Кристина всегда оплачивала счет первой. Не потому, что хотела, а потому что это избавляло от неловких пауз, когда её «заклятые подруги» начинали судорожно искать кошельки, вспоминая, что забыли карту в другой сумке.
— Ой, Крис, ты чудо! — прощебетала Алиса, поправляя дешевую бижутерию. — С меня в следующий раз причитается.
«В следующий раз» не наступало последние три года. Но Кристину это устраивало. Ей нравилось покупать их лояльность обедами, стоимость которых равнялась средней зарплате в их офисе. Это давало ей право не слушать их морализаторство, а снисходительно кивать.
— Слушай, ну а как твой... этот? — Надя понизила голос, словно говорила о болезни. — Опять женатый? Крис, ну тебе тридцать. Часики-то не просто тикают, они уже набат бьют. Тебе свое нужно, а не чужие объедки.
Кристина усмехнулась. Она аккуратно промокнула губы салфеткой.
— Девочки, запомните. Брак — это как владение подержанным автомобилем. Ты вкладываешь в него деньги, нервы, время, чинишь, моешь, а он всё равно ломается и теряет в цене. Женатый мужчина — это каршеринг бизнес-класса. Ты садишься в чистый, заправленный, ухоженный салон. Тебе не надо менять масло, слушать нытье про начальника и стирать носки. Ты покаталась, получила удовольствие и вышла. Проблемы техобслуживания — это головная боль владельца. То есть жены.
Подруги переглянулись. В их глазах читалась смесь зависти и осуждения. Они возвращались в свои ипотечные «двушки» к уставшим мужьям, которые требовали ужин, а Кристина ехала в свою стерильную дизайнерскую квартиру, где никто не разбрасывал вещи.
Для неё это была не просто интрижка. Это была стратегия выживания. Женатые мужчины были безопасны. Они не претендовали на её активы, не лезли в её бизнес с глупыми советами и, главное, они так же, как и она, ценили свободу.
Схема работала безупречно. Пока не появился Рома.
Он не вписывался в паттерн. Обычно Кристина выбирала мужчин постарше, уставших от быта, ищущих легкости. Рома был её ровесником. Харизматичный, резкий, с тем самым блеском в глазах, который бывает у хищников. У него была жена, двое детей и бизнес, который по оборотам догонял её собственный.
Это должно было быть легким приключением. Пара встреч в отелях, дорогие подарки, никакой драмы.
Но через месяц Кристина поймала себя на том, что ждет его сообщения, глядя на экран телефона, как школьница. Хладнокровие, которое она годами тренировала, дало трещину.
Она начала нарушать собственные правила.
Вместо того чтобы заниматься делами, она часами сидела в соцсетях. Найти профиль его жены оказалось делом пяти минут. Её звали Лена. Обычная. До зубовного скрежета обычная. Фотографии с детских утренников, рецепты пирогов, селфи без макияжа с подписями «Счастье в мелочах».
«Что он в ней нашел?» — думала Кристина, разглядывая своё отражение в зеркале. Идеальная укладка, фигура, отточенная в спортзале, брендовая одежда. Она была Ferrari рядом с семейным минивэном.
Ревность — это кислота. Она разъедала логику.
Однажды вечером Рома отменил встречу.
— Прости, малая заболела, надо дома остаться. Лена одна не справляется, паникует.
Кристина швырнула телефон на диван. В груди разлился горячий свинец. Он выбрал их. Опять. Он всегда выбирает их, когда случается что-то реальное. А она — праздник. Аниматор для взрослых.
План созрел мгновенно. Злой, подлый, но эффективный.
У неё были фотографии. Не откровенные, нет. Но вполне понятные. Они в ресторане, он держит её за руку. Они выходят из отеля. Рома думал, что они в безопасности, но Кристина всегда делала «страховые копии» реальности.
Она открыла диалог с Леной. Прикрепила фото. Набрала текст: «Твой муж сегодня не на совещании. Он со мной. И вчера был со мной. Может, пора снять розовые очки?»
Палец завис над кнопкой «Отправить».
Кристина представила, что будет дальше. Скандал. Слезы. Лена выгонит его. Рома, конечно, придет к ней, к Кристине. Сначала будет злиться, но она его утешит. Он станет её.
И тут её накрыло.
Она посмотрела на свои руки. Ухоженные, с дорогим маникюром. Сейчас этими руками она собиралась разрушить чужую жизнь просто потому, что ей захотелось новую игрушку. Она превращалась в банальную разлучницу, в тех самых женщин, над которыми сама смеялась. В истеричку, которая выпрашивает любовь шантажом.
Стало физически тошно. Воздух в комнате показался спертым.
— Я не такая, — прошептала она в тишину. — Я не буду подбирать то, что выкинули другие.
Она удалила сообщение. Удалила фото. Зашла в контакты, нашла номер Ромы и нажала «Заблокировать». Потом то же самое — во всех мессенджерах.
Это было больно, словно она отрезала часть себя. Но это было честно. Она выбрала одиночество, чтобы не потерять самоуважение.
Часть 2. Бумеранг всегда возвращается
