Предыдущая часть:
На следующий день, в воскресенье, она не работала — по выходным семья обходилась без помощницы, потому что с Валентиной Ивановной были муж и сын. В понедельник, когда Лена пришла, пенсионерка сразу заметила, что настроение у девушки не улучшилось, она была какой-то притихшей и отстранённой. Валентина Ивановна решила, что надо поговорить по душам, успокоить её.
После массажа они вышли в сад, и женщина, тяжело вздохнув, сказала:
— Вот скажи мне, Леночка, почему жизнь так устроена, что хорошим людям часто не везёт? Взять хотя бы моего сына. Не хочу хвастаться, но у него практически нет недостатков. По совести всегда поступает, по закону живёт, людям помогает, а судьба ему удар за ударом посылает.
— Вообще-то Вадим не выглядит несчастным, — осторожно заметила Лена.
— Это потому что он умеет держать удар, — с горечью ответила Валентина Ивановна. — А на него одна беда за другой сыплются. Я тебе только за последние полгода расскажу. Тебе интересно?
— Да, конечно, — кивнула Лена, чувствуя, что разговор будет важным.
— Он ведь следователь, честный, неподкупный. А полгода назад вёл дело о коррупционерах — там каждый подозреваемый, как на подбор, большие люди. Уж как они только к нему не подкатывали, чтобы дело закрыл! И взятки предлагали, и избивали его, и угрожали. А убить побоялись — слишком явно было бы, чьих рук дело.
Лена слушала, всё больше поражаясь. Она никогда не задумывалась, что работа следователя может быть настолько опасной. Думала, такое только в фильмах показывают.
— Сынок никогда не жаловался, — продолжала Валентина Ивановна. — Раны залижет и снова на работу. Да тут ещё я его подвела. Переживала за него так, пока он это проклятое дело вёл, что у меня инсульт случился. А пока в больнице лежала — новая напасть. Те ворюги жену его похитили, избивали её, видео ему присылали. Он у меня за это время весь поседел.
— Боже мой... какие ужасы! — выдохнула Лена. — А что сейчас с его женой?
— Сейчас всё уже позади, — невесело ответила пенсионерка. — У сына коллеги хорошие, такие же принципиальные, как он сам. Вместе они тех извергов и посадили. Всем сроки дали, имущество конфисковали. А Алиса, жена Вадима, не смогла простить, что так пострадала из-за него. Обиделась смертельно. Живёт сейчас в их общей квартире, а Вадима выставила. Он в служебное общежитие переехал, один в комнате мыкается.
— Они разводятся? — спросила Лена.
Валентина Ивановна тяжело вздохнула, печально посмотрела на неё и проговорила с разочарованием:
— Я когда Вадим женился, сразу против была. Жена у него очень красивая, но избалованная. Сразу заявила, что детей не хочет, что будет радоваться жизни, а не подгузниками заниматься. Я поняла тогда, что не пара она моему сыну. Он у меня домашний, для него семья — главное. Да только он так в неё влюбился, что на всё готов был согласиться. Если честно, им давно разойтись надо было. Алиса мужское внимание очень любит, всегда им была окружена.
Лена слушала молча, впитывая каждое слово. Она была благодарна Валентине Ивановне за этот откровенный рассказ. Теперь она понимала Вадима гораздо лучше и, как ни странно, чувствовала к нему ещё больше тепла и сочувствия. Выходит, ему, как и ей, не повезло в семейной жизни.
Вечером вернулся с работы отец Вадима. Он принёс большую коробку конфет и, улыбаясь, вручил её Лене.
— Это вам, — сказал он. — Моя маленькая личная благодарность за то, что вы Риту на ноги поставили. Она уже по лестнице без страха ходит, и настроение у неё лучше стало. Чувствует себя уверенней. Думаю, это целиком ваша заслуга.
— Вы преувеличиваете, я просто делала свою работу, — смутилась Лена.
