Спустя два дня султан Мехмед отправился на охоту в леса Эдирне - рассвет окрасил реку Тунджа в розовый цвет, рога протрубили, кони заржали в предвкушении.
Повсюду светло - серым покрывалом стелился лёгкий туман.
Беркан, верный хранитель покоев, и Фазыл Ахмед-паша, великий визирь, ехали за падишахом - янычары скакали эскортом, копья сверкали, как роса на паутине.
Погода стояла прекрасная: осеннее солнце пробивалось сквозь кроны, лёгкий ветер нёс запах преющей листвы и хвои.
Лес шуршал опадающей листвой под копытами - олени попадались один за другим, меткие стрелы находили цель.
Добыча была удачной: туши благородных зверей грузили на мулов, визирь ликовал, Беркан нёс рога.
Султан Мехмед и его окружение пребывали в прекрасном настроении - смех гремел, копья сверкали в руках ловких охотников.
- Леса Эдирне щедры, как империя в лучшие дни, - молвил Мехмед. - Пусть удача перейдёт династии!
- Аминь!, - понеслось между мужчинами.
К вечеру, когда солнце Эдирне начало клониться к закату, султан Мехмед и его окружение вернулись во дворец - мулы гружённые тяжелыми трофеями с трудом передвигали ноги, янычары трубили победу, пыль оседала на флагах.
Султан спешился первым, Беркан принял уздечку, Фазыл Ахмед-паша поклонился
- Повелитель, день удался - леса благословили вас и поднесли дары.
- Да будет угодно всевышнему - не в последний раз, - довольно ответил султан…
Дворец ожил: в саду слуги разжигали очаги для пира, олени целиком жарилось на вертелах, извергая аромат жареного мяса.
Валиде Турхан пошла в султанские покои поздравить сына - глаза её искрились гордостью, гарем шептался о добыче.
Мехмед, сияющий, поблагодарил мать и пообещал ей золоченые рога оленя.
Факелы зажглись, пир начался в дворцовом саду под звёздами.
Во время пиршества в саду Эдирне, где ароматы жареного оленя мешались с дымом курений, валиде Турхан склонилась к Айше, сидящей у её ног на бархатной подушке.
Тихо, чтоб не услышали другие фаворитки, она молвила
- Готовься к ночи с моим львом. Возможно именно тебе предстоит укрепит династию.
Зеленые глаза Айше вспыхнули, сердце забилось усиленным ритмом.
Но надежде не суждено было сбыться.
Когда Айше подошла к султанским покоям, чернокожий евнух остановил её и шепнул
- Постой, туда нельзя, там Гульнуш-хатун. - Повелитель позвал её.
Айше вернулась в гарем и предалась горю - слёзы катились по щекам, служанки молчали.
- О, всевышний, - прошептала Айше. - Почему Гульнуш-хатун? Почему не я? Неужели повелителю я совсем не дорога? Гульнуш вновь не даст мне житья в гареме, станет лить яд на мои раны…
На следующий день в гареме, где мелодично журчали фонтаны и плелись интриги, Айше как ни в чём не бывало шла по мраморным коридорам, изумрудный браслет, подарок валиде, тускло мерцал на запястье.
Её окликнула Гульнуш-хатун.
Она стояла неподалёку от золотого пути, рука на животе, глаза полны яда и триумфа.
Гульнуш-хатун погладила живот и мечтательно произнесла
- Я уверена, что понесла этой ночью - родится наследник, крепкий шехзаде. Династия продолжится, неся мою кровь.
Айше устояла, улыбнулась, сквозь желание закричать от боли
- Поздравляю, Гульнуш-хатун, Аллах непременно дарует плоды и во дворце наконец раздаться долгожданный плач младенца.
Гульнуш усмехнулась
- Твои зелёные глаза не помогли тебе - султан верен мне, а ты.. - очень скоро отправишься во дворец слез. Хотя может быть тебе подберут жениха и ты станешь женой престарелого паши.
Ответить Айше не успела.
