Предыдущая часть:
Утром Алексей выгнал из сарая машину, и они втроём отправились в город. Денис отчаянно зевал на заднем сиденье и не выпускал из рук медвежонка. Лена смотрела на мальчика, и сердце её сжималось от жалости: он казался таким хрупким, слишком маленьким для своего возраста, беззащитным перед жестоким миром взрослых.
Возле банка они разделились. Лена вышла у массивных дверей, а Алексей поехал дальше, на работу. Она заметно нервничала, но всё же решительно прошла внутрь, покосившись на охранника. Тот рассматривал её как-то уж слишком внимательно, даже пристально. Лена мысленно фыркнула от возмущения, но взяла себя в руки и направилась к стойке информации.
Менеджер проверил её паспорт, переписал данные, сверил с договором и повёл в хранилище. Но открыть ячейку Лена не успела. Ещё когда она только заходила в банк, краем глаза заметила, как у входа затормозил большой чёрный внедорожник. Этот автомобиль она не раз видела на парковке больницы. А когда из машины выскочил Глеб с перекошенным от злости лицом и буквально влетел в холл, всё сразу стало предельно ясно. Охранник не зря так пристально её разглядывал — видимо, мгновенно сообщил о её визите кому следует.
— Значит, ключ всё-таки был у мальчишки! — заорал Глеб, преграждая Лене путь и распугав банковских служащих. — Ларка оказалась права, а я ей не верил! Ну ничего, теперь-то я тебя не упущу!
— Вы о чём? — попыталась отойти в сторону Лена, надеясь на защиту охраны. — Мужчина, пропустите меня, пожалуйста.
— Не строй из себя дурочку, — прошипел Глеб, схватил её за локоть и больно сжал. — Ключ давай сюда, быстро, и никто не пострадает. Поняла меня?
— Да что там в этой ячейке такого? — выкрикнула Лена, пытаясь вырваться. — Вы из-за неё готовы на людей бросаться средь бела дня?
— Я из-за неё человека в подвале держу, — усмехнулся Глеб, сверкая глазами. — Какая тебе разница, что там? Ключ отдай и катись на все четыре стороны, пока цела.
— Ой, смотрите, что там! — вдруг выкрикнула Лена, резко приседая и выворачиваясь из его хватки.
Глеб машинально обернулся, и этого мгновения ей хватило, чтобы выскочить на улицу и помчаться по дворям, петляя как заяц. К счастью, паспорт и договор на аренду ячейки лежали в сумке, а ключ был крепко зажат в кулаке. Глеб, конечно, бросился следом, но догнать её не смог — Лена слишком хорошо знала эти дворы и ловко запутывала следы, пока окончательно не оторвалась от преследования.
Она сидела на лавочке в каком-то незнакомом спальном дворе, тяжело дыша, и трясущимися руками набирала номер Алексея.
— Алло, это я, — выдохнула она в трубку, когда он ответил. — Слушай, я в банк сходила, но открыть ячейку не успела. Там Глеб меня караулил, еле ноги унесла. Он прямо в банк ворвался, представляешь? И требовал ключ.
— Ты цела? — встревоженно спросил Алексей.
— Да, вроде да, — Лена перевела дух. — Слушай, ты можешь найти какого-нибудь хорошего юриста? Боюсь, нам нужно срочно узнать, что там с завещанием и со всеми документами. Мне очень не понравилось, что Глеб до сих пор охотится за этим ребёнком. Значит, там действительно что-то серьёзное.
— Есть у меня один юрист, — смущённо ответил Алексей. — Но, правда, её временно лишили статуса адвоката. Уж слишком Марина рьяно боролась за права сирот и собирала доказательства не совсем законными методами.
— А у неё есть связи? — с надеждой спросила Лена. — Может, она нам сможет помочь?
— Я спрошу, — пообещал врач. — Видишь ли, это моя двоюродная сестра. Марина пережила тяжёлый развод и с тех пор защищает только женщин, которые пережили нечто подобное. Ну и с сиротами активно работает, помогает оформлять документы, искать опекунов. Мне кажется, для нашей ситуации она подойдёт идеально.