— Мой муж никогда ничего не преувеличивает, — улыбнулась Валентина Ивановна. — Но ты, Лена, действительно мне очень помогла. У тебя, я тебе скажу, волшебные руки. После массажа я всегда чувствовала прилив сил. А главное — ты меня успокоила. Я перестала бояться, что болезнь вернётся.
— И это тоже вам, — протянул хозяин дома конверт. — Тут зарплата и премия за последний месяц. Мы с вами расстаёмся, и нам очень жаль. Но Рита решила, что с вами она чересчур расслабляется, привыкла, что вы всегда рядом, подстраховываете. Хочет почувствовать себя совершенно независимой.
— Лена, пообещайте, что будете меня навещать, — попросила Валентина Ивановна. — Я ведь целыми днями одна дома. Муж только вечером, сын по выходным, да и то не всегда — работа у него такая.
— Обещаю, — искренне ответила Лена. — Я буду приходить, обязательно.
Тепло распрощавшись с родителями Вадима, она отправилась домой. Теперь она была свободна и могла распоряжаться своим временем. На полученные деньги решила сделать ремонт в комнате сына, купить новую мебель. Она очень скучала по Диме, но боялась даже приближаться к дому бывшего мужа — воспоминания о психушке были слишком свежи и пугали до дрожи.
Был уже поздний вечер, когда в дверь постучали. На пороге стоял Вадим с огромным букетом цветов. Он выглядел немного смущённым.
— Цветы — в качестве извинения за поздний визит, — сказал он. — А вообще-то я по делу.
Лена пригласила его в дом, чувствуя, как сердце забилось чаще. Вадим был серьёзен, даже озабочен.
— Лена, твой муж посвящал тебя в свои дела? — спросил он без предисловий. — Ты в курсе его бизнеса?
— Нет, — удивлённо ответила она. — Константин занимался грузоперевозками и горюче-смазочными материалами. Он всегда говорил, что женщины в этом не разбираются, и мы никогда не обсуждали его работу дома. А почему ты спрашиваешь?
— Потому что лишь малая доля его бизнеса велась официально, — пояснил Вадим. — Основную прибыль он получал от незаконных схем, уходил от налогов. И сейчас у него из-за этого серьёзные проблемы. Огромные долги перед налоговой, а денег на счетах практически нет. Проверка показала, что всю прибыль он выводил на зарубежные счета, оставляя в стране только на текущие расходы.
Елена была неприятно поражена услышанным. Все эти годы она искренне считала своего мужа честным, уважаемым бизнесменом, который добился всего своим трудом. Оказалось, она жила с человеком, о котором на самом деле ничего не знала. Но сейчас её волновало не это и даже не опустевшие счета Константина. Главным для неё оставался сын.
— Вадим, а когда же суд? — с тревогой спросила она. — Если Константином теперь занимается налоговая и полиция, его ведь могут посадить? А как же Дима? Что с ним будет?
— Я затем и пришёл, Лена, чтобы сообщить тебе хорошую новость, — ответил Вадим. — Суд уже через одиннадцать дней. Все материалы следствия готовы, и, надеюсь, на этот раз адвокатам твоего мужа не удастся затянуть процесс. Так что готовься встречать сына в своём доме.
Хотя Елена давно ждала этого момента, известие о скором суде заставило её сердце биться быстрее от волнения. Она отчаянно боялась, что новое заседание вынесет такое же решение, как и предыдущее, и Дима снова останется с отцом.
— И ещё, — Вадим заметно смутился, — у меня есть одна новость... личного характера. Я сегодня встречался со своей женой. Сказал ей, что подаю на развод. Я понимал, что виноват перед Алисой, и боялся, что моё решение её огорчит. Но она... она обрадовалась. Сказала, что сама собиралась мне признаться: у неё уже два года есть другой мужчина. Так что мы расстались почти друзьями.
— Интересная новость, — осторожно отозвалась Лена, в душе которой затеплилась надежда. — И что же это получается? Ты теперь свободный мужчина? Или есть ещё кто-то, кроме Алисы?