Крики Сулеймана-аги заставили замолчать всех - голос его прогремел как пушечный выстрел
- Дорогууу!!! Султан Мехмед Хан Хазрет Лери!!!
Гарем замер, фаворитки и все девушки встали у стены, склонились в поклоне.
Гульнуш и Айше заняли место среди девушек и молча ожидали, когда падишах пройдёт.
Султан Мехмед прошёл мимо - взгляд его скользнул по стройному ряду и на миг задержался на Айше.
Сердце Айше забилось, как птица в клетке.
Гульнуш молча усмехнулась, кинув взгляд на Айше.
Айше сдерживала глубоко в себе слёзы, но воля крепла.
Султан Мехмед скрылся с глаз, шаги его затихли в коридорах Эдирне, и Айше повернулась к Гульнуш-хатун - зелёные глаза вспыхнули вызовом, но ответила она ровным и спокойным голосом
- Твоя беременность станет великой радостью для Султана Мехмеда, хатун, а это значит, и для меня. Я полюбила его всем сердцем, и его радость - моя радость.
Улыбка сошла с лица Гульнуш-хатун, щеки побелели от гнева - она приблизилась, прошипев в лицо Айше
- Змея! Ты лжива насквозь! Я докажу это повелителю!
Гульнуш сорвалась с места, шелка её взметнулись вихрем, и она ушла, оставив эхо ярости в гареме.
Айше стояла неподвижно, сердце колотилось, но в душе теплилась надежда, что беременности не будет.
К Айше подошла Фюлане-калфа, главная смотрительница гарема, и тихо прошептала
- Будь осторожна, Айше-хатун, Гульнуш-хатун может легко избавиться от тебя - её когти остры, как ятаганы янычар.
Айше с удивлением посмотрела на калфу, зелёные глаза прищурились
- Зачем вы волнуетесь за меня, Фюлане-калфа? Я знаю, что все здесь мечтают лишь о моей ссылке в старый дворец. Я не поверю, что вы являетесь исключением.
Фюлане-калфа отвела Айше в укромный угол гарема, где журчащий фонтан заглушал слова
- Мне всего лишь жаль тебя, хатун - юную, с огнём в глазах, против Гульнуш-хатун, что ловко сплетёт паутину против любого.
Айше выпрямилась и гордо посмотрела в глаза калфы
- Мне не нужна жалость, но от помощи не откажусь. Расскажи, как Гульнуш-хатун завладела сердцем султана Мехмеда - секреты её побед.
Фюлане-калфа кивнула
- Позже я расскажу тебе, хатун, сейчас мне необходимо идти.
Айше пошла в свои покои, наряд из тёмного шелка шелестел, как листва под ветром, а на губах играла улыбка - тонкая, хищная.
На самом деле рассказ Фюлане-калфы об Гульнуш был ей не нужен - юная фаворитка уже раскинула свои сети интриг.
Айше было необходимо обзавестись сторонниками и первой будет Фюлане-калфа.
Ей известно все, от шепота служанок, до трещин в броне валиде Турхан.
Зелёные глаза Айше блестели
- Сейчас в сердце Султана Мехмеда Гульнуш-хатун, но очень скоро её место займу я, - алчно прошептала Айше, скрывшись в своих покоях…
Вечер опустился на Эдирне плотным покрывалом, факелы мерцали в дворцовых коридорах.
Айше сидела у окна в своих покоях, сердце сжималось от тоски.
Султан Мехмед вновь не присылал за ней - чернокожий евнух прошёл мимо её покоев и пригласил на хальвет Гульнуш-хатун.
Но Айше старалась не унывать, верить изо всех сил: зелёные глаза её горели в полумраке, пальцы теребили изумрудный браслет от валиде
- Он будет моим, - шептала она зеркалу. - Ночь, когда мы с повелителем навсегда сомкнем объятия уже близка. Победа достаётся терпеливым.
Уснула Айше лишь под утро, когда тени Эдирне слились с её тревогами, а проснулась она от голоса служанки
- Просыпайтесь, Айше-хатун, солнце уже вовсю светит над дворцом.