— Похоже, тяга к справедливости у вас в крови у всей семьи, — улыбнулась Лена, немного успокаиваясь.
— Да уж, мы даже выглядим слегка помешанными на этом, — смутился Алексей. — Ладно, я поговорю с ней сегодня же. А ты пока особо нигде не светись, ладно? Сиди в дачном посёлке, не высовывайся.
— Хорошо, — пообещала Лена и, оглядевшись по сторонам, принялась искать дорогу обратно, чтобы поскорее вернуться к Денису.
Через пару часов, когда Лена уже совершала вторую поездку на автобусе по самому длинному маршруту — лишь бы скоротать время и не маяться без дела, на телефоне высветилось сообщение от Алексея. Прочитав послание, она вскочила с места и бросилась к выходу, едва успев нажать кнопку остановки. Двоюродная сестра Алексея назначала встречу неподалёку от того района, где сейчас кружил автобус.
Вскоре две женщины уже сидели в уютном кафе на набережной, куда Лена раньше никогда не заглядывала. Она с любопытством озиралась по сторонам, отмечая стильный интерьер и вид на реку. Двоюродная сестра Алексея оказалась высокой брюнеткой спортивного телосложения с короткой стрижкой и внимательным, цепким взглядом. Смотрела она серьёзно и прямо, без лишних эмоций.
Они проговорили почти два часа, обсуждая юридические тонкости дела, возможные варианты защиты. Лена рассказала всё, что знала, не утаивая деталей. Марина слушала, изредка задавая уточняющие вопросы и делая пометки в блокноте. После встречи Лену забрал подъехавший Алексей.
Новости от Марины появились только через день, и оказались они весьма неожиданными. Двоюродная сестра Алексея настойчиво требовала личной встречи и вскоре сама приехала на дачу. И не одна, а с женщиной предпенсионного возраста, одетой в недорогой, но опрятный костюм. Незнакомка выглядела взволнованной, постоянно теребила пуговицу пиджака и поглядывала по сторонам.
— Денис, — бросилась она к мальчику, едва переступив порог. — Помнишь меня?
— Конечно, — кивнул тот, внимательно вглядываясь в лицо гостьи. — Вы из опеки приходили.
— Ай, на самом деле меня зовут Валентина Ивановна, — поправила женщина, присаживаясь на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне. — И я действительно представляю орган опеки. Когда Марина начала наводить справки по этому делу, я сама предложила встретиться. Дело в том, что ребёнку грозит серьёзная опасность, и скрывать это дальше нельзя.
— Я кое-что выяснила, — перебила её Марина, доставая из сумки какие-то бумаги. — Бумаги по наследству оформлены таким образом, что без присутствия официально назначенного опекуна никакие сделки с имуществом невозможны. То есть Глебу нужен и Денис, и его бабушка, чтобы получить контроль над всем. А если бабушки не станет, то понадобится человек, которого назначат следующим опекуном. Улавливаете схему?
— А что, по-вашему, может лежать в банковской ячейке? — поинтересовалась Лена, чувствуя, как тревога сжимает сердце. — Раз Глеб так охотится за ключом, там явно что-то очень ценное.
— Предполагаю, что это компромат на самого Глеба, — пояснила Марина, раскладывая на столе документы. — Иначе зачем Татьяне понадобилось бы так тщательно прятать эти бумаги? Возможно, она выкрала их при расставании, а может, получила каким-то другим путём. Важно другое: этот компромат может стать решающим доказательством в суде.
— Но почему она не пустила его в ход при жизни? — задумчиво произнесла Лена, пытаясь понять логику погибшей женщины. — С чем это может быть связано?
— Возможно, боялась, — пожала плечами Марина. — А возможно, считала эти бумаги страховкой на самый крайний случай. Знаете, как последний козырь в рукаве.