— Конечно, есть, — широко и счастливо улыбнулся Вадим, глядя ей прямо в глаза. — Я тебе уже однажды говорил и сейчас повторю: я думаю о тебе всегда и везде. Я люблю тебя, Лена. И очень надеюсь, что ты станешь моей женой, как только мы утрясём все формальности.
— Ну, если ты говоришь правду, — кокетливо улыбнулась Лена и указала на часы, стрелки которых приближались к полуночи, — то я приглашаю тебя на полуночную чашку чая.
Она весело рассмеялась. Вадим тоже улыбнулся, не сводя с неё счастливых глаз.
— Когда я с тобой, то совсем не замечаю времени, — тихо сказал он. — А оно, как назло, бежит слишком быстро. Я даже не успеваю насладиться твоим обществом.
Та ночь стала первой, которую они провели вместе. Вадим был настроен решительно, и уже через неделю они расписались. Отметили это событие скромно, в кругу родителей Вадима — просто подняли бокалы шампанского за счастье молодых.
А вскоре состоялся суд. Елена была поражена, увидев, что её бывший муж находится не на скамье для подсудимых, как в прошлый раз, а за решёткой, в специальной металлической клетке. Она всегда думала, что так доставляют в зал суда только особо опасных преступников — убийц и маньяков. Однако самое интересное началось во время самого заседания. Лена услышала о Константине много такого, отчего у неё волосы вставали дыбом. Оказалось, что всё его недвижимое имущество и бизнес арестованы из-за многомиллионных долгов перед налоговой. Самого мужчину обвиняли по целому ряду статей: мошенничество при ведении бизнеса, подкуп должностных лиц психиатрической клиники, где незаконно удерживали Лену, подлог документов при определении места жительства ребёнка и ещё много чего. На этот раз связи Константина не помогли, и суд вынес справедливое решение. Местом жительства Димы был определён дом его матери — теперь у Лены имелась работа, стабильный доход и прекрасные характеристики.
Счастливая и довольная решением суда, Елена вышла на улицу, чтобы дождаться Вадима и вместе поехать в коттедж за сыном. Вскоре к зданию суда подъехала машина для перевозки заключённых. Лена увидела, как из дверей вывели Константина в наручниках. Он шёл, понурив голову, и вдруг к нему подскочила женщина. Елена не сразу узнала в ней Юлию, первую жену Константина. Юлия была вне себя от злости и кричала громко, чтобы все слышали:
— Я всегда знала, что кара небесная тебя настигнет! Забыл, как жестоко со мной поступил? Бросил беременную жену ни с того ни с сего! Из-за тебя я ребёнка потеряла! Теперь у тебя будет время посидеть за решёткой и подумать, что так с людьми нельзя!
Но Константина уже заталкивали в машину. Дверь захлопнулась, и он вряд ли слышал последние слова Юлии. Зато их хорошо слышала Лена. Она понимала, что обвинения Юлии справедливы, и внезапно почувствовала острую вину. Ей казалось, что её вина в случившемся не меньше, чем вина самого Константина. Лена решительно подошла к Юлии.
— Юлия, — с болью в голосе произнесла она, — простите меня, пожалуйста. Я знаю, что виновата перед вами. Я совершила ужасную ошибку, когда влезла в ваши отношения с Константином. Мне тогда казалось, что я имею право на счастье, и я боролась за него, не думая ни о ком, только о себе. И только став матерью, я всё поняла. Когда суд оставил Диму с Константином, я испытала такую боль, такие страдания, что словами не передать. Теперь я прекрасно понимаю, что вы чувствовали. Мой сын хотя бы жив и здоров, а ваш ребёнок...
Из глаза Елены покатились искренние, горячие слёзы. Она снова прошептала:
— Простите меня.
— Да ладно, — Юлия посмотрела на неё с печалью. — Ты, конечно, виновата, но основная вина на отце ребёнка лежит. А ты просто под руку ему подвернулась. Не тебя, так другую нашёл бы. Самое страшное в моей истории то, что я больше никогда не смогу выносить и родить своего малыша.
