– Тётя Марина, а можно воды? – Кирилл стоял в дверях кухни, руки за спиной, улыбка до ушей.
Я налила ему стакан. Он ушёл в комнату. А через двадцать минут я обнаружила, что из кошелька пропали пять тысяч. Кошелёк лежал на полке в прихожей – как всегда. И Кирилл мимо него прошёл – как всегда.
Три года это тянется. Три года они приезжают к нам каждые выходные, и каждый второй раз у меня пропадают деньги. Я живу одна, снимаю однушку на окраине, коплю на первый взнос по ипотеке. Каждая тысяча на счету. А у меня за три года пропали двадцать три тысячи рублей. И я точно знаю, кто их берёт.
Первый раз я решила, что сама потеряла. Бывает. Две тысячи – не конец света. Но потом это повторилось. И ещё раз. И ещё. Я стала замечать закономерность: деньги исчезают только тогда, когда в гостях Лариса с Геннадием и Кириллом.
Я сказала Ларисе. Осторожно, мягко. Мол, послушай, мне кажется, Кирилл берёт деньги из моего кошелька. Может, поговоришь с ним?
Лариса покраснела. Замялась. Сказала – «я спрошу у Гены».
Спросила. И вечером перезвонила.
– Марин, Гена говорит, ты наговариваешь на ребёнка. Кирилл не мог. Он же маленький.
– Ему девять лет, – сказала я тогда. – Он уже не маленький.
– Ну, Гена считает, что ты просто теряешь деньги и ищешь виноватого. Ты же одна живёшь, может, забываешь, куда тратишь.
Я стиснула зубы. Промолчала. Решила – ладно, буду прятать кошелёк, когда они приезжают. Спрятала. В шкаф, под бельё. Кирилл нашёл и там. Три тысячи. Я видела, как он выходил из моей спальни. Спросила – «что ты там делал?» Он пожал плечами: «Искал зарядку для телефона».
Зарядка лежала в гостиной на виду.
Я снова позвонила Ларисе. На этот раз уже без мягкости. Сказала прямо: Кирилл залез ко мне в шкаф и вытащил три тысячи. Это не потеря. Это воровство.
Лариса молчала минуту. Потом тихо сказала:
– Я поговорю с Геной.
И поговорила. А Гена перезвонил мне сам.
– Слушай, Марина, – голос у него был весёлый, бодрый, как будто рассказывал анекдот. – Ну что ты пристала к пацану? Он же ребёнок. Ну, может, взял мелочь, поиграть хотел. Растёт бизнесмен, в меня пошёл! Я в его возрасте тоже карманные деньги добывал.
Я не сразу нашлась, что ответить.
– Гена, это не карманные деньги. Это мои деньги. Из моего кошелька. Из моего шкафа.
– Да ладно тебе, – он засмеялся. – Ты же его тётка. Что, денег жалко для племянника? Жадная ты, Марин. Вот потому и одна.
Он бросил трубку. А я сидела на кухне и чувствовала, как горят щёки. Не от стыда. От злости. «Жадная». «Потому и одна». Я работаю пять дней в неделю бухгалтером, беру подработки по вечерам. Каждую копейку откладываю. А он говорит мне «жадная», потому что я не хочу, чтобы его сын таскал у меня из кошелька.
Я решила поставить эксперимент. Следующие выходные – они опять приехали. Я положила в кошелёк ровно четыре тысячи. Пересчитала. Запомнила номера купюр – сфотографировала на телефон. Кошелёк оставила на обычном месте, на полке в прихожей.
Через час проверила. Тысяча пропала. Одной купюрой.
Я вышла в гостиную. Кирилл сидел на диване и играл в телефон. Геннадий смотрел футбол. Лариса мыла посуду.
– Кирилл, – сказала я спокойно, – отдай, пожалуйста, тысячу рублей, которую ты взял из моего кошелька.
Он даже не поднял глаз.
– Я ничего не брал.
– Кирилл, я сфотографировала купюры. У меня есть номера. Я могу проверить.
Тут вмешался Геннадий. Отвернулся от телевизора, посмотрел на меня снисходительно, как на ребёнка, который капризничает.
– Марин, ну хватит уже. Ребёнок сказал – не брал. Значит, не брал. Чего ты к нему цепляешься? Может, у тебя память плохая. Возраст, знаешь ли.
Мне тридцать восемь. «Возраст».
– Гена, у меня была тысяча – теперь нет. Кирилл единственный, кто ходил в прихожую.
– Да я сам ходил в прихожую! Может, я взял? – он хохотнул. – Слушай, если тебе так жалко тысячу рублей – вот, на. – Он полез в карман, достал мятую купюру и бросил мне на колени. – Держи. И не позорь ребёнка.
Купюра лежала у меня на коленях. Мятая, тёплая. Я подняла её, положила на стол.
– Мне не нужна твоя тысяча. Мне нужно, чтобы Кирилл перестал воровать.
