Вечерний прием в Национальном уже подходил к концу, но вспышки фотокамер продолжали слепить, превращая окружающее пространство в хаотичную мозаику из белых пятен и разноцветных кругов перед глазами. Варя, которую для сегодняшних гостей и светских хроникеров полагалось называть Варварой Дмитриевной Соболевой — автором нашумевших бестселлеров, за которыми в столичных книжных выстраивались огромные очереди, — привычно растянула губы в дежурной, немного уставшей улыбке. Рядом с ней стоял Игорь, ее супруг и по совместительству генеральный директор крупного издательского холдинга, и его рука лежала на ее талии тяжело и уверенно, по-хозяйски сжимая тонкий шелк вечернего платья.
Варвара Дмитриевна, Игорь, взгляд на нас! — выкрикнул кто-то из фотографов. — Еще один кадр для светской хроники! Вы пара года, не иначе.
Она почувствовала, как пальцы мужа чуть сильнее впились в ткань ее платья, и сразу поняла этот безмолвный, привычный за годы брака язык: потерпи еще немного, котенок, сейчас уйдем. За их спинами перешептывались приглашенные гости, а в воздухе все еще витал запах дорогого парфюма и остывшего шампанского.
Спасибо большое вам всем, господа, — раздался бархатистый баритон Игоря, с легкостью перекрывший и шум голосов, и щелчки затворов. — Моя супруга, к сожалению, немного вымоталась после сегодняшней автограф-сессии. Сами понимаете, творческий процесс — это колоссальная эмоциональная и физическая отдача, поэтому мы с вами вынуждены потихоньку откланяться.
Он уводил ее от назойливых репортеров сквозь возбужденную толпу поклонников, мягко, но настойчиво прокладывая путь, словно нес в руках дорогой, всеми желанный трофей, который не имел права выскользнуть. Варя послушно переставляла ноги, чувствуя, как каблуки-шпильки утопают в толстом ворсе ковровой дорожки, и старалась не встречаться глазами с восторженными взглядами незнакомых людей.
Ты была сегодня какая-то бледноватая, — едва слышно прошептал Игорь ей на ухо, когда они наконец вышли на прохладную вечернюю парковку, предназначенную для почетных гостей и охраняемую службой безопасности отеля. Его голос звучал внешне заботливо, но Варя давно научилась различать в нем нотки недовольства. — Я же тебе говорил: надень то красное платье, которое я выбирал. В этом пастельном ты просто сливаешься со стенами, теряешься на фоне декораций. Нельзя быть такой неприметной.
Игорь, но мне красное совсем не нравится, — тихо возразила Варя, зябко потирая руками оголенные плечи, покрытые легкой вечерней прохладой после душного зала. — Оно какое-то слишком вызывающее, агрессивное, что ли. А это пастельное, нежное, моим читательницам, кстати, очень понравилось, когда я в нем была на прошлой презентации.
Ой, да брось ты, твоим читательницам понравится абсолютно все, что я грамотно упакую и профессионально продам, — усмехнулся он, открывая перед ней дверь их огромного черного внедорожника, блестевшего лаком в тусклом свете парковочных фонарей. — Не забывай, котенок, что даже самый гениальный талант — это алмаз, но без правильной огранки он останется просто куском камня, который никому не нужен. А ювелиром в нашей семье кто работает? Я. Так что садись уже.
Варя молча разместилась на мягком кожаном пассажирском сиденье, ощущая привычный запах салона — смесь дорогой кожи и парфюма мужа. Игорь обошел машину, и в тот момент, когда он уже взялся за ручку водительской двери, ее взгляд случайно упал на лобовое стекло. Под дворником, прижатый к холодному стеклу, белел сложенный вдвое тетрадный лист бумаги.
Игорь, подожди секунду, — быстро проговорила она, нажимая кнопку, чтобы опустить стекло. — Смотри, там что-то под дворником лежит.
Муж нахмурился, раздраженно выдернул бумажку и, уже усевшись за руль, включил яркий свет в салоне, чтобы рассмотреть находку.
Да наверняка очередная глупая шутка от твоих чересчур эмоциональных фанаток, — протянул он с легкой насмешкой. — Или какая-нибудь восторженная просьба издать рукопись про любовь до гроба. Вечно они лезут, куда не просят.
Игорь развернул листок, и в ту же секунду его самодовольная улыбка бесследно исчезла с холеного лица. Он замер, вглядываясь в текст.
Что там такое? — спросила Варя, и ее сердце тревожно и глухо ёкнуло где-то в груди.