Елена была рада, что в голосе Юлии не слышно прежней злобы и ненависти. Ей отчаянно захотелось хоть чем-то помочь этой несчастной женщине, хоть как-то поддержать её.
— Юлия, вы такая красивая, молодая, — с чувством сказала Лена. — А вы не думали о том, чтобы взять ребёночка из детского дома? Материнство — это такое огромное счастье. Мне очень хочется, чтобы вы его испытали.
Юлия исподлобья взглянула на неё, ничего не ответила, повернулась и молча пошла прочь.
Наконец из здания суда вышел Вадим. Он посадил Лену в машину, и они отправились в коттедж бывшего мужа — забирать Диму.
Дверь открыла Вера Степановна. Домработница почти не изменилась, разве что в её добром взгляде появилась лёгкая грусть. Увидев бывшую хозяйку, она просияла.
— Елена Сергеевна, голубушка, как хорошо, что вы забираете Димочку! — всплеснула она руками. — Он так соскучился! Сейчас я его позову.
Через минуту в прихожую вбежал заметно подросший за несколько месяцев мальчик и крепко обнял мать.
— Мам, а мы теперь будем с тобой вместе? — спросил он, заглядывая ей в глаза. — Лера всё время меня ругает. Она мне надоела.
— Больше не будет никакой Леры, сынок, — радостно ответила Лена, гладя его по голове. — Только теперь мы будем жить в другом месте, в деревне. Ты знаешь, там так здорово!
— А папа? — насторожился Дима.
— У папы командировка, — быстро нашёлся Вадим, заметив, что Лена замешкалась. — Да, Дима, папа уехал в командировку, вернётся только через два года. Потом ты сможешь с ним видеться.
Лена благодарно взглянула на мужа и улыбнулась сыну.
— Познакомься, Дима, — сказала она. — Это мой друг, замечательный человек, дядя Вадим.
Мужчина серьёзно протянул руку мальчику, и они обменялись взрослым рукопожатием.
В этот момент в гостиной послышался стук каблучков. Вошла Лера, бывшая гувернантка и, как оказалось, несостоявшаяся невеста Константина. Лена заметила, что она беременна.
— Я на минуту, — процедила Лера сквозь зубы, даже не поздоровавшись. — Заберу свою вещь.
Она подошла к тумбочке, выдвинула ящик и вытащила оттуда какой-то свёрток. Всё это время Дима напряжённо наблюдал за ней.
— Надеюсь, больше не увидимся, — бросила Лера, с вызовом глядя на Лену, и, цокая каблучками, направилась к выходу.
Вера Степановна, проводив её взглядом, подошла к Елене.
— Вы не обращайте на неё внимания, Елена Сергеевна, — тихо сказала она. — Как хозяйкой в доме себя почувствовала, так совсем другой человек стала. Грубить всем начала, командовать, даже на хозяина кричала, хоть они так и не расписались — на птичьих правах жила. А как забеременела, так во всей красе себя и показала. Характер у Леры суровый, она хозяином вертит, как хочет. Но, видно, ему такая и нужна.
— Вера Степановна, а вы-то сами теперь куда? — спросила Лена.
— А куда ж мне? — вздохнула домработница. — Дом-то у хозяина отобрали, так что одна мне дорога — назад в свою деревню. Тут я долго работала, а в другое место из-за возраста вряд ли кто возьмёт. Да и ладно, деньжат я скопила, так что старости не боюсь.
Попрощавшись с Верой Степановной и забрав сына, Лена с Вадимом сели в машину и отправились в деревню, к новой жизни.
