Одна женщина работала в магазине одежды. Продавцом. Звали ее Татьяна. Работа тяжелая, если честно. Весь день на ногах. И ладно бы просто физическая усталость. Хуже другое — ощущение застывшего времени. Вокруг красивые, дорогие вещи, которые самой не по карману. Чужие люди, чужие примерки, чужие капризы.
Магазин небольшой, тесный, хоть и с дорогим интерьером. В воздухе застыл аромат тяжелых духов - так распорядилась хозяйка, мол, клиенткам нравится. И так год за годом. Жизнь идет где-то там, за витринным стеклом. А Татьяна внутри, как в аквариуме. Перевешивает блузки и платья с места на место. И чувствует, как ее жизнь сужается до размеров подсобки.
И вот однажды звенит дверной колокольчик. Заходит покупательница. Необычная. Ухоженная, спокойная. В дорогом кашемировом пальто, которое ложится мягкими, правильными складками. Она не суетится у вешалок с распродажей. Не дергает вещи. Она двигается так, будто весь мир принадлежит ей. Хозяйка жизни. От нее пахнет хорошим парфюмом и абсолютной уверенностью. Успешные люди вообще иначе занимают пространство. Они его не боятся.
Татьяна пригляделась. Лицо показалось знакомым. Ба, да это же Наташа! Однокурсница. Они вместе в студенческом общежитии жили. Много-много лет назад. Делили одну крошечную, пропахшую жареной картошкой комнату на двоих.
Узнали друг друга. Разговорились. Оказалось, Наташа теперь большая начальница. Сеть салонов красоты у нее. Богатая женщина, влиятельная. У нее свой большой дом, статус, совершенно другой уровень нормы. И у Татьяны внутри сразу что-то екнуло.
Смекнула она: вот он, счастливый билет. Можно же попроситься на работу! Вырваться из этого душного магазина. К Наташке пойти, администратором, например. По старой памяти. Свои же люди!
И Татьяна начала вспоминать. Прямо там, в торговом зале. При молодой напарнице-стажерке, которая тут же навострила уши. Начала весело и громко рассказывать про их общее прошлое. Чтобы сразу показать, какие они близкие. Что между ними нет этой пугающей пропасти в доходах.
— А помнишь, — говорит Татьяна на весь зал, — как мы пустые макароны ели? Денег-то ноль было! Как ты полгода ходила в одних зашитых колготках, потому что новые купить не на что было?
И смеется. А потом продолжает:
— А помнишь, как ты ревела в туалете общаги? Как тебя тот парень бросил и на весь этаж кричал, что ты толстая? Ой, не могу! Какая ты была смешная, пухленькая, зажатая вся. Всего боялась! Слушай, Наташ, ну возьми меня к себе на работу, а? Мы ж пуд соли съели!
Татьяна ждала радости. Думала, что Наташа растает от воспоминаний о беззаботной юности. А Наташа почему-то не обрадовалась.
Она не стала ругаться. Не краснела, не оправдывалась перед чужой стажеркой за свои старые зашитые колготки. Никаких сцен. Просто лицо у нее стало другим. Чужим. Гладким и холодным. Она сделала неуловимый шаг назад. И физически, и психологически. Воздух между ними словно заледенел. Пространство, которое только что казалось общим, резко разделилось. Наташа выстроила невидимую, но абсолютно непробиваемую стену.
Она аккуратно положила шелковую блузку обратно на полку. Сказала ровным, ничего не выражающим голосом:
— Я очень рада встрече, Таня. Но вакансий у меня сейчас нет. Абсолютно. Всего доброго.
Попрощалась и ушла. Тихо закрыла за собой дверь магазина. И колокольчик звякнул, как жирная точка.
Татьяна даже обиделась. Стояла среди вешалок и думала: какая гордая стала! Зазналась. Своего прошлого стыдится, правду о себе слушать не хочет. Богачка! Я к ней со всей душой, а она нос воротит.
А дело было совсем не в гордости. И не в правде. Дело в том, как устроена человеческая психика и наши личные границы.
Человек много лет строил свою новую жизнь. Наташа выбиралась из бедности, из комплексов, из той тесной общаги. Она преодолевала страхи. Выстраивала себя заново, по кирпичику. Она создала новый, просторный и безопасный «дом» своей личности. И в этом новом пространстве больше не было места унижениям. Не было бедности и горьких слез от того, что тебя назвали толстой. Это все осталось за порогом. Навсегда. На это было потрачено слишком много сил.
А тут появляется старая знакомая. И прямо в грязной обуви лезет в этот новый, светлый мир. И тащит за собой ту самую старую, тесную общагу. Прямо на чистый ковер вываливает воспоминания о временах, когда Наташа была слаба, жалка и бесправна.
И делает это Татьяна ровно в тот момент, когда собирается просить об услуге. Зачем? Подсознательно — чтобы обесценить чужой успех. Чтобы спустить успешную женщину с пьедестала на свой уровень. Чтобы на фоне этой слабой студентки из прошлого самой не казаться просто продавщицей. Логика такая: «Ты сейчас богатая, но я-то помню тебя нищей и жалкой. Значит, мы равны».
Это скрытая агрессия. Нарушение границ. И успешные люди все эти маневры отлично понимают и считывают на раз.
Никто не любит, когда его возвращают в плохие времена. Старая память — дело хорошее. Но в чужой выстроенный дом нельзя врываться без стука, размахивая чужими старыми тайнами.
Хочешь попросить о помощи успешного знакомого из прошлого? Проси. Но обращайся к тому человеку, которым он стал сейчас. Уважай его статус, его путь и его новое пространство. Не тяни его назад. Иначе перед тобой просто вежливо закроют дверь.
И ты навсегда останешься по ту сторону. В своем тесном магазине. Вот и все.
Благодарю за лайк и подписку на мой канал! Рассказываю об удивительных поворотах человеческих судеб.