-то жить можно, и даже желательно, а вот прятаться в нору стыда – лишнее,
Проблема в том, что стыд мешает видеть другого человека, когда мы в коммуникации. Все усилия направлены внутрь, а точнее на бесконечный анализ: всё ли я правильно говорю? не слишком ли меня много? насколько я адекватно выгляжу? В итоге вместо встречи мы переживаем внутреннюю самоинспекцию, где внутренний надзиратель в виде стыда отчуждает от других людей и от нас самих.
При этом стыд цепкий. Нельзя просто сказать себе: «перестань уже стыдиться» — своих толстых ног, низких доходов, дурацкого голоса или неумения отстаивать себя. Если человеку обратить внимание на «стыдное» со стороны, он с высокой вероятностью застыдится ещё сильнее. Стыд вообще не любит публичности — он предпочитает нашептывать в темноте и заставлять скрывать поглубже «стыдное».
Токсичный стыд боится подсвечивания его неадекватности. Попробуйте мысленно обойтись с идеей «толстых ног» или «низкого заработка» (или подставьте любой ваш повод для стыда) так, чтобы стыд понял: его здесь не ждут как главного эксперта по вашей ценности.
Стыд не поможет увеличить доходы. И к стройности ног не добавит мотивации. Более того, доказано: любое стыжение внешности проблему усугубляет и не работает во благо устойчивых, безопасных для психики изменений.
Человек развивается не из ненависти к себе, а из контакта с собой. Не из «я плохая, надо срочно исправить», а из «я есть, быть мной – это ок». Стыд говорит: «С тобой что-то не так». Терапия отметит: «С тобой что-то происходит, но с тобой все так». И это огромная разница.
Воевать со стыдом бесполезно, потому что от схватки он только разрастается. Насильно убедить себя, что вам не стыдно, – невозможно: лозунги и аффирмации, как правило, не берут стыд. Вместо этого важно стыд заметить, стыд назвать и стыд выдержать. Позадавать ему вопросы: «О чём ты сейчас? Чего ты меня лишаешь?»
Очень часто под стыдом обнаружится потребность в принятии, в поддержке, в праве быть несовершенной. И если дать себе это право, то постепенно стыд потеряет свою власть. Тогда постепенно нащупается способ жить не из состояния «хочу спрятаться», а из «я есть и это ценно».