— Послушайте, я не для того так долго искала Дениса, чтобы сейчас молчать, — вмешалась Валентина Ивановна, нервно одёргивая пиджак. — Дело в том, что у меня тоже есть связи в определённых кругах. На днях прошёл слух: некий мужчина искал специалиста для изготовления документов. Два заграничных паспорта — себе и ребёнку. Мне показали фото, а на них — Денис и вот этот мужчина.
Валентина Ивановна достала смартфон и продемонстрировала экран. На фотографии действительно были Глеб и мальчик. Лена похолодела. Она мгновенно поняла, к чему ведёт эта информация. Глеб собирался разыскать Дениса и сразу же вывезти его за границу, а уж потом, вдали от российского правосудия, каким-то образом завладеть его имуществом.
— Я готова давать показания в суде, — твёрдо заявила Валентина Ивановна. — Но понимаете, нужны вещественные доказательства. Видите ли, поначалу этот человек и меня умудрился очаровать. Я даже поверила, что он вдовец, хоть и неофициально. Вы в курсе, что Глеб предъявлял мне фальшивую доверенность на представление интересов этого ребёнка, якобы подписанную его бабушкой? Всё выглядело вполне законно, но вот сам мальчик смотрел как-то испуганно, постоянно жался к стене. Я начала тогда тихонько наводить справки, а Глеб, почуяв неладное, сорвался с арендованной квартиры и перестал выходить на связь.
— Вот так просто, — вздохнула Лена. — А когда это случилось?
— Примерно неделю назад, — призналась представитель опеки, отводя взгляд. — Понимаете, мы ведь не частим с выездами, особенно если семья внешне благополучна. У Дениса же не маргинал какой-то в опекунах. Жилищные условия хорошие, продукты в холодильнике есть, одежда чистая. У меня есть семьи на учёте, куда приходится выезжать чуть ли не в противогазе — там реальные проблемы. А тут всё выглядело прилично. Но когда этот Глеб уверился, что я пала жертвой его неотразимости, начал делать странные намёки.
— Это какие? — насторожилась Лена. — Запугивал, что ли?
— Наоборот, пытался подкупить, — усмехнулась Валентина Ивановна. — Путёвки на море предлагал, намёками давил, что достаточно просто немного помочь ему со сменой опекуна. Убеждал, что бабушка Денисом всё равно не занимается, а он, мол, готовый отец. Ну, понимаете, да?
— Да, теперь понимаю, — кивнула Лена. — Кажется, нам нужно срочно спасать законного опекуна, пока не поздно. Скажите, а вы сможете посидеть с Денисом какое-то время? Если нам удастся вызволить бабушку, мальчишке не придётся возвращаться в детский дом.
— Хорошо, подожду от вас новостей здесь, — согласилась Валентина Ивановна. — Давайте договоримся так: оставьте мне адрес, куда вы едете. Если не вернётесь через три часа, я вызову туда наряд полиции. Идёт?
— Я с вами, — решительно заявила Марина, поднимаясь из-за стола. — Всё лучше, чем здесь сидеть и умирать от любопытства. Да и мало ли что, вдруг мои юридические знания пригодятся.
Вскоре вся троица уже грузилась в машину. Решили ехать на более вместительном и мощном автомобиле Марины — на случай, если придётся быстро уходить или кого-то транспортировать. Валентина Ивановна осталась на даче с Денисом. Она всё ещё выглядела встревоженной, но, кажется, немного успокоилась после того, как проводила их взглядом.
Мощный внедорожник преодолел путь до деревни достаточно быстро, так что через час с небольшим они уже притормозили возле единственного уцелевшего дома на окраине. Остальные здания представляли собой живописные руины в разной стадии разрушения — заколоченные окна, провалившиеся крыши, заросшие бурьяном участки. Лена поёжилась, ощутив безысходность, которой здесь веяло от каждого покосившегося забора.
Они выбрались из машины и осторожно направились к дому. Забор отсутствовал как таковой — пара покосившихся столбов с остатками сетки-рабицы.
— Куда это вы собрались? Я что-то не припомню, чтобы приглашал гостей, — раздался насмешливый голос.
На пороге стоял Глеб, и в руке у него тускло блестел пистолет. Он смотрел на них с кривой усмешкой.
— Или решили сами, добровольно, вернуть мне мальчишку и ключ? Как благородно.
— Нас, вообще-то, трое, а ты один, — мрачно ответил Алексей, делая шаг вперёд. — Думаешь, справишься со всеми?
— И что вы предлагаете? — ухмыльнулся Глеб, поигрывая оружием. — Я не собираюсь просто так отказываться от наследства. Слишком много сил вложил.
— Отпусти его бабушку, — потребовала Лена и, неожиданно для самой себя, шагнула в дом.
Глеб попятился, но пистолет не убрал, целясь куда-то в район живота. Вслед за Леной внутрь ринулся Алексей. Марина на мгновение замешкалась у машины, видимо, оценивая обстановку, но потом тоже бросилась к двери.
В тесных сенях старого дома завязалась настоящая потасовка. Алексей пытался вырвать у Глеба пистолет, тот отбивался, матерясь сквозь зубы. Лена тем временем распахивала комнаты одну за другой, но нигде не было и следа пожилой женщины.
Глеб, собравшись с силами, резко оттолкнул Алексея и прорвался к Лене, грубо схватив её за руку.
— Попалась, — прошипел он, дыша перегаром.
Лена попыталась вырваться, но силы были слишком неравны. И в этот момент раздался резкий треск. Глеб вдруг выпустил её руку и рухнул на пол как подкошенный, мелко подёргиваясь.
Лена подняла глаза и увидела Ларису, ту самую фальшивую соцработницу. В руке у женщины был электрошокер, который она всё ещё держала направленным в сторону поверженного противника. Лариса, видимо, выследила их от самой дачи и теперь решила действовать самостоятельно. Она недобро усмехалась, переводя взгляд с Лены на Алексея.
А где-то за спиной Лены, за последней оставшейся закрытой дверью, послышался тихий, едва различимый стон. Лена поняла: пожилую женщину держали именно здесь. Она рванула ручку на себя.
— Стоять! — заорала Лариса, взмахивая электрошокером. — А то сейчас и тебя приложу, не посмотрю!
— Что тебе надо? — Лена обернулась, чувствуя, как внутри всколыхнулся праведный гнев. — Спасибо, конечно, что помогла, но дальше я сама как-нибудь разберусь.
— А кто тебе сказал, что я помогала? — Лариса хмыкнула и поиграла бровями. — Я просто устранила конкурента, дурочка. А теперь давай сюда ключ и бумагу на ячейку. И тогда, возможно, все останутся живы. Обещаю.
— Не отдавай ей ничего, — раздался из-за приоткрытой двери слабый, но твёрдый голос.
На пороге комнаты показалась очень худая, измождённая женщина с глубоко запавшими глазами и трясущимися руками. Она опиралась о косяк, чтобы не упасть.
— Я бабушка Дениса, Галина Викторовна, — представилась она, с трудом ворочая языком. — Скажите, он жив? Мальчик мой... с ним всё хорошо?
— Да-да, — поспешила успокоить её Лена, делая шаг навстречу. — Он в безопасности, мы его спрятали. Мы вас спасём, не бойтесь.
— Ишь, размечтались! — злорадно усмехнулась Лариса, направляя электрошокер на старуху. — А ну марш обратно в комнату, старая карга! Нечего тут командовать.
В этот момент Глеб, который с трудом, но всё же сумел подняться на четвереньки, с рычанием бросился на спину Ларисы. Удар пришёлся ей в плечо, и она, не удержав равновесия, вместе с ним пролетела несколько метров вперёд — прямо в ту самую комнату, где до этого держали бабушку.
Галина Викторовна не растерялась ни на секунду. С неожиданной для её состояния резвостью она протолкнула похитителей внутрь и захлопнула тяжёлую деревянную дверь. В замок с лязгом повернулся ключ, торчавший снаружи.
