Эксперимент продолжается.
Начало здесь:
Глава 2: Патруль пустоты
Марк Вэнс ненавидел тишину. В его кабине всегда что-то звучало: старый рок-н-ролл, помехи радиостанции или низкочастотный гул ионных двигателей патрульного глайдера «Аргус-4». Но сегодня тишина была другой. Она просачивалась снаружи, из-под крыльев, где раскинулась Великая Гоби — теперь официально признанная «Зоной Нестабильности четвертой категории».
— Контроль, это Аргус-4. Вхожу в квадрат 7-бис. Визуальный контакт установлен, — Марк поправил тяжелый шлем.
Внутри шлема на сетчатку его глаз проецировалась сетка. Система «Ай-Трекер» внимательно следила за его зрачками. Если Марк закроет глаза более чем на три секунды или отведет взгляд от фиксированных точек ландшафта, сработает зуммер, бьющий по нервам ультразвуком.
— Принято, Аргус-4, — отозвался спокойный женский голос в наушниках. — Держите фокус на хребте Гурван-Сайхан. Датчики показывают просадку плотности в вашем секторе. Коэффициент когерентности упал до 0,78.
Марк выругался сквозь зубы. 0,78 — это паршиво. При таком значении камни под ним могли начать вести себя как жидкость, а гравитация — капризничать, как пьяная девка.
Он посмотрел на скалы внизу. На первый взгляд они казались обычными, но если приглядеться, их края… вибрировали. Не так, как дрожит воздух от жары. Это было похоже на плохую цифровую ретушь: пиксели реальности не совпадали друг с другом. Одна скала вдруг «мигнула», на мгновение превратившись в полупрозрачное облако серого мела, а затем снова обрела твердость, когда Марк впился в нее взглядом.
— Черт, я её едва удержал, — выдохнул он. — Контроль, здесь «плывет» порода. Мне нужно подкрепление или хотя бы трансляция.
— Отрицательно, Аргус. Все свободные каналы наблюдения сейчас переброшены на удержание плотины Трех Ущелий в Китае. Там возникла каверна неопределенности прямо в фундаменте. Ты — единственный наблюдатель в радиусе пятисот километров. Просто… смотри на них, Марк. Не дай им рассыпаться.
Это была новая работа человечества. Раньше люди добывали нефть, строили города и воевали за границы. Теперь самой дорогой валютой стало Внимание. Корпус Стабилизации состоял из таких, как Марк — людей с аномально высокой концентрацией и устойчивой психикой. Они были живыми якорями, пригвождающими мир к бытию.
«Я смотрю — значит, оно есть», — повторил он про себя мантру Корпуса.
Внезапно приборная панель «Аргуса» выдала резкий сигнал. Индикатор гравитации качнулся влево. Глайдер резко подбросило вверх, хотя Марк не трогал рычаги.
— Контроль! У меня дрейф G-константы! Локальное падение веса!
— Видим вас, Аргус. Пытаемся подключить спутник «Аргус-Оптикс»… Черт, спутник не видит поверхность! Для него там — облако вероятностей!
Марк почувствовал, как волосы на затылке зашевелились. Это был худший кошмар пилота. Если реальность под тобой «размывается» настолько, что даже приборы перестают её идентифицировать, ты проваливаешься в Шум.
— Марк, слушай меня! — голос диспетчера стал напряженным. — Ты должен верить в то, что видишь. Вспомни учебку. Объект не исчез, он просто ждет твоего подтверждения. Сфокусируйся на чем-то одном. Найди артефакт!
Марк лихорадочно обшаривал взглядом пустыню. Все было серым, зыбким, невнятным. И вдруг он увидел его. Старый, ржавый остов грузовика, брошенный здесь еще в тридцатые годы. Маленькое пятнышко твердого, понятного прошлого.
Он вцепился взглядом в этот кусок ржавого железа. Он вспоминал запах бензина, тяжесть металла, форму колес. Он заставлял этот грузовик существовать.
— Вижу цель. Старое шасси. 12 часов по курсу. Я… я вижу его. Оно здесь. Оно железное. Оно весит три тонны.
