Ирина достала из розовой, гламурной сумочки дрожащими от страха руками телефон. А потом надолго уставилась в экран немигающим взглядом. Может быть, позвонить мужу? Можно спросить Ивана в лоб. А вдруг цыганка права? Вдруг он действительно собирается подложить ей арахисовое масло в еду?
Нет.
Звонить ни в коем случае нельзя! Нельзя показать, что она догадывается о его задумке.
Она решила просмотреть переписку с Иваном. В последнем сообщении он интересовался ее делами в банке.
- Я решил сегодня взять приготовление ужина на себя: приготовлю твою любимую морскую пиццу, как раз купил все ингредиенты для этого. Даже посмотрел, как настоящие итальянцы делают тесто. Там ничего сложного. Оказывается, мы каждый раз столько денег отдавали. Домашняя пицца выйдет в три раза дешевле. Приготовлю сразу дня на два. Скучаю по тебе, дорогая. – Такое голосовое сообщение пришло от него буквально полчаса назад.
Обычно, когда он готовил ужин, она каждый раз радовалась. Это случалось очень редко. И в такие дни он готовил исключительно ее любимые блюда. Всегда старался, учился, скачивал целые кулинарные курсы за деньги, чтобы все получилось по высшему разряду. Пицца с морепродуктами была ее самой любимой. Но на душе было нерадостно как-то. При желании в пиццу можно было легко добавить половину ложки арахисового масла. Этого будет достаточно, чтобы оно подействовало, но по вкусу все равно ничего не будет понятно.
Но что будет потом?
Ирина судорожно вздохнула, словно делая последний в жизни глоток воздуха. Ей на мгновение уже показалось, что она умирает, задыхается, но не может доползти до сумки. А Иван стоит со сложенными руками вдалеке и улыбается. Ей не составило особого труда представить, как может выглядеть ее последний день.
Нет!
Этого нельзя было допустить.
- Я зайду к подруге. У нее сегодня праздник, пригласила на чай с тортом. Я совсем забыла. Так что я буду дома уже ближе к ночи. Поужинай без меня, дорогой. – Отправила она сообщение.
А потом выдохнула. Какое-то время можно быть спокойной. Но если на этот раз попытка ее убить у него не получится, то он может попытаться снова. Но потом в сумке завибрировал телефон, вытаскивая ее из глубокой ямы раздумий, которые засосали ее с головой.
- Конечно, любимая. Тогда поставлю пиццу в холодильник. Погреешь в микроволновке, когда будешь голодная. Обнимаю, целую.
Ирина читала его последнее сообщение с трудом, ведь на нее резко накатила тошнота и отвращение. Милая? Да, он всегда так ее называл. И даже сейчас, когда хотел ее убить, пытался сохранить лицо. Правда, сейчас такие слова казались ядовитыми. Она села в автомобиль, завела двигатель и покинула парковку и поехала абы куда. Нужно было просто подумать, расслабиться, ведь после слов цыганки ее мир перевернулся буквально за секунду.
Мысли в голове никак не могли улечься. Они путались. Может быть, Богдана все же ошиблась. Может быть, она видела в машине тогда не Ивана? Но внутренний голос, который уже один раз спас ее от крушения самолета, заставив остаться дома, нашептывал, что цыганка права. Внутренний голос всегда знал правду, даже когда она не горела желанием ее слышать.
- Я всегда чувствовала, что с Иваном что-то не так. Но просто не желала признавать, разрушать собственное счастье. – Думала она про себя.
Ирина остановилась на светофоре и закрыла руками лицо. Ей в голову вдруг пришла одна картина: еще пару лет назад Иван предлагал продать квартиру, чтобы можно было начать свое дело. Они всегда мечтали работать на себя, а не на дядю.
- Деньги должны работать, а не просто лежать, как без дела стоит квартира. Понимаешь? – Уговаривал он ее.
Когда она подписывала важные документы, он всегда был рядом. Это просто забота такая? Нет, теперь все его действия казались не заботой, а расчетливым планированием своего будущего.
Загорелся зеленый свет, Ирина дала по газам, пытаясь ускориться. Езда всегда расслабляла и позволяла прочистить мозги. Она, правда, сама не знала, куда ехать и что нужно предпринимать в подобных ситуациях. Но домой ехать было никак нельзя.
Пришло новое сообщение от Ивана:
- Я продлил страховку, ты ведь помнишь, что она к концу подходит?
Теперь она стала понимать, для чего ему понадобилось подкладывать ей в еду такой сильный аллерген. Можно же не только получить акции, квартиру и счет на депозите после ее смерти. Можно было выручить еще и пять миллионов. Достаточно только было снова застраховать ее жизнь.
