Я не стал ничего говорить сестре за тату. Наверное, внутренне уже давно был готов к такому.
Чего она уже только не делала со своей внешностью. Волосы красила почти каждый месяц. Блондинка, брюнетка, рыженькая, мальвина - какие только цвета не перепробовала. Дичайшие эксперименты с макияжем и, конечно, одеждой. Иной раз я просто не понимал, как в таком виде можно выйти из дома, пусть даже и в Москве - цивилизованном, современном городе.
Может сам уже превращался в старика и любил причитать "вот в наше время ТАКОГО себе не позволяли". На самом деле, позволяли едва не большее, только в эпоху интернета и тотальной глобализации всё стало открыто и на поверхности. Никто ничего не скрывал. Наоборот, современная молодёжь зачастую кичилась вещами, о которых ещё лет пятнадцать назад не принято было говорить вслух. Естественно, людей старой закалки это просто сбивало с толку, если не сказать шокировало.
Я старался не терять связи с молодым поколением, понимая, что и сам когда-то был таким же безбашенным авантюристом. Поэтому лояльно относился ко многим выходкам сестры.
Под жёстким запретом только вредные привычки. Здесь сразу дал понять, что если только попробует встать на эту дорожку - потеряет моё доверие раз и навсегда.
А нашими отношениями Карина дорожила. Я знал, что кроме меня у неё нет близких людей, особенно после смерти мамы.
- Ну скажи, что тебе нравится? Перестань играть в строгого папочку. У самого-то сколько уже? Пять?
- Шесть. Сделал ещё одну пару месяцев назад, в Праге.
- Дай заценить.
-Нет. Лучше покорми, я только с самолёта. Найдётся в этом доме что-то съестное для брата или ухажёры всё обчистили? Я голодный, со вчерашнего дня ничего не ел.
- Ухажёры приходят со своим. Буду я ещё на них продукты переводить.
- А на меня?
- Ну уж найдется. Пошли.
Сестра помчалась в кухню, сверкая своими белоснежными носочками, а я рассмеялся, в полной мере ощутив, как же соскучился по своему колючему ёжику.
Весь день провели вместе. Каришка всё-таки не пошла на пары, а я не возражал. Рядом с ней было так хорошо и уютно.
Она показывала мне свои рисунки, настойчиво требуя критической оценки.
Я весьма посредственно разбирался в живописи, не мог не похвалить, не поругать её. Восхищения они не вызывали, но всё-таки назвать их совершенно бесталанными я то же не мог.
Было очевидно, что если сестра хочет добиться успеха в этом деле придётся долго и усердно работать, о чём честно ей и сказал.
Поджала губы, кивнула, ничего не ответила, но, наверное, расстроилась. Видел по её лицу, что в тайне ждала куда более тёплой рецензии. Но в таких вопросах я был непреклонен.
Если ты выбираешь дело, с которым в дальнейшем планируешь связать жизнь, адекватно оценивай свои возможности и выстраивай план работы. Иначе время будет потрачено впустую. А время самый ценный, невосполняемый ресурс.
До самого вечера проговорили обо всём на свете. Обходили только две темы. Её поклонников и её здоровье. Первая раздражала меня, вторая её.
Я терпеть не мог, когда за сестрой начинал кто-то бегать. Особенно, если учесть, что нормальных, достойных кандидатов на её сердце пока не наблюдалось.
Разговоры про докторов, больницы и обследования Карина слушать больше не могла. Это я и сам понимал. Старался, лишний раз не задевать эту тему, но боялся жутко.
В конце месяца собирается целый консилиум именитых врачей, которые будут решать вопрос о необходимости очередной операции. И чем ближе становился день X, тем сложнее было отгонять от себя тревожные негативные мысли.
Немного развеялся при встрече с Андреем. Конечно, наш разговор не обошёл стороной сестру. Когда-то Воронов принимал непосредственное участие в её лечении. Да что там. Спас ей жизнь. Выполнил одну из самых сложных операций на сердце, что когда-либо переносила сестрёнка, и провёл её блестяще.
Каришке тогда было всего одиннадцать. Все врачи давали неблагоприятные прогнозы, никто не хотел впутываться в такое сложное дело. Средств на дорогие частные клиники у меня тогда особо не было. А Андрей оказался чуть ли не единственным врачом, кто не побоялся взяться за лечение.
Многие удивлялись, как я доверил сестру ещё не набравшемуся к тому моменту нужного опыта врачу. Но я нисколько не сомневался в Андрее. Видел, как он учился в военной медицинской академии. Был одним из лучших студентов потока. Уже на третьем курсе чуть ли не ассистировал во время операций. Я знал, что на него можно положиться и не прогадал. Жизнь сестры была спасена, но после этой операции Андрей честно признался, что больше не может заниматься её лечением. Как оказалось, когда Кариша лежала на операционном столе, на несколько секунд её сердце остановилось.
Мы оба поняли, что продолжать лечение Андрей не сможет. Почти все врачи могут признаться, что оперировать близких людей - адский труд. Никто не хочет с таким связываться.
К счастью, дела быстро пошли в гору, и я смог позволить себе выбирать лучшие клиники для сестры. Но никогда не забуду того, что сделал Воронов.
Рассказ "На спор" 16 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