Его глаза начали слезиться. Веки судорожно дергались, но «Ай-Трекер» не давал ему моргнуть, удерживая веки электромагнитными захватами. Мир вокруг грузовика начал «собираться». Серый туман превращался в песок. Небо из белесого ничто снова стало синим. Глайдер перестал дрожать и тяжело осел на плотный поток воздуха.
— Коэффициент 0,94. Чистая работа, Аргус-4, — выдохнула диспетчер. — Мы снова видим тебя на радарах.
Марк откинулся на спинку кресла, чувствуя, как по лицу течет пот. Его подташнивало — обычный побочный эффект после фиксации реальности.
— Контроль, — хрипло произнес он. — А что будет, когда мы все уснем? Ну, глобально? Если Наблюдатель действительно ушел, то мы просто… просто сторожа в пустом музее, где гаснет свет?
— Доктор Арис говорит, что мы учимся быть новыми хозяевами, Марк.
— Мы не хозяева, — Марк посмотрел на свои дрожащие руки. — Мы — костыли.
*
В это же время, на другом конце планеты, в подземном бункере под Женевой, Элена Арис смотрела на экран, где отображалась модель Мультивселенной.
— Это не просто уход, — сказала она стоявшему рядом мужчине в строгой сутане. — Посмотрите на вектор. Он не просто «отвернулся». Он забрал с собой связующую силу. Как будто из здания вытащили все гвозди сразу. Оно еще стоит по инерции, но любая вибрация — и всё.
Отец Томас, чьи пальцы перебирали четки из тяжелого обсидиана (материала, который, как считалось, лучше всего поддавался «удержанию»), кивнул.
— В теологии это называется «Deus Otiosus» — Скрывшийся Бог. Но физика говорит нам о другом, Элена. Если он ушел, значит, в другом месте потребность в нем выше. Или… — он сделал паузу. — Или мы достигли совершеннолетия, и он хочет посмотреть, сможем ли мы сами удержать свой мир.
— Это плохая проверка, Томас. У нас не хватает «наблюдательной массы». Население Земли — восемь миллиардов. Чтобы удерживать планету в стабильном состоянии 24/7, нам нужно, чтобы никто никогда не спал, не моргал и не отвлекался. Мы уже теряем океаны. Мы теряем стратосферу.
— Значит, нам нужен усилитель, — Томас посмотрел на нее своими ясными, пугающе спокойными глазами. — Что-то, что объединит восемь миллиардов разрозненных взглядов в один мощный прожектор.
— Это невозможно технически.
— Физика говорит «нет», но душа говорит «да». Мы называем это молитвой. Вы называете это квантовой сцепленностью сознаний. Нам пора объединить терминологию, Элена. Потому что сегодня утром в Ватикане… — священник запнулся. — В Ватикане исчез собор Святого Петра. Прямо во время мессы. Пять тысяч человек просто перестали его видеть на долю секунды — и он не вернулся.
Элена почувствовала, как внутри всё похолодело.
— Пять тысяч человек смотрели на него и не удержали?
— Они не просто смотрели, Элена. Они на мгновение засомневались в его реальности. И этого хватило.
Элена повернулась к терминалу.
— Если вера теперь буквально строит мир, — прошептала она, — то мы в ужасном положении. Потому что люди разучились верить в то, чего не могут потрогать. А скоро трогать будет нечего.
Она вывела на главный экран карту мира. На ней, словно лишайник, разрастались серые зоны — места, которые больше никто не видел. И этих зон становилось всё больше.
— Мне нужно связаться с Корпусом Стабилизации, — решительно сказала она. — У нас есть теория о «Синхронизированном Наблюдении». Если мы не сможем заставить всех смотреть в одну сторону, мир просто… расфокусируется до конца года.
Мой комментарий: Относительно неплохо, но слишком сжато. Я бы все это расписал на больше глав. А самое главное, у меня возникает вопрос: а как физика работает в такой ситуации, когда все начинает превращаться в облако вероятностей. Как это повлияет на погоду, на социум. По моему должна возникнуть паника и следующий за ней мир постапка.
Следующая глава: