Глава 3. Покой нам только снится. Часть 9. Ссылка на восьмую часть третьей главы. Они подошли к очередной и последней развилке, которая была отмечена на карте. Из тоннеля, в который следовало идти, донёсся дикий человеческий вопль. Сталкеры, вскинув оружие, быстрым шагом отправились на, возможно, уже запоздавшую помощь. Сталкеры выключили свои фонари и перешли на ПНВ. В тоннеле было сухо и чисто. Очевидно, что тоннель зажитой, и где-то неподалёку должен быть первый форпост «Свободы». Тишину разорвал громкий рев. В ответ послышалось грозное рычание и чуть слышные, шаркающие шаги. Штопор достал свой бинокль, оборудованный тепловизором, и посмотрел вглубь тоннеля. Увиденное привело его в ужас. В метрах семидесяти от них, в жесткой схватке сцепились кровосос и бюррер. Точнее, не кровосос, а, судя по размерам, кровосос-подросток. В нескольких метрах от них у костра лежал раненый боец и держался за ногу. Монстры дрались не на жизнь, а на смерть. Карлик прижал своего оппонента к стене тоннеля
Глава 3. Покой нам только снится. Часть 9.
Ссылка на восьмую часть третьей главы.
Они подошли к очередной и последней развилке, которая была отмечена на карте. Из тоннеля, в который следовало идти, донёсся дикий человеческий вопль. Сталкеры, вскинув оружие, быстрым шагом отправились на, возможно, уже запоздавшую помощь.
Сталкеры выключили свои фонари и перешли на ПНВ. В тоннеле было сухо и чисто. Очевидно, что тоннель зажитой, и где-то неподалёку должен быть первый форпост «Свободы». Тишину разорвал громкий рев. В ответ послышалось грозное рычание и чуть слышные, шаркающие шаги. Штопор достал свой бинокль, оборудованный тепловизором, и посмотрел вглубь тоннеля.
Увиденное привело его в ужас. В метрах семидесяти от них, в жесткой схватке сцепились кровосос и бюррер. Точнее, не кровосос, а, судя по размерам, кровосос-подросток. В нескольких метрах от них у костра лежал раненый боец и держался за ногу. Монстры дрались не на жизнь, а на смерть. Карлик прижал своего оппонента к стене тоннеля и принялся его душить. Щупальца кровососа извивались, как борода Дейви Джонса, пытаясь ухватиться за руку соперника. Внезапно кровосос вновь издал грозный рев, ударил в живот карлика и исчез из его вида. Разгневанный монстр в черном капюшоне взревел от ярости. Переходя в защиту, он взвёл руки вверх, образовав вокруг себя непроходимое электромагнитное поле, на которое уходило очень много внутренней энергии. Кровосос тоже не всегда может быть невидимым. Через определённое время его способность хамелеона угасала, и он вновь становился видимым для своего визави.Бюррер сдался первый. Предметы вокруг них вновь упали на землю, и он медленно побрёл в сторону Штопора и Кильки. В этот момент кровосос прыгнул на него сзади и воткнул ему в спину огромный кусок арматуры. Монстр, издав жалобный рев, повернулся, схватил кровососа за голову и принялся душить. Только сил уже не было. С каждой секундой его руки всё слабее держали шею противника. Молодой кровосос, грозно рыкнув, схватил карлика за грудки и швырнул его в стену. Бюррер что-то рыкнул напоследок, да так и остался лежать возле железобетонной стены тоннеля. Кровосос ещё немного посмотрел на поверженного противника и направился в сторону часового, охранявшего этот тоннель.
Сталкеры за время битвы монстров успели приблизиться наполовину пути. Они спешили спасти бойца «Свободы», который лежал, издавая протяжный стон. Монстр неспешно приближался к очередной жертве. Штопор практически перешёл на бег: только бы не опоздать! Приблизившись к месту действия на двадцать метров, он вновь перешёл на медленный шаг. И в это время услышал добежавшего за спиной Кильку. Проводник вскинул свой АК и посмотрел через прицел. Монстр сел рядом с раненой ногой свободовца. Аккуратно взял её в руку, при этом боец издал чуть слышный стон. Он склонил голову к открытому перелому ноги сталкера. Штопор уже хотел нажать на спусковой крючок, но что-то его останавливало. Кровосос начал активно работать щупальцами вокруг перелома раненого. Щупальца кровососа выделяют два фермента, в зависимости от того, что нужно мутанту. Первый препятствует сворачиванию крови, а второй, наоборот, способствует. Но самое главное: в слюне кровососа присутствует анестетик, который полностью обезболивает поражённую поверхность. Боец «Свободы» начал понемногу приходить в себя после болевого шока. Монстр продолжил проводить своеобразную операцию. Теперь-то Штопор понял, что мутант не навредить хочет, а помочь. Именно это и останавливало его от неоправданного выстрела. Они сделали ещё несколько шагов вперёд, не выпуская кровососа из прицела. Он так увлёкся операцией, или, может, в силу своего юного возраста, не почувствовал, что сталкеры подошли на расстояние пяти метров. Часовой за это время уже более-менее прийти успел в себя, поднял голову и, увидев их, завопил:
— Не стреляйте, это мой друг! — сказал он что было сил.
Кровосос тут же оторвался от его ноги, причинив пострадавшему жуткие боли, посмотрел своими большими красными глазами в глаза Штопору. Из пасти раздался протяжный вой. Они стояли неподвижно и смотрели друг на друга, не решаясь напасть.