Муж молчал, только желваки заходили на его скулах — верный признак сильного раздражения или напряжения. Не говоря ни слова, он протянул ей записку. На обычном тетрадном листе в клетку, печатными буквами, аккуратно вырезанными из газет и наклеенными на бумагу — совсем как в дешевых детективных романах, но от этого почему-то особенно жутко, — было составлено короткое послание: Ты заплатишь за все.
Боже мой, — выдохнула Варя, чувствуя, как ледяной холодок страха сдавливает горло, мешая дышать. — Игорь, что это значит? Кто это мог написать?
Успокойся, без паники, — голос мужа стал жестким, почти приказным. — Это просто чья-то глупая и безвкусная шутка. Завистников у тебя, сама знаешь, полно. Успех всегда вызывает такую реакцию у ничтожеств.
Завистники обычно пишут всякие гадости в комментариях в интернете, Игорь, — не сдержалась Варя, чувствуя, как внутри закипает раздражение на его снисходительный тон. — Они не клеят угрозы на машину на охраняемой VIP-парковке, куда просто так не войдешь. Мне правда страшно.
Прекрати истерику, пожалуйста! — резко повернулся он к ней, и в его глазах мелькнуло знакомое, уже привычное раздражение. — Ты прямо как героиня своих же любовных романов: мне страшно, спасите меня, помогите!. Я сам во всем разберусь, завтра же с утра передам эту бумажку начальнику службы безопасности отеля. Они проверят все камеры, найдут этого придурка, и мы с ним поговорим по-мужски.
Может, не стоит в полицию обращаться? — осторожно спросила она, теребя в руках край ремня безопасности.
Чтобы завтра же во всех газетах и интернет-изданиях появились заголовки: Известная писательница Соболева пиарится на дешевых угрозах? — усмехнулся он, но усмешка вышла злой. — Ну уж нет, спасибо. Сказал же, сам разберусь, значит, разберусь. Твое дело, Варя, писать сказки про прекрасных принцев, а с реальными драконами я буду разбираться самостоятельно. И точка.
Всю дорогу до их загородного дома они проехали в полном, тягостном молчании. Варя смотрела в окно на мелькающие огни вечернего города, на убегающие в темноту очертания домов и деревьев и чувствовала себя странной птицей, запертой в золотой, но слишком тесной клетке. Их дом, огромный и роскошный, счет в банке, которым она толком не умела распоряжаться — Игорь с самого начала их брака мягко, но настойчиво внушил ей: цифры убивают вдохновение, дорогая, оставь все это мне. Она ведь была просто удачливой учительницей литературы из обычной школы, которой, как любил напоминать супруг, невероятно повезло встретить на своем пути такого человека, как он.
В доме их встретила гнетущая, почти осязаемая тишина и ощущение пустоты, несмотря на изысканную мебель и дорогие картины на стенах. Детей у них не было. И та страшная ночь, случившаяся почти три года назад, когда Варя потеряла ребенка на пятом месяце беременности, стала незримым, но очень прочным рубежом в их отношениях. Игорь тогда, после больницы, сказал: видимо, ты слишком сильно перенервничала из-за всех этих дурацких сроков сдачи рукописи. Сама виновата. Надо было больше отдыхать, а не убиваться над текстами. Эти слова — сама виновата — до сих пор жили в ней незаживающей, ноющей раной.
Иди спать, — бросил Игорь, не глядя на нее, и направился в гостиную, где на столе уже лежали какие-то документы. — Я еще немного поработаю, нужно кое-что посмотреть. И выброси из головы эту дурацкую бумажку, не зацикливайся. Подумаешь, напугали. Да мало ли психически нездоровых людей вокруг.
Прошло два дня. Первый испуг постепенно притупился, загнанный глубоко внутрь повседневной рутиной, домашними делами и попытками сосредоточиться на новой книге. Варя сидела в своем кабинете на втором этаже, уставившись в монитор ноутбука, и пыталась родить хотя бы пару строк для новой главы. Ее героиня должна была вот-вот встретить любовь всей своей жизни, но у Вари в голове крутились только серые, безжизненные диалоги и картонные персонажи, не вызывающие никаких эмоций.
Телефон Игоря, который он забыл утром на краю ее стола, уезжая в офис, неожиданно коротко звякнул, оповещая о пришедшем сообщении. Варя никогда в жизни не позволяла себе проверять его телефон, считая это дурным тоном и признаком неуважения, но экран сам загорелся ярким светом, привлекая ее внимание. И она увидела картинку.
На экране была она. Варя, спящая в своей постели, на своем любимом боку, обняв подушку. Фото было немного зернистым, но вполне различимым. Снимок явно был сделан снаружи, через окно их спальни на втором этаже, которое она часто оставляла приоткрытым на ночь, любя свежий воздух. Под фотографией значилась короткая подпись: спишь спокойно, а зря.