Сегодня ближе к ночи, когда она поужинала бы своей любимой пиццей с морепродуктами, ее могло не стать. И никогда никому и в голову не пришло заподозрить ее любящего мужа в таком мерзком преступлении.
Со стороны они казались счастливыми влюбленными. И только теперь она стала понимать, почему он все время уговаривал положить деньги на депозит на ее имя – боялся, что она решит развестись, а ему ничего не достанется.
Ведь даже ребенка он не хотел заводить, вероятнее всего, по этой причине. Не хотел, чтобы после Ирины остались другие наследники.
А тут такая ситуация: женщина с аллергией чисто случайно поела пиццу, в которую для вкуса добавили арахисовое масло. Никто даже не будет проверять состав продуктов. Муж будет в шоке, а скорая помощь, конечно же, не успеет.
Классическое преступление, но такое сложное в раскрытии. Особенно когда на протяжении многих лет муж и повода не давал плохо о нем думать, носил жену на руках и даже не был против ее лучшей подруги. Хотя это редкость, и мужья ревнуют в таких случаях. А тут такое… Ему лишь бы выставить себя в белом свете перед всеми знакомыми и близкими людьми Ирины.
Она только теперь понимала его мотивы. Ему ведь даже на похороны не придется тратиться. Потом он просто переедет к той девушке с ребенком, с которыми он гулял в парке на прошлой неделе. Она сидела в собственной машине, которую заработала еще до брака и понимала, что даже выстраданный потом и трудом автомобиль достанется ее мужу, преступнику.
Ведь он по-настоящему планировал ее убить. И если бы не Динара, маленькая цыганка с огромными глазами и серьезным выражением лица, Ирина бы так и осталась в неведении.
Да, она бы просто вернулась домой, съела пару кусочков своей любимой пиццы. Пару кусочков и не больше – надо же сохранять хорошую фигуру. Но этого количества хватило бы, чтобы навсегда уйти из жизни.
- Господи, - шепнула она в пустоту салона, - но что же мне делать?
Она не знала, как поступить. Поворачивала то в одну сторону, то в другую. Один раз пропустила сигнал светофора и проехала на красный, так как вся внутри дрожала от страха и не могла сосредоточиться. Тогда только чудо спасло ее от столкновения с другой машиной.
Водитель, который успел затормозить, выругался и даже показал неприличный жест, но потом уехал. Нужно было остановиться где-нибудь и подумать… хотя бы поставить машину на аварийку и подумать пять минут.
Потом она увидела небольшой торговый центр и решила остановиться на его парковке. Она заглушила мотор и закрыла глаза, пытаясь расслабиться изо всех сил. Но напряжении в теле только усиливалось.
А когда она увидела перед своим мысленным взором, как Ваня, ее любимый муж, стоит и помешивает соус для пиццы, добавляя немного арахисового масла, ее вдруг словно током передернуло. Может быть, стоило просто ущипнуть себя? Ведь это не могло быть реальностью – муж ее любит и всегда любил. Или могло?
Окружающая действительность на мгновение показалась ей нереальной.
Она достала телефон и поняла: нужно действовать. Близился вечер. Не могла же она ночевать в машине. Нужно было с кем-то посоветоваться. Но она не могла позвонить подруге. Та всегда только нахваливала Ивана, она не поверит. Тем более, ее муж – друг Ивана.
Коллеги по работе тоже бы не поверили, ведь они знали ее мужа, как галантного, приятного мужчину, который иногда заботливо забирал ее домой, когда она засиживалась над проектами.
Ее мать разбилась на автомобиле еще пять лет назад. Отец был убит горем и не выдержал – ушел через год после ее гибели, оставив ей большое наследство. В наследство входили двадцать процентов акций сети ювелирных магазинов.
Если продать их, можно было жить до конца жизни и не знать горя. Отец всю жизнь занимался этим бизнесом, вкладывался, работал и почти не спал. Ложился отдохнуть всего на пять часов в день. В остальное время работал.
Отец передал ей акции перед своей смертью – почувствовал, что сердце не выдержит. И еще своему лучшему другу отдал тридцать процентов. Всего у него была половина.
Другой половиной акций владел его лучший друг Роман Толстиков. Роман Геннадьевич к тому времени был уже пожилым человеком, но акции от друга принял, обещал не бросать бизнес. Мужчина был не только лучшим другом ее отца – они вместе служили, в армии и познакомились. Он был еще и ее крестным. Она помнила, как он еще с раннего ее детства дарил ей каждый год по фарфоровой кукле.