— Ричи, не стоит, это гости наши! Командир докладывал о них! — сказал часовой, обращаясь к мутанту. Издавая стоны, он перевёл взгляд на сталкеров.
— Пожалуйста, уберите оружие, он этого не любит! — попросил он путников.
Сталкеры не спеша, и не особо доверяя раненому воину (непонятно, что кровосос успел с ним сделать), всё же опустили оружие. Кровосос, который тоже не особо верил сталкерам, через время вновь опустился на пол и продолжил заниматься ногой друга.
— Это Ричи, — указал он на кровососа. — Я нашёл его, когда он был совсем маленький, в глубинах тоннеля, на нашей вылазке. Выпросил у Лукаша отдельный барак с клеткой под него. Он долго меня материл, но в итоге разрешил, с условием: если что пойдёт не так, я лично его и пристрелю. Малыш активно рос, и уже за год он стал вот таким. Это очень послушный малый! Все на базе его любят и подкармливают. Ричи очень сладкое любит, особенно гематоген. Он всегда со мной на посты заступает. Да и вообще на базе он очень полезен. Всё понимает, что ему говорят. А сегодня вон это чучело откуда ни возьмись появилось. Еле справились.
Сталкеры с изумлением смотрели на прирученного мутанта. Ричи почти закончил с ногой, на которой оставались небольшие кровоподтёки. Кость больше не торчала из ноги, а глубокая открытая рана почти полностью затянулась. В этот момент с базы подоспела смена. Два свежих бойца в элитных костюмах «Страж Свободы» приближались к костру с северной стороны тоннеля.
Заметив сталкеров, прирученный мутант побежал в их сторону, жалобно стоня.
— Ричи, дружище, спокойно! Что случилось? — спросил караульный по кличке Штиблет. Высокого роста, худощавый брюнет с детским лицом. На вид ему было лет шестнадцать, на самом же деле — далеко за двадцать. Он достаточно давно топтал Зону под эгидой «Свободы». Его уважали на базе, приходили за советом. Справа от Штиблета стоял Гуру — мужик с советской закалкой. Ему было немного за пятьдесят. Поговаривали, что он работал на станции в ночь на двадцать шестое апреля. После аварии остался жить в своём селе. Изучал местность, мутировавших животных. После второй аварии, когда все население под угрозой расстрела вывезли из тридцатикилометровой Зоны, он пополнил ряды вольных сталкеров, а позже прибился к «Свободе».
Гуру, заметив лежащего товарища, пулей рванул к нему и принялся осматривать рану. Посмотрев в глаза Штопору, потом Кильке, Штиблет, подойдя к ним на расстояние метра, спросил:
— Это вы от Чехова, верно?
— Верно! — негромко ответил Штопор.
— Добрались всё-таки, а то мы вас уже потеряли! Вы где бродили почти сутки! Там идти максимум часов шесть.
Свободовец сделал шаг вперёд и, протянув руку, представился:
— Я Штиблет, это Гуру, — он указал на товарища, оказывавшего раненому доврачебную помощь. — Тот, что лежит — Филя, со своим другом Ричи. Ричи, поздоровайся с гостями. — Он обернулся и, взяв кровососа за руку, стал подтягивать его к себе. Тот издал недовольный рык и выдернул свою руку.
— Ричи! Нельзя так с нашими гостями! Они помогли нашим ребятам в Темной долине, а ты здороваться не хочешь! Да они почти герои, если хочешь знать! — продолжал объяснять он кровососу так, как будто тот всё понимал. Но монстр, как будто действительно понимал его слова. Он развернулся и исподлобья взглянул на сталкеров. Немного поссмотрев путников, кровосос неуверенными шагами двинулся в их сторону. Мутант подошёл почти вплотную и теперь принялся их нюхать. Не найдя ничего подозрительного у проводника, монстр принялся нюхать Кильку. Его внимание очень сильно привлёк карман на рукаве. Там у сталкера была припрятана шоколадка. Щупальцами он касался руки Кильки. Больше всего молодой боялся сейчас блевануть прямо на кровососа, которому навряд ли бы это понравилось.
Затем он своими неуклюжими руками открыл карман и достал оттуда шоколадную плитку.
— Это моя шоколадка! — не без доли обиды сказал Килька.
Кровосос поднял свой тяжёлый взгляд на сталкера и издал негромкий рык. Его щупальца медленно зашевелились, как змеи на голове у Горгоны. Сталкеру стало очень не по себе, и он решил не противиться и отдать плитку.
— Ладно, ладно! Я могу и поделиться, мы ведь теперь с тобой друзья. Верно? — несмело спросил Килька.
Но монстр уже был занят распаковкой продукта, и он ему был уже не интересен. Добравшись до начинки, кровосос принялся есть шоколад, довольно причмокивая.
— Что тут произошло? — спросил вдруг проводника Гуру, заканчивая перебинтовывать ногу товарищу.
— Мы пришли не так давно. Ваш Ричи сцепился в схватке с бюррером и не без труда одолел его, — кровосос, услышав своё имя, машинально, не отрываясь от шоколадки, повернул голову в сторону говорящего. — А Филя был уже ранен. Так кровосос и с раной справился сам. Так что можете ему премию выписывать, — ответил с улыбкой Штопор.
— Он у нас такой! Всех на базе лечит, всем помогает. Чуткое, знаешь какое? А диверсант какой! С его-то способностью невидимки! Не знаю, что бы мы без него делали. Лучший наш боец! — нахваливал, как будто своё домашнее животное, старый сталкер, а через паузу протянул ему ещё одну шоколадку. Тот только рад был такому подарку судьбы и с радостью схватил её.