Варя отшатнулась от стола, словно от удара током, опрокинув стул, и громкий стук разнесся по дому эхом, пугающим в этой тишине. Внизу хлопнула входная дверь — Игорь, видимо, вспомнил про забытый телефон и вернулся.
Что за шум, Варя? Что случилось? — крикнул он снизу, и через минуту уже взбегал по лестнице.
Она стояла посреди кабинета бледная, как лист бумаги, и дрожащей рукой указывала на экран его мобильника, где все еще горело то самое жуткое фото.
Игорь... они... они были здесь ночью, — выдохнула она, с трудом ворочая языком. — Они стояли под окнами и смотрели, как я сплю. Понимаешь? Они за мной наблюдали!
Он рванул к столу, схватил телефон, и его лицо в ту же секунду потемнело, став каким-то чужим, жестким. Игорь сквозь зубы выругался — при ней он обычно такого не позволял.
Так, все, это уже переходит все границы, — процедил он.
Я немедленно звоню в полицию! — воскликнула Варя, хватая свой собственный телефон. — Они были у нас в саду, они проникли на территорию частного дома! Это же статья!
Никакой полиции! — рявкнул он так громко и резко, что она вздрогнула и замерла с трубкой в руке. — Ты соображаешь вообще, что делаешь? Хочешь, чтобы разразился грандиозный скандал, чтобы твое фото в ночной пижаме разлетелось по всему интернету и по желтым газетам? Нет уж, спасибо. Я сам все решу. Я найму тебе личную охрану, самую лучшую охрану в городе, круглосуточную. Профессионал высочайшего класса будет находиться рядом с тобой двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. Даже я сам не смогу защитить тебя лучше, чем такой специалист.
Я не хочу, чтобы в нашем доме жил какой-то чужой мужчина, — прошептала Варя, чувствуя, как к глазам подступают слезы бессилия.
У тебя просто нет другого выбора, — отрезал муж, и его тон не терпел никаких возражений. — Либо ты делаешь так, как я тебе говорю, либо я запираю тебя в этом доме и отбираю все средства связи, все телефоны и ноутбук, ради твоей же безопасности, чтобы ты не натворила глупостей. Ты меня поняла, Варя?
Она лишь молча сжалась, чувствуя себя маленькой и беспомощной, и покорно кивнула.
Вот и умница, котенок. Я уже навел кое-какие справки, пока ехал обратно, — голос его смягчился, но в глазах все еще горел холодный, деловой огонек. — Твой личный телохранитель прибудет сегодня же вечером. Так что приведи себя в порядок, нечего растрепанной ходить.
Варя хотела было возразить, сказать, что она не обязана прихорашиваться перед каким-то охранником, но муж уже развернулся и вышел из комнаты, даже не взглянув на нее.
Вечером, когда за окнами уже сгустились сумерки и на участке зажглись автоматические фонари, в дверь позвонили. Игорь, вальяжно расположившийся в кресле напротив входа с бокалом виски в руке, кивнул ей на дверь.
Открывай, познакомься со своим личным ангелом-хранителем.
Варя, кутаясь в мягкий кашемировый кардиган поверх простого домашнего платья, подошла к массивной дубовой двери. Руки ее заметно дрожали, и она никак не могла с этим справиться. Ей почему-то казалось, что за порогом стоит тот самый сумасшедший, который присылал угрозы и фотографировал ее ночью. Она повернула тяжелый замок, нажала на ручку и медленно потянула тяжелую дверь на себя.
На пороге, в свете яркого фонаря, стоял высокий мужчина в строгом черном пальто. Мелкий осенний дождь блестел на его широких плечах, стекая каплями на каменные ступени крыльца. Он поднял голову, и их взгляды встретились.
Мир Вари в ту же секунду рухнул окончательно и бесповоротно, разлетевшись на миллион острых, режущих осколков.
Это был Дмитрий. Дмитрий Воронцов — тот самый человек, которого она когда-то, почти семь лет назад, любила больше жизни, ради которого собиралась выйти замуж, строила планы и мечтала о счастливом будущем. Но Дима тогда предал ее, и это предательство поставило жирный крест на всех их отношениях, разорвав ее сердце на части. Он почти не изменился за эти годы. Все те же темные волосы, только на висках появилась ранняя, чуть заметная седина, а вокруг темных глаз залегли жесткие, усталые морщинки. Раньше его глаза всегда светились теплом и мягкостью, теперь в них не было и намека на былую нежность.
Добрый вечер, — произнес он спокойным, ровным голосом, не выражающим никаких эмоций. — Я из агентства безопасности Щит. Мое имя Дмитрий Алексеевич Воронцов. Назначен вашим личным телохранителем.