– Он не ворует! – Геннадий повысил голос. – Он берёт! Это разные вещи. У тётки взять – это не воровство. Это семья!
Лариса вышла из кухни с мокрыми руками.
– Марин, может, правда, давай не будем при Кирюше. Он расстроится.
Кирилл сидел с каменным лицом и играл в телефон. Вообще не расстроенный. Даже не виноватый. Просто спокойный, привыкший, что за него заступятся.
Я промолчала. Они уехали вечером. Тысячу так и не вернули.
Через неделю был день рождения Кирилла. Одиннадцать лет. Лариса позвала меня – «приходи, Марин, ты же тётя, Кирюша будет рад». Я купила подарок – конструктор за две тысячи триста. Выбирала полчаса в магазине, думала, что ему понравится.
Но я сделала ещё кое-что. Я подготовилась.
За три дня до праздника я купила новый кошелёк. Положила туда пять тысяч – пять купюр по тысяче. Каждую пометила – маленькая точка маркером на уголке, с изнанки. Незаметная, если не знаешь. И сфотографировала каждую купюру с двух сторон. Номера, серии, точки – всё сохранила.
На празднике было человек десять. Родители Геннадия, пара его друзей с жёнами, соседка тётя Валя. Дети бегали по квартире. Стол ломился. Геннадий разливал, тосты говорил – «за сына, за будущего мужика, за наследника».
Я положила кошелёк в свою сумку. Сумку повесила на стул в прихожей. И стала ждать.
Через час я проверила. Двух тысяч не хватало. Две купюры с точками – исчезли.
Пальцы стали ледяными. Не от страха. От решимости.
Я прошла в гостиную. Все сидели за столом. Геннадий рассказывал что-то про работу, размахивал руками. Лариса подкладывала салат.
– Кирилл, – сказала я. Голос не дрогнул. – Выверни, пожалуйста, карманы.
Стало тихо. Геннадий перестал жевать. Лариса замерла с ложкой в руке. Мать Геннадия поправила очки.
– Ты чего? – Геннадий нахмурился.
– Из моего кошелька пропали две тысячи рублей. Купюры меченые. Я могу назвать номера и показать метки. Если Кирилл их не брал – ему нечего бояться. Пусть покажет карманы.
Кирилл побледнел. Впервые я увидела на его лице страх.
– Мам, – он посмотрел на Ларису.
– Марина, ты что делаешь? – Лариса встала. – Это же его день рождения! При людях!
– Я делала это без людей. Четыре раза. Никто не слушал. Может, при людях услышите.
Геннадий встал. Лицо красное, глаза злые.
– Ты сейчас серьёзно? На дне рождения моего сына ты устраиваешь цирк?
– Это не цирк, Гена. Это седьмой раз. Двадцать три тысячи рублей за три года. Я всё записывала. Даты, суммы. Хочешь – покажу?
Я достала телефон. Открыла заметки. Протянула ему.
Он не взял. Отмахнулся.
– Убери это. Ты больная.
– Кирилл, – я посмотрела на мальчика. – Покажи карманы. Если денег нет – я извинюсь. Перед всеми. Публично. Скажу, что ошиблась.
Тишина. Кирилл сунул руки в карманы. И стоял так. Не доставал.
– Кирюш, – это сказала мать Геннадия, тихо, из-за стола. – Покажи тёте. Пусть успокоится.
Он медленно вытащил руки. В правой – две мятые купюры. Тысячные.
Я взяла одну. Перевернула. Точка на уголке. Маленькая, чёрная.
– Вот, – сказала я и показала всем. – Вот метка. Я её поставила три дня назад. Вот фотография с номером купюры у меня в телефоне. Дата – позавчерашняя.
Стало так тихо, что было слышно, как за стеной у соседей работает телевизор.
– Гена, – я повернулась к нему. – Это бизнесмен? Это «семья»? Твой сын ворует. Регулярно. А ты ему хлопаешь. Ещё раз пропадут деньги – я иду в полицию. Мне всё равно, что ему одиннадцать.
Геннадий шагнул ко мне. Я думала, начнёт кричать. Но он только прошипел:
– Вон из моего дома.
– С удовольствием, – я взяла сумку. – Подарок можете оставить. Я его не забираю обратно. В отличие от некоторых.
На лестничной площадке было прохладно и пусто. Я прислонилась к перилам. Сердце колотилось. Но внутри было спокойно – как будто три года носила камень и наконец выбросила.
Прошло три недели. Лариса не звонит. Геннадий, говорят, рассказывает всем родственникам, что я «больная на голову» и «устроила истерику ребёнку на день рождения». Мать Геннадия передала через знакомых, что «Марина поступила некрасиво, но Кирюше надо объяснить, что чужое брать нельзя».
Кирилл не извинился. Гена не перезвонил.
А я по вечерам захожу в банковское приложение и смотрю на свой счёт. Двадцать три тысячи не вернулись. Но новые – не пропадают.
***
Вам понравится: