Жизнь продолжается
Не зря говорят, что время лечит. Постепенно обида растворилась в буднях служебной рутины, и я перестал чувствовать себя изгоем. Впрочем, насчёт «рутины» и «изгоя» я, пожалуй, погорячился. Во-первых, с отъездом Игоря на курсы забот у меня кратно прибавилось, поскольку приходилось совмещать две должности, а во-вторых, на деле оказалось, что подавляющее большинство сослуживцев отнеслись к инциденту не как к анекдоту, дающему повод для насмешек и сплетен, а как к проявлению высшей несправедливости. Даже начальник полковой разведки, с которым у меня с самого начала не сложились отношения, счёл нужным проявить солидарность, буркнув на построении себе под нос что-то вроде: «Не бери в голову, братан».
***
С тех пор прошло полгода. Я окончательно освоился в полку, приобрёл двух надёжных товарищей в лице артиллериста Виталия и танкиста Саныча, заработал определённый авторитет и не раз отмечался в приказах. С положительной стороны, разумеется. Казалось, ещё совсем немного, и наступит настоящая белая полоса в моей офицерской карьере, которая на самом деле шла ни шатко, ни валко. С перерывом в пару недель я дважды съездил на беседу к командующему армией по поводу назначения на должность командира батальона. Генерал-лейтенант дважды поздравлял меня с повышением, дважды задавал вопрос, в каких годах и в каком полку я служил за речкой, удивлялся, почему мы с ним там не встречались, напутствовал: «Не подведи меня, капитан», и тут же при мне давал распоряжение кадровику на ускорение процесса. Но время шло, а приказ о назначении так и не поступил. Видимо, что-то сломалось в кадровых механизмах, и оба представления последовательно, одно за другим, исчезли в бездонных недрах армейской бюрократии.
Как-то раз, командир полка задержал меня после совещания, и дождавшись, когда остальные офицеры выйдут из кабинета, произнёс сочувствующим голосом:
- Ничего, капитан. Не срослось с назначением на должность, срастётся, так сказать, по партийной линии. Не зря коммунисты полка выдвинули твою кандидатуру на девятнадцатую партконференцию. Вернёшься - сто процентов предложат на партработу перейти. С таким багажом Военно-политическая академия гарантирована. Тебе, по-моему, тридцать один в этом году стукнет? Верно?
- Так точно.
— Вот видишь? – Почему-то обрадовался командир. – Для Фрунзе уже почти предел, а для Ленинки - самое то. Жизнь продолжается, капитан. Свет клином на командной должности не сошёлся. В конце концов, погоны у всех одинаковы. Что у замполита, что у командира.
- Спасибо, конечно, товарищ полковник, но замполит — это не про меня.
— Это ещё почему? – Насторожился Селихов. – С жиру бесишься? В твоём возрасте харчами перебирать не стоит.
Если не считать моего первого командира полка, для которого младшие офицеры до двадцати пяти лет были воплощением непроходимой тупости и беспробудной лени, с остальными командирами у меня всегда складывались нормальные служебные отношения. Подполковник Селихов не был исключением, поэтому я не стал изворачиваться, а ответил безо всяких обиняков:
- Не хочу со временем превратиться в Сергея Владимировича, товарищ полковник.
- В кого-кого? – Изумился командир. – В какого-такого Сергея Владимировича? В начпо, что ли?
- В него самого. – Кивнул я. – Не знаю как вы, а я вдоволь насмотрелся на политработников в высоких званиях. Про замполитов рот, батальонов ничего плохого сказать не могу. По крайней мере, мне всегда на работящих везло. Но как только …
- Да понял, я понял! – Хохотнув, перебил подполковник. – Ты только при Иване Иваныче не ляпни, а то обидится ненароком. И вообще, капитан. Среди командиров дуболомов тоже хватает.
Сообразив, что утверждение вполне применимо и к его персоне, Селихов поморщился и бросил на меня подозрительный взгляд:
- Чего замолчал? Возразить нечем?
- А что тут возражать? – Пожал я плечами. – Сам не без греха. Иной раз сорвёшься …
- Всё! – Прихлопнул ладонью по столу командир. - Закрыли тему. Собственно, я тебя не для того задержал, чтобы начальству косточки перемывать. Короче. На полк, понимаешь, разнарядка пришла. Предлагают представить лучшего офицера к ордену «За службу Родине». Мы тут посовещались, - хитро улыбнулся подполковник, - и я решил представить тебя. Надеюсь, возражать не станешь?
- Как-то неудобно получается. - Чуть помявшись, ответил я. - В полку без году неделя. Извините, товарищ полковник, но, по-моему, есть более достойные офицеры.
- Кесарю — кесарево, а слесарю — слесарево. – Хмыкнул Селихов. – Ты только в службе не сбавляй, а я сам буду решать, кто чего достоин. Кстати. – Ни с того ни сего озаботился он. – Как тебе новый начальник штаба?
Вопрос, что называется, провокационный. Дело в том, что подполковник Кузьмин два месяца назад ушёл на повышение, а вместо него прибыл подполковник Черышев Владимир Семёнович, который являлся полной противоположностью угрюмому, немногословному Виктору Алексеевичу. Конечно, я мог бы ответить командиру чем-то вроде «Не холопье дело барина судить» или тем же самым «Слесарю – слесарево», но нагнетать обстановку не хотелось, поэтому я решил аккуратно перевести разговор на нейтральную тему.
- Мы тут в своём кругу гадаем, как сложилось у Кузьмина в новом полку. – Произнёс я, стараясь не смотреть на командира, чтобы тот не почувствовал подвоха. – Одно дело в замах ходить и совсем другое - командовать. Ничего не слышали про него?
- А ты не так прост, капитан! – Высокомерно поджал губы Селихов. – Впрочем, дело твоё. Не хочешь отвечать - не надо. Как говорится, ступай себе с миром. Будем считать, прошёл проверку на вшивость. А насчёт Кузьмина я тебе так скажу: погорел наш Угрюмый на новой должности. Здесь я его сдерживал, а там сдерживать некому. За один месяц полк в концлагерь превратил. Подчинённые сначала взвыли, потом подумали-подумали, созвали офицерское собрание и выразили недоверие новому командиру.
- Получается не «погорел», а «подгорел». – Возразил я. – Офицерское собрание, что-то вроде посиделок: ни статуса, ни полномочий. Общественная организация на птичьих правах.
- Много ты понимаешь! – Фыркнул командир. – Статуса нет, а определённое влияние уже имеет. Командующий округом не сможет отмахнуться. Кузьмину повезёт, если одними извинениями перед офицерским коллективом обойдётся. Запросто может неполное служебное схлопотать. Ничего не поделаешь. Перестройка требует жертв. Иди уже. Заболтался я с тобой …
Продолжение следует.
Начало. https://dzen.ru/a/aTZxsYhg_lCirgUU
Предыдущая часть. https://dzen.ru/a/aZTDjuhoVUfNo-uU
Повести и рассказы «афганского» цикла Николая Шамрина, а также обе книги романа «Баловень» опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/