Предыдущая часть - здесь: почистив за собственные деньги два деревенских пруда, мы взялись за очистку третьего водоема, который, между собой, мы называем "Школьный пруд".
Школьный пруд – это небольшой водоем площадью около сорока соток, который получил свое название от близкого расположения к деревенской школе, в настоящее время уже не существующей. Все свое детство и юность я ловил здесь карасей – однако, в начале двухтысячных пруд начал быстро зарастать, заболачиваться и, вскоре, по своему виду стал мало чем отличаться от Селькиного пруда, очистку которого мы только завершили. Единственное, чем он еще привлекал к себе народ – это, по-прежнему, обитающими в нем карасями. Конечно, регулярные зимние заморы поубавили количество рыбы, но, все же, рыбалка была интересной, если удавалось найти место в густых водорослях для заброса приманки, и карась в тот день не «капризничал».
Кстати, именно со Школьного пруда началась еще одна важнейшая история в моей жизни, которая во всех подробностях описана в моей книге «Карпы в бесхозном пруду: секретный эксперимент». Отдельные ее главы вы можете почитать здесь же, на моем канале.
Собравшись с самыми активными жителями, мы решили начать подготовительные работы: так же, как и на Селькином, необходимо было удалить и сжечь сухостой и, прокопав плотинку пруда, спустить воду. Этим мы занимались, пока в администрации готовилось разрешение на очистку – все коряги мы распилили и сожгли быстро, но снизить уровень воды удалось лишь немного. Водоем, в отличие от Селькиного пруда и Карьера, не имел обширных мелей, поэтому вода лишь отступила от его берегов метра на два, оставшись по всей его центральной части. Тогда один из жителей предложил откачать ее мотопомпой, которая имелась в его хозяйстве.
Так мы и поступили – мотопомпа работала почти все следующие дни, а около нее дежурил кто-то из односельчан. Уровень воды потихоньку уменьшался, и к приезду экскаватора вода осталась лишь в самой глубокой части пруда, у плотины.
Машинист аккуратно съехал на дно в самом пологом его месте и, прощупав ковшом его прочность, начал потихоньку заезжать дальше. Вот уже почти скрылись в жидкой грязи гусеницы экскаватора, а он все полз и полз, прямо на середину. Я, признаться, немного затаил дыхание – на Селькином мы один раз так увязли, что машинист едва смог вытянуть экскаватор из топи, погрузившись в нее чуть ли не до кабины… Наконец, экскаватор остановился, и машинист начал работу – вот тут-то я и понял, почему он так безбоязненно зашел так далеко. Даже издалека слышно было, как ковш, погружаясь полностью в ил, потом ударяется о плотный грунт.
Однако, из-за ограниченной длины стрелы экскаватора невозможно было выкладывать грунт с середины сразу на берег. Вдобавок, будучи насыщенным водой, он не лежал горой, а расползался во все стороны, поэтому сразу требовалась его перекладка. Почти все берега Школьного пруда были высокими – мне рассказали, что, когда его давным-давно чистили, вынутый грунт оставили прямо у кромки воды, не тратя время и деньги на его разравнивание. Спустя десятилетия это дало о себе знать – вынутый из пруда жидкий ил все время сползал обратно, поэтому машинисту даже пришлось снова вывести экскаватор на берег и уменьшить его высоту. Глядя на эти дополнительные работы, занимающие уйму времени, я понял, что на очистку Школьного пруда будет затрачено гораздо больше денег, чем на Селькин. Вместе с тем, экскаватор спокойно ползал по всей площади дна, поэтому неочищенных зон на этом пруду остаться не должно.
Так оно и вышло… Не буду подробно описывать ежедневную работу машиниста – все было почти точно так же, как и на предыдущих двух водоемах. Единственное, что помешало – это двухдневный ливень, который подлил в пруд водички и насытил ею и без того жидкий грунт.
Через четыре дня работы жители, собиравшие деньги на очистку, пришли ко мне расстроенными и сообщили, что средств хватит еще на полдня, а потом – все, на этом работы надо заканчивать. Я опешил – как же так? Ведь, несмотря на то, что некоторые организационные вопросы по очистке именно этого водоема решались без моего участия, документы-то оформлял я, а в них, как я уже рассказывал, четко прописано, что вся ответственность за результат лежит только на мне, и что, по окончании работ, никаких куч ила по берегам быть не должно. А здесь, на тот момент, все берега были завалены сотнями кубов вынутого грязного грунта, на перемещение и разравнивание которого, явно, уйдет еще целый день!
Признаюсь, я и не знал, что делать… Понимал, что нельзя оставить пруд в таком виде, нечего было тогда все это и затевать! Однако, даже простой подсчет показывал следующее: примерно четверть дна еще не очищена – значит, еще один день, минимум, на это, точно, потратим. Плюс день на выравнивание берегов. Значит, нужно еще два дня – а это более сорока тысяч! Где их взять?!
К счастью, доход с моего канала на Ютубе за предыдущий месяц за счет высокорейтинговых роликов про очистку водоемов, снова оказался выше среднего и я, понимая, что и Школьный пруд мне отплатит тем же – не сейчас, так в следующие месяцы, я рискнул… Спасибо и зрителям – мне на карту снова стали поступать переводы, в том числе, и от совершенно незнакомых людей: я их в каждой серии благодарил, показывая списком фамилии и имена на фоне работающего экскаватора. Тогда, не посвящая свою родню во все тонкости этого невиданного доселе дела, я втихаря снял с карты нужную сумму, уйдя, таким образом в колоссальный «минус».
Тем временем, ребята, еще раз обойдя соседей, собрали тысяч около десяти. Ладно, хотя бы что-то… Дождь прекратился, снова потеплело, и работа пошла веселее. К тому же, как оказалось, в этом участке пруда толщина слоя ила была гораздо меньше – наверное, все же часть его постепенно уползла в те зоны, где в то время работал экскаватор. Поэтому дно мы доделали даже чуть быстрее, чем я ожидал.
Кстати – я совсем не сказал, что почти все поголовье рыбы нам удалось сохранить, и вот как. После откачки воды, ее небольшая часть все же осталась в самом низком месте – и там огромной стаей стояли ротаны и караси! В течении дня никто не смел сунуться туда с сачком или еще с какими снастями, хотя желающие были. А ночью за прудом следил человек, охраняющий экскаватор. Поэтому, если кто-то и смог втихаря набрать себе рыбки, так без особого ущерба для рыбного поголовья пруда. Когда была сделана примерно половина дна, то перепад уровня составил более метра между очищенной и заиленной частями. Машинист аккуратно прокопал между ними канаву, и вся вода стремительным потоком пошла в очищенную зону, захватив ошалевшую от перемен, рыбу. Вскоре она плавала, как ни в чем не бывало, уже на новом для себя месте, хотя, и в том же пруду.
Когда, наконец, дно было очищено полностью, машинист принялся за планировку берегов. На участке длиной, примерно, в треть от всей береговой зоны, это было сделано быстро – поднятый жидкий ил, расползаясь, уже сам заполнил все береговые низины, накрыв, вдобавок, и весь мусор. Оставалось его только чуть подровнять ковшом – ушло на это не более получаса. Дальше начались проблемы – грунт лежал такими огромными горами, что распределять их на месте не получалось, поэтому его пришлось откладывать еще дальше, на всю длину стрелы экскаватора. Получалась широченная полоса, которую теперь тоже надо было ровнять ковшом. С этим мы провозились вплоть до приезда трала – и, к сожалению, в одном месте грунт так и остался лежать горой. Но ничего поделать было уже нельзя – технику у нас забирали, поэтому я решил доделать это тогда, когда снова удастся подкопить денег. Для этого уже не требовался такой мощный экскаватор – достаточно было бы нанять тот же JCB, который своим ходом и приедет: вон он как ловко зимой на Карьере кучу грунта с пляжа перевез!
К сожалению, почищенный пруд не производил впечатления на пришедших посмотреть на результаты работы, односельчан. Воды в нем набралось меньше метра, так как никакого притока ее не было, и пополнялся он в те дни только лишь за счет открывшихся родничков. Я потом по отметке засекал – прибывала она, примерно, по два сантиметра в день. Я надеялся на ливни, но – нет, снова установилась жара и засуха, которая затянулась почти до осени. В это же время и Карьер, и Селькин пруд стояли полными за счет постоянной подпитки их ручьями. На этих прудах уже вовсю купались – Школьный же стоял полупустым, как гигантская ванна, с высоченными и гладкими берегами и водой на донышке.
Примерно через месяц вид пруда стал еще хуже – воды прибавилось совсем немного, зато все берега его зазеленели, ощетинившись ивовыми побегами. Там, где должна быть вода, начал расти кустарник! Но ничего с этим мы поделать не могли – засуха установилась по всей центральной России, и осадков в ближайшее время не ожидалось. Забегая вперед, скажу, что и осень выдалась аномально сухой, поэтому, пруд так и ушел в зиму полупустым. Мало того, и та зима была совершенно бесснежная, поэтому талых вод, на которые мы так возлагали надежды, почти не было. Ситуацию спасли затяжные майские ливни, которые просто залили Московскую область, и воды в пруд пришло так много, что она, наполнив его, потекла через плотинку в предусмотренном нами для перелива, месте.
Вот как стал выглядеть Школьный пруд, когда наполнился: просто красота. Сразу сюда потянулся для купания народ – вода стала чистейшей, и очень приятно было ощущать под ногами плотное песчаное дно. Глубина после удаления ила увеличилась на метр! На поверхности водоема плескались карпята и караси – я и сюда привез из рыбхоза целую машину рыбы. Так что и Школьный пруд стал еще одним чистым водоемом в нашей деревне: правда, из-за капризов природы, стал он таким далеко не сразу.
Однако, кратко пересказав события будущего года, я снова вынужден вернуться в те дни, когда очистка пруда только завершилась, и я постоянно думал, где бы взять деньги на проведение работ по удалению оставшейся кучи ила. Кроме того, я запланировал сделать и на Селькином пруду, и на Школьном пляжи, а для этого требовалось около ста кубометров песка! Где бы взять еще тысяч сто?
Продолжение следует...
История про зарыбление одного из уже очищенных водоемов
А здесь про находки в деревенском доме - и таких историй много на моем канале!