Мне часто говорят, что зимний Крым — это уныние. Закрытые ларьки с шаурмой, ледяной ветер и совершенно мертвая набережная. Я слушаю. Соглашаюсь. И молча кидаю вещи в багажник.
Потому что они правы. И это великолепно.
Мы так привыкли к вечному шуму, что тишина нас откровенно пугает. Нам нужно, чтобы вокруг всегда что-то происходило. играло из колонок, кто-то что-то продавал. А меня эта бесконечная городская карусель выматывает. Мне нужна перезагрузка. Суровая, холодная, но невероятно светлая.
Как звучит настоящая пустота
Выезжаешь на серпантин. Летом здесь пробки, гудки, запах жженого сцепления и разомлевшие от жары люди, перебегающие дорогу вне зебры. А сейчас... Пустота. Глубокая. Звенящая.
И знаете, эта тишина совсем не похожа на ту пугающую, ледяную изоляцию, которую я прочувствовал недавно в Заполярье (если пропустили, почитайте мою статью: «Исчезающий поселок на краю Севера »). На Крайнем Севере от пустоты хочется выть. А здесь она лечит.
Останавливаюсь на обочине где-то за Малореченским. Глушу мотор.
Слышно только, как тяжелые волны с грохотом перемалывают крупную гальку где-то там, далеко внизу. Ветер пахнет солью, мокрым асфальтом и старой хвоей. Вдыхаешь этот ледяной коктейль полной грудью, и физически чувствуешь, как из головы выветривается весь рабочий мусор. Дедлайны. Отчеты. Бесконечные чаты. Всё это остается там, за тысячу километров от этого обрыва.
Кому нужен ресторан, когда есть термос на камнях?
Многие боятся зимнего полуострова из-за закрытой инфраструктуры. Мол, где гулять, где сидеть? Да везде. В этом и кайф.
Я спускаюсь к Фиоленту. Тропинка скользкая, влажная после недавнего дождя. На мне тяжелые треккинговые ботинки, штормовка застегнута до самого подбородка. На пляже — ни одного человека. Ни продавцов вареной кукурузы, ни орущих детей, ни навязчивых фотографов с обезьянками.
Сажусь на огромный холодный валун. Достаю из рюкзака обычный поцарапанный термос. Наливаю горячий чай с чабрецом. Обхватываю железную кружку замерзшими пальцами.
Знаете это чувство? Когда обжигающий глоток разливается по телу, а перед тобой — дикая, мощная стихия. Свинцовые волны бьются о скалы с такой силой, что земля слегка дрожит под ногами. И ты сидишь. Маленький человек на краю земли. Ты чувствуешь себя просто великолепно. Никакой глянцевый отдых под пальмами не даст таких глубоких эмоций.
Изнанка ЮБК: люди, которым никуда не нужно спешить
Летом местные похожи на выжатые лимоны. Конвейер, суета, попытки выжать максимум из короткого сезона. Зимой они оттаивают. Становятся самими собой.
Зашел погреться в крошечную кофейню в Севастополе. Бариста не пытается быстрее отдать бумажный стаканчик и крикнуть «Следующий!». Ему это не нужно. Мы разговорились. Про зимние шторма. Про то, как меняется цвет воды в феврале. У людей появляются лица. Настоящие, живые, не скрытые за дежурной маской обслуживания потока.
Вечером хозяин небольшого гостевого дома, где я остановился, просто так затопил печь во дворе. Мы сидели, смотрели на огонь. Говорили за жизнь. Без суеты, без напряга, слушая, как за забором гудит ветер.
Я провел там всего пять дней. И вернулся домой с ясной головой. Для меня такое зимнее море — это самая мощная терапия. Ты словно смываешь с себя всю городскую шелуху и начинаешь дышать заново.
А вам что ближе? Готовы променять ленивый пляжный отдых под зонтиком на такой вот суровый, пронизывающий ветер и полное одиночество? Пишите в комментарии, кто из нас тут нормальный, а кто со странностями. Почитаю в дороге.