— Пускай посидят, подумают о своём поведении, — выдохнула она, обессиленно приваливаясь спиной к двери. — Меня, как я уже сказала, Галиной Викторовной зовут. А ты, стало быть, Лена? Мне Денис о тебе рассказывал, когда мы через дверь переговаривались.
— Да, — кивнула Лена, подхватывая женщину под руку, чтобы та не упала. — Господи, какое счастье, что вы живы. Кажется, наследство вашей дочери всё-таки достанется тому, кто действительно его заслуживает.
— Ох, деточка, нам вас сам Бог послал, — Галина Викторовна разрыдалась, уткнувшись Лене в плечо. — Я уж и не чаяла выбраться из этого ада.
Вскоре во дворе деревенского дома раздались пронзительные сирены скорой помощи и полиции. Валентина Ивановна, вопреки уговору, не стала ждать три часа, а вызвала наряд уже через шестьдесят минут после отъезда Лены, Алексея и Марины — и, как выяснилось, оказалась совершенно права. Злоумышленников нейтрализовали и увезли в наручниках, а вот Галине Викторовне потребовалась серьёзная медицинская помощь: обезвоживание, истощение, ушибы и сильнейший стресс.
Началось масштабное следствие. Глеб, пытаясь выторговать себе более мягкое наказание, не стесняясь сдавал всех своих подельников. На первом же допросе он выложил имена пособников, включая старшую медицинскую сестру из больницы Светлану Борисовну, которая помогала ему с фальшивыми документами и информацией о пациентах. Против неё завели сразу два дела: о хищении медикаментов в особо крупном размере и о заведомо ложном доносе.
Лена, по совету Марины, подала отдельный иск о защите чести и достоинства против бывшей начальницы. Решившийся на оговор бывший муж Игорь тоже стал фигурантом дела как лжесвидетель. К счастью, он отделался лишь лёгким испугом и внушительной компенсацией морального вреда, которую выплатил Лене, умоляя простить его за все прошлые обиды.
Теперь Лена жила в квартире Алексея. Совместные приключения, опасности и общая цель невероятно сплотили их. Она вернулась на работу в ту же больницу — новое руководство, сменившее дискредитировавшую себя Светлану Борисовну, с радостью приняло опытную медсестру обратно.
К тому времени Галина Викторовна уже выписалась из больницы и окрепла. Женщина решила уехать с внуком к себе в родную деревню, подальше от городской суеты и страшных воспоминаний. Денису предстояло длительное восстановление после пережитого, поэтому на судебные заседания он не ходил — интересы семьи представляла Марина. И она осталась более чем довольна, когда похитители получили солидные сроки за свои преступления.
— Волкова, к тебе там пришли, — крикнула Лене коллега, проходя по больничному коридору. — В холле ждут.
— А кто? — поинтересовалась Лена, поправляя халат. — У нас тут запарка, я вроде никого не жду.
— Да вроде муж, — неуверенно ответила та и скрылась в одной из палат.
— Ещё не муж, но очень надеюсь, что скоро им стану, — раздался знакомый голос.
Лена обернулась. Алексей стоял в проходе, смущённо улыбаясь. В руках у него был небольшой букетик полевых цветов.
— Выходи за меня, — сказал он просто и протянул цветы.
Лена почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Она открыла рот, чтобы что-то ответить, но тут из палат неожиданно высыпали пациенты и коллеги. Кто-то зааплодировал, кто-то радостно засвистел, создавая невообразимый шум в обычно тихом отделении.
Алексей смотрел на неё так трогательно и нежно, что Лена вдруг поняла: этому человеку можно верить. Она протянула руку и почувствовала, как на безымянный палец скользнуло, чуть царапнув кожу, тонкое помолвочное кольцо.
Спустя несколько месяцев они поженились — тихо, без пышных торжеств, в кругу самых близких. Ещё через год у них родилась малышка, которую назвали Таней — в честь мамы Дениса, чья предусмотрительность и смелость помогли разоблачить преступников и спасти семью.