Человеком он был немногословным и строгим, но при этом довольно справедливым и честным. Он ни разу не обманул папу Ирины в бизнесе. И тот доверял ему. Почему бы не довериться Роману Геннадьевичу и ей сейчас? Он всегда относился к Ирине не просто как к партнеру по бизнесу, когда отец приводил ее в офис, но и как к крестнице, практически как к дочери – своих детей у него не было.
Уже после смерти отца Толстиков помогал ей разобраться, как устроена компания, как оформить акции, которые ей оставил отец в наследство, на себя. Ирина взглянула на его фотографию в галерее.
Они давно не виделись. Ей было очень неудобно беспокоить его. Но она все же открыла его контакты в телефоне и нажала зеленую кнопку. Пока она ждала ответа, прокручивала в голове, что скажет: «Здравствуйте, Роман Геннадьевич, одна цыганка сказала, что муж хочет отправить меня на тот свет».
- Звучит, как бред, - подумала она, слушая уже шестой длинный гудок, трубку никто не брал…
- Ирина, это правда ты мне звонишь? – Послышался тяжелый голос, знакомый с детства. – Что-то случилось у тебя? Ты давно мне не звонила. Небось, забыла своего крестного?
Роман Геннадьевич всегда чувствовал, когда что-то должно было случиться. Когда много лет назад она не поехала в аэропорт, она никому не звонила, чтобы не посчитали за сумасшедшую. Но потом друг отца сам ей позвонил, не в силах объяснить, что он точно хочет.
Через два часа выяснилось, что самолет, на котором она должна была лететь, разбился. Уже потом он признался, что чувствовал что-то недоброе. А когда утром, перед ее отлетом вышел в магазин, увидел над головой огромную стаю воронов.
Еще бабушка рядом перекрестилась и сказала, что это недобрый знак. А еще через несколько дней он рассказал, что после той черной стаи, пролетевшей над головой, пошел в церковь и поставил всем живым за здравие свечки. За упокой тоже поставил уже ушедшим. Говорил, что папа Ирины ему тоже снился, будто хотел ему что-то сказать, но не успел – мужчина проснулся.
И теперь, уже по телефону он почувствовал неладное, спросив, не случилось ли чего?
- Я… – Ирина запнулась, не понимая, что говорить, как объяснить ситуацию.- Я не знаю, как начать. Но мне нужен Ваш совет. Я могу приехать?
- Ты сейчас хотела? Я как раз еду домой с работы. Немного засиделся. Езжай, скоро буду.
Ирина поняла, что это шанс. Она завела мотор автомобиля и поехала, уже в осознанном направлении. Теперь у нее, по крайней мере, была хотя бы цель. Роман Геннадьевич был человеком хоть и строгим, но добрым. Она могла довериться ему на все сто процентов. Если кто-то мог помочь проснуться от этого ужаса, то это был Толстиков.
Роман Геннадьевич жил практически на краю города, там, где начинались крупные частные дома. До центра города ему было ехать не очень далеко – город был небольшим. И Ирина была около его огромного особняка уже через пятнадцать минут. Около двухэтажного особняка, окруженного высоким забором, в маленькой кабинке сидел охранник. Тот помахал Ирине: он уже знал и ее, и ее автомобиль. Она много раз приезжала к крестному, чтобы забрать папу из гостей.
Особняк был окружен старыми хвойными деревьями, которые ей и в детстве, и сейчас казались такими древними и могущественными, что даже вселяли какой-то ужас, словно находишься в дремучем лесу. Она вышла из автомобиля, охранник распахнул перед ней ворота, припарковал ее машину. А через какое-то время она увидела во дворе крестного.
Он бежал к воротам в одном махровом халате и тапочках, явно был в тревоге и хотел быстрее поговорить, так как всегда переживал за свою крестницу. Он уже сильно поседел, она его даже сначала не узнала. Она не могла смотреть ему в глаза, так как давно не приезжала даже на чай, чтобы поговорить, узнать, как дела.
Но он кинулся обнимать ее первый.
Продолжение ниже!
Нравится рассказ? Тогда порадуйте автора! Поблагодарите ДОНАТОМ за труд! Для этого нажмите на черный баннер ниже:
Начало можно прочитать по ссылке:
Пожалуйста, оставьте пару слов нашему автору в комментариях и нажмите обязательно ЛАЙК, ПОДПИСКА, чтобы ничего не пропустить и дальше. Виктория будет вне себя от счастья и внимания!
Можете скинуть ДОНАТ, нажав на кнопку ПОДДЕРЖАТЬ - это ей для вдохновения. Благодарим, желаем приятного дня или вечера, крепкого здоровья и счастья, наши друзья!)