Разговоры о возможной остановке конвейеров в Тольятти возникают с завидной регулярностью, но сейчас почва для них стала как никогда плотной. Приятель обратил мое внимание на то, что нынешнее положение дел сильно отличается от кризисов прошлых лет. Главная проблема заключается в том, что завод фактически теряет своего массового покупателя. Люди, которые раньше выбирали продукцию отечественного автопрома за её доступность, теперь просто не могут позволить себе новую машину.
Посмотрим на цифры, которые актуальны на февраль две тысячи двадцать шестого года. Стоимость новой модели Лада Искра в кузове универсал Кросс в топовом исполнении Техно сегодня составляет один миллион восемьсот двадцать семь тысяч рублей. За обычный седан в базовой версии Комфорт просят один миллион двести семьдесят семь тысяч. Подобные ценники заставляют потенциальных владельцев хвататься за голову. Знакомый аналитик подчеркивает, что за последние два года стоимость российских автомобилей выросла почти в полтора раза, в то время как доходы населения за ними явно не поспевают.
Вторая критическая точка — это катастрофическое падение реальных продаж на фоне агрессивной экспансии из Поднебесной. Китайские производители научились очень быстро реагировать на запросы нашего рынка. Пока в Тольятти годами пытаются внедрить простейшие опции или исправить старые ошибки в программном обеспечении, конкуренты заваливают автосалоны кроссоверами с панорамными крышами и кучей современных помощников. Даже с учетом огромных заградительных пошлин и утилизационного сбора, который постоянно растет, китайская техника выглядит для многих более привлекательной покупкой. Люди голосуют рублем, и данное голосование проходит явно не в пользу отечественных седанов.
Качество продукции тоже стало притчей во языцех. Приятель рассказывал про многочисленные случаи, когда владельцы свежих Вест сталкиваются с отказами тормозной системы или глюками электроники уже на первых тысячах километров пробега. Самое печальное в данной ситуации кроется в поведении официальных дилеров. Вместо того чтобы оперативно исправлять заводской брак, они часто пытаются переложить вину на самого водителя, утверждая, что гарантия существует только на бумаге. Подобное отношение моментально разлетается по социальным сетям и форумам, окончательно убивая лояльность к бренду.
Однако на вопрос о полном закрытии завода мой знакомый ответил отрицательно. Он уверен, что АвтоВАЗ не закроют в привычном понимании этого слова. Подобное предприятие является градообразующим, на нем завязаны судьбы десятков тысяч рабочих и сотни поставщиков по всей стране. Остановка такого гиганта привела бы к социальному взрыву, которого никто не допустит. Вероятнее всего, мы будем наблюдать сценарий бесконечного поддержания жизни. В завод продолжат вливать колоссальные бюджетные деньги, выдавать льготные кредиты и субсидии, лишь бы конвейеры продолжали крутиться. Фактически предприятие превратится в некий социальный проект, который существует в отрыве от рыночных реалий.
При этом технологическая зависимость от восточных партнеров только усиливается. Мой собеседник видит в этом главную ловушку. Под капотами новых моделей стоят двигатели и коробки передач, которые мы не производим сами в полном цикле. Даже в новой Искре используются компоненты, которые напрямую зависят от поставок комплектующих из других стран. Если данные цепочки прервутся, завод снова встанет, как это уже случалось ранее. Получается, что мы создаем видимость независимого производства, хотя по факту просто собираем конструктор из чужих деталей.
Логика подсказывает, что заводу нужно срочно снижать издержки и возвращаться в бюджетный сегмент до одного миллиона рублей. Но руководство идет по пути повышения цен и просьб о введении новых налогов для конкурентов. Подобный путь ведет в никуда. Если Веста или Искра продолжат дорожать такими темпами, то к концу года их продажи могут упасть до критического минимума, когда даже государственная помощь не сможет покрыть убытки.
В итоге мы имеем ситуацию, когда завод живет в искусственно созданных тепличных условиях. Он защищен высокими заборами пошлин, но внутри этих заборов продукт перестает развиваться и становится слишком дорогим для своих же граждан. Приятель считает, что такая модель может просуществовать еще долго, но она не имеет ничего общего со здоровым бизнесом и развитием технологий.
Как вы думаете, стоит ли продолжать тратить миллиарды из бюджета на спасение автогиганта или пора дать рынку самому решить судьбу отечественных автомобилей?