Найти в Дзене

Завершаем незакрытые гештальты

Сценарий - это единственное место, где время течёт назад.
Объясню. В реальности мы мчимся вперёд с бешеной скоростью. Секунды падают в пропасть, не возвращаются. Мы не можем остановить мгновение, не можем прожить его иначе, не можем вернуться и исправить. Время - это эскалатор, который везёт только вниз, и никак не забежать обратно. А в сценарии - всё наоборот. Я пишу сцену прощания на вокзале. И пока я пишу, я живу в этом прощании. Я вижу этот серый перрон, слышу этот объявляющий голос диктора, чувствую этот запах угля и дождя. Я могу остановиться на полуслове и спросить героиню: "А что, если ты сейчас не уйдёшь, а повернёшься?". Я могу переписать этот момент десять, двадцать, сто раз - пока он не станет таким, каким должен был быть. Пока не совпадёт с тем самым прощанием, которое когда-то не сложилось в моей собственной жизни. Понимаете? Сценарий - это машина времени. Не та, что уносит в будущее. Та, что позволяет вернуться в прошлое и прожить его заново. Правильно. Честно. Так, как

Сценарий - это единственное место, где время течёт назад.
Объясню. В реальности мы мчимся вперёд с бешеной скоростью. Секунды падают в пропасть, не возвращаются. Мы не можем остановить мгновение, не можем прожить его иначе, не можем вернуться и исправить. Время - это эскалатор, который везёт только вниз, и никак не забежать обратно. А в сценарии - всё наоборот.

Я пишу сцену прощания на вокзале. И пока я пишу, я живу в этом прощании. Я вижу этот серый перрон, слышу этот объявляющий голос диктора, чувствую этот запах угля и дождя. Я могу остановиться на полуслове и спросить героиню: "А что, если ты сейчас не уйдёшь, а повернёшься?". Я могу переписать этот момент десять, двадцать, сто раз - пока он не станет таким, каким должен был быть. Пока не совпадёт с тем самым прощанием, которое когда-то не сложилось в моей собственной жизни.

Понимаете? Сценарий - это машина времени. Не та, что уносит в будущее. Та, что позволяет вернуться в прошлое и прожить его заново. Правильно. Честно. Так, как надо было тогда.

У каждого из нас есть эти "точки невозврата". Разговор с отцом, который закончился ничем. Взгляд, который мы отвели, а надо было смотреть. Слово, которое мы не сказали, и оно застряло в горле на двадцать лет. Рука, которую не пожали в последний раз.
В реальности это не исправить. Там поезд ушёл.

А в сценарии - перрон остаётся навсегда. Можно подойти, сесть на скамейку и дождаться того самого человека. И сказать ему всё. Или промолчать - но теперь это молчание будет значить ровно то, что должно значить.

Я не знаю, есть ли жизнь после смерти. Но я точно знаю, что есть жизнь до жизни - та, которую мы проживаем на бумаге, возвращаясь в свои незакрытые гештальты и давая им наконец завершиться. Поэтому сценарист - это не профессия. Это способ не сойти с ума от необратимости.

Но есть подвох. Если вы просто переписываете свою боль один в один - получается дневник, а не искусство. Никому не интересно читать про вашу маму и вашего отца. Интересно читать про всех мам и всех отцов. Про боль, которая становится общей. Про перрон, на котором стоял каждый. И вот здесь нужен навык. Навык превращения личного в общее. Алхимия, про которую не пишут в учебниках и не рассказывают сценарные гуру.

Как это делается?
Дистилляция. Вы берёте свою самую личную боль. Ту, о которой даже себе боитесь признаться. И начинаете её очищать. Убирать конкретные имена, конкретные даты, конкретные обстоятельства. Оставлять только суть. Только тот нерв, который зазвенит у любого, кто это прочитает.

Маскировка. Вы надеваете на свою боль чужое лицо. Ваш герой - не вы. У него другая профессия, другой возраст, другой город. Но внутри у него болит ровно то же самое. Это позволяет зрителю смотреть на боль со стороны - и одновременно узнавать в ней свою.

Универсализация. Вы ищете в своей уникальной ситуации - архетип. Разрыв с любимой - это не просто "Катя ушла к Серёже". Это "человек теряет того, без кого не мыслит жизни". Такое было у всех. И если вы найдёте эту общую ноту, ваш текст зазвучит для миллионов.

Моя мастерская - это, по сути, школа алхимиков. Мы учимся превращать свинец личной боли в золото общечеловеческого переживания.

Мы не копаемся в психотравмах ради самого копания. Мы ищем в них руду. Ту самую, из которой потом выплавляются истории, заставляющие зал замирать.

Мы не учим "как написать сценарий". Мы учим как переплавить свою жизнь в искусство.

Если вы чувствуете, что в вас живут недосказанные слова, непрожитые моменты, незакрытые двери; если вы понимаете, что ваша память - это не просто архив, а золотоносная жила; если вы готовы пройти этот путь - от стыдливого "это только моё" до смелого "это про всех нас" - приходите.

Мы дадим вам инструменты. Тигель, в котором плавится боль. Формы, в которые отливаются истории. И главное - смелость смотреть в прошлое не с тоской, а с холодным интересом ювелира: "Так, а какой камень можно выточить из этого осколка?".

P.S. Практика "Алхимия". Вспомните один самый болезненный момент вашей жизни. Тот, о котором вы стараетесь не думать. А теперь опишите его в трёх предложениях так, чтобы не было видно, что это вы. Уберите все приметы времени, места, конкретных людей. Оставьте только то, что создает эмоцию - и саму чистую эмоцию: "Человек стоял на платформе и смотрел, как уходит поезд. Он знал, что внутри - всё, что он любил. И он сам решил, что так надо". Получилось? Поздравляю. Вы только что сделали первый шаг от дневника - к литературе. От боли - к искусству. От себя - ко всем.

КУРС "СЦЕНАРИЙ ПОЛНОМЕТРАЖНОГО ФИЛЬМА".
НАЧИНАЕМ через 9 ДНЕЙ! ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ!

Ваш М.