Прошло три года. Стояло прекрасное майское утро. Вадим с Леной собирались в город — нужно было забрать Диму от отца и отвезти в школу. Константин отсидел назначенные судом два года и вышел на свободу совершенно другим человеком. За время заключения он многое переосмыслил и, можно сказать, начал жизнь с чистого листа. После суда он лишился не только конфискованного имущества и бизнеса, но и всех зарубежных счетов — их обчистили бывшие партнёры по теневым делам. Теперь Константин вместе с Лерой жил в обычной двухкомнатной квартире, доставшейся ему от бабушки. Они воспитывали трёхлетнего сына, а по выходным к ним приезжал старший брат Дима.
Вадим остановил машину у подъезда.
— Ты посиди, я быстро, — сказала Лена, выходя. — Заберу Диму, и потом погуляем где-нибудь.
Она поднялась в квартиру, вручила маленькому сыну Леры игрушечную машинку и кивнула Диме:
— Поторопись, дядя Вадим ждёт внизу.
Пока мальчик одевался, Константин подошёл к бывшей жене и с лёгкой завистью произнёс:
— Лен, ты молодец. Хорошо сына воспитываешь. Настоящий мужик растёт.
— Это не только моя заслуга, — улыбнулась Лена. — На него Вадим очень хорошо влияет. Они вместе зарядку делают, ледяной водой из колодца обливаются, всю работу по дому и во дворе вместе делают.
— Повезло тебе с ним, — искренне сказал Константин.
— Это точно, — согласилась Лена. — Ну всё, пока, Костя. Если что, звони.
Сын уже стоял рядом, и они поспешили к машине.
— Пока я вас ждал, придумал, куда мы сейчас отправимся, — загадочно объявил Вадим, когда они сели.
— Куда? — глаза Димы загорелись нетерпением.
— В парк! Кататься на аттракционах и есть мороженое. Любимое занятие всех отдыхающих.
Все дружно рассмеялись, и машина тронулась в сторону парка.
Пока Вадим с Димой с упоением катались на каруселях, Лена прогуливалась неподалёку, наслаждаясь тёплым весенним днём. Вдруг она услышала знакомый голос:
— Лена!
Она обернулась и не поверила своим глазам. К ней быстрым шагом приближалась Юлия, первая жена Константина. Она выглядела помолодевшей, посвежевшей и просто светилась от счастья. Рядом с ней шёл симпатичный мужчина, кативший коляску с очаровательной малышкой лет двух-двух с половиной.
— Это ваша дочка? — восторженно спросила Лена, указывая на коляску.
— Да, — Юлия сияла. — Помнишь, ты мне тогда посоветовала взять ребёнка из детского дома? Я подумала и решила последовать твоему совету. И вот теперь у меня есть чудесная дочка. А ты, я вижу, тоже ждёшь пополнение?
Она с интересом посмотрела на заметно округлившийся живот Лены.
— Да, у нас тоже будет дочка, — с гордостью ответила Лена.
— Это же замечательно! — обрадовалась Юлия. — Потом обязательно познакомим наших девочек, пусть дружат.
Женщины присели на скамейку и проговорили довольно долго, обсуждая своё, женское. Обе были искренне рады, что у каждой в жизни теперь есть настоящее счастье.
— Юля, я с ног сбился тебя искать! — прервал их беседу недовольный мужской голос. К скамейке подошёл тот самый симпатичный мужчина. — Мы же договаривались встретиться в кафе!
— Егор, прости, пожалуйста! — спохватилась Юлия, вскакивая и чмокая его в щёку. — Совсем забыла про тебя. Встретила давнюю знакомую, вот и заболталась.
— Алёнушка скоро проснётся, — напомнил мужчина, кивая на коляску. — Мы с тобой ничего для неё не взяли, чтобы на улице покормить. Так что приглашай свою знакомую в гости, там и договорите.
— Как-нибудь в другой раз, — улыбнулась Лена, заметив приближающихся к ним Вадима с Димой. — Меня тоже муж с сыном заждались, наверное.
Она проводила взглядом удаляющуюся счастливую семью и подумала о том, как удивительно и мудро устроена жизнь. В ней есть место и боли, и прощению, и новому счастью. Главное — не терять надежды и верить, что всё обязательно наладится.