Айше села в постели, сонно потянулась, волосы рассыпались по плечам
- Я видела во сне большую чёрную птицу высоко в небе. Она парила и не желала спускаться на землю.
Служанка округлила глаза
- Птица во сне - жди вестей, хатун, в исламе они несут радость или предупреждение от Аллаха.
Айше печально вздохнула
- Хороших вестей ждать не приходится - султан Мехмед провёл ночь с Гульнуш-хатун, и теперь она будет говорить об этом на каждом шагу. Иди, неси завтрак, Гюльбахар, - приказала Айше служанке.
Задумчиво смотря перед собой, Айше пробормотала себе под нос
- Очень надеюсь - чёрная птица к добрым вестям. Дурных вестей достаточно, чтобы утонуть в них.
Айше повернулась на звук открывающихся дверей и увидела Гюльбахар с подносом: аромат чая и лепёшек плыл по покоям.
- Я не видела сегодня Хатидже, где она, Гюльбахар?», — спросила Айше об второй служанке, потирая виски после беспокойного сна.
Гюльбахар поставила поднос с завтраком на столик - финики, сыр, мёд, золотились в утреннем свете - и ответила
- Хатидже скоро придёт, хатун.
Айше присела за столик и начала есть завтрак, аппетит разыгрался с первым глотком ароматного чая.
В покои вошла Хатидже и подошла к завтракающей фаворитке
- Айше-хатун, Султан Мехмед с первыми лучами солнца покинул дворец и отправился на охоту с Фазылом Ахмедом-пашой.
Айше удивилась, ложка замерла
- Но как же так? Ведь в его покоях этой ночью была Гульнуш-хатун.
Хатидже развела руками
- Султан отослал её обратно в гарем до полуночи, Гульнуш-хатун провела ночь в своих покоях, одна.
Айше ликовала глубоко в себе - сердце запело, чёрная птица из сна обернулась союзницей.
Лицо её оставалось спокойным, но глаза горели: счастье Гульнуш-хатун растаяло, как утренний туман над лесом…
Султан Мехмед на охоте, в чаще лесов Эдирне, натянул тетиву.
Раненный олень упал со стрелой в боку, кровь алела на опавших листьях.
Вдруг из зарослей вышла девушка - юная, в простом платье, с корзиной ягод, глаза её, как ясное небо, встретили взгляд повелителя.
Лес зашумел, Фазыл Ахмед-паша и Беркан замерли позади.
Олень затих, но был жив и девушка, дрогнувшим голосом, попросила
- Позвольте мне забрать дитя леса себе, окажите милость.
Мехмед опустил лук, сердце дрогнуло - не фаворитка гарема, а лесная нимфа, манящая свободой
- Кто ты, красавица?, - спросил он, кони фыркали, янычары насторожились.
Добыча забылась и лес будто стих и затаил дыхание.
Султан Мехмед спешился с коня у раненого оленя, не глядя на взволнованные взгляды стражи.
Он подошёл к девушке, юной и дикой, как осенний цветок, - её красота заворожила: волосы цвета мёда, глаза цвета неба в ясную погоду, простое платье с пояском.
Девушка отшатнулась назад
- Нет, не подходи, - попросила она.
- Я не стану приближаться, обещаю тебе.
Девушка улыбнулась и качнула головой.
Султан Мехмед сел на коня и широко улыбнулся, выказывая этой улыбкой все свое тепло
- Я повелитель мира. Стань жемчужиной моего гарема, красавица - империя расцветёт от твоего света.
Но девушка отказалась, мягко улыбнувшись
- Лес - мой дом, повелитель. Моя свобода дороже шелков и камней.
Красавица склонилась к оленю и зверь поднялся.
Они вместе скрылась в чаще, шорох листвы унёс их силуэты.
Султан Мехмед был очарован - всю дорогу до дворца хранил молчание, вспоминая лесную красавицу, сердце билось чаще копыт.
Охота забылась, все фаворитки померкли, а стража шепталась: воля Аллаха или новая интрига?...