Варя открыла рот, пытаясь что-то сказать, но не смогла выдавить из себя ни единого звука. Воздух закончился в легких, словно кто-то сдавил горло стальным обручем.
Ну что же вы, Варвара Дмитриевна, держите такого ценного гостя на пороге под дождем? — раздался за ее спиной насмешливый голос мужа. Игорь вышел из гостиной, сияя на первый взгляд радушной и доброжелательной улыбкой. — Проходи, Дмитрий, не стесняйся. Очень рад, что ты так быстро смог добраться, несмотря на поздний час.
Игорь подошел к застывшей, словно каменное изваяние, жене, собственническим жестом обнял ее за талию и, глядя прямо в глаза гостю, с едва заметной, но явственной издевкой в голосе произнес:
Знакомься, Дмитрий, это моя супруга Варя. То самое сокровище, которое тебе теперь предстоит охранять пуще глаза. Надеюсь, что на этот раз ты справишься со своими обязанностями гораздо лучше, чем с твоими предыдущими объектами.
Дима даже бровью не повел на этот откровенный выпад. Он смотрел сквозь Варю, словно она была всего лишь частью интерьера, неодушевленным предметом мебели.
Моя квалификация, Игорь, подтверждена рекомендациями и опытом, — спокойно и твердо ответил он. — Скажите, где можно будет разместить мое оборудование и вещи, чтобы приступить к своим обязанностям?
Варя сейчас покажет тебе гостевую комнату на втором этаже, — Игорь усмехнулся и чуть заметно подтолкнул жену вперед. — Она, кстати, смежная с нашей спальней, так что ты всегда будешь находиться максимально близко к объекту охраны. Ну, Варь, проводи Дмитрия, покажи ему все.
Она на негнущихся, ватных ногах медленно пошла к широкой лестнице, ведущей на второй этаж. Дмитрий бесшумно двинулся следом. Она кожей чувствовала его присутствие за своей спиной каждой клеточкой, каждым нервом. В воздухе, смешиваясь с запахом сырости и дождя, витал едва уловимый аромат его парфюма — сандаловое дерево с легкими нотками цитруса. Тот самый запах, который она сама подарила ему на их последнюю совместную годовщину, почти семь лет назад.
Они вошли в небольшую, но уютную гостевую комнату с окном, выходящим в темный сад. Варя остановилась у окна, не в силах обернуться и взглянуть ему в лицо.
Вот... здесь есть все, что может понадобиться, — выдохнула она, глядя на свое собственное отражение в темном стекле. — Ванная комната направо, свежее постельное белье в комоде, полотенца тоже там.
Благодарю вас, Варвара Дмитриевна, — ответил охранник все тем же бесстрастным, официальным тоном, который резанул по ее сердцу острее любого ножа.
Дмитрий... — она все-таки заставила себя обернуться и посмотреть ему прямо в глаза. — Что ты здесь делаешь? Скажи мне, зачем ты здесь появился?
Он медленно поставил сумку на пол и выпрямился. Теперь он смотрел на нее. В его взгляде на секунду промелькнула такая бездна боли, что ей захотелось кричать.
Я работаю, Варвара Дмитриевна. Ваш муж платит тройной тариф, а мне нужны деньги.
Ты знаешь, что это он? Что я его жена?
Я умею читать досье, — холодно отрезал он. — И я здесь для того, чтобы обеспечить вашу безопасность. Личные вопросы в контракт не входят.
Как ты можешь? После всего… — прошептала она.
После чего? — Дима сделал шаг к ней. — После того, как вы вычеркнули меня из жизни, а через месяц выскочили замуж за этого Игоря? Не стоит ворошить прошлое, оно плохо пахнет.
Я вычеркнула? — задохнулась Варя. — Это же ты…
Я бы попросил вас покинуть мою комнату, — невозмутимо заявил он. — Нужно проверить периметр. Спокойной ночи.
Варя выскочила в коридор, едва сдерживая рыдания. В спальне ее ждал муж.
Ну как он тебе? — спросил Игорь, развязывая галстук. — Брутальный тип, да? Надежный.
Игорь… — Варя прислонилась к двери. — Зачем ты его нанял? Ты же знаешь, кто он.
Кто? А, про вашу университетскую любовь? — Муж сделал удивленное лицо. — Варь, ну мы же взрослые люди. Это было сто лет назад. Ты была девочкой, он мальчиком. Сейчас он профи, а мне нужен лучший. Или ты до сих пор к нему что-то чувствуешь? — Он подошел к ней вплотную. — Скажи мне, чувствуешь? К прислуге?
Нет, — прошептала она, опуская глаза. — Ничего.
Вот и славно. Значит, он будет просто делать свою работу, а ты будешь свою и будешь примерной женой.
Продолжение :