Найти в Дзене
С укропом на зубах

Любить ее - безумие, не любить ее - немыслимо

Третья история про салон красоты "Мария" НАЧАЛО Когда Миша ошарашенно озирался на улице возле кафе, Женька была уже на квартире у бабушек. Но там она задержалась ненадолго. Нехитрым волшебством уничтожила следы своего присутствия, взяла чемодан и покинула их дом. Как положено, через дверь. Когда за ней захлопнулся английский замок, она сползла по стене. Почему она такая идиотка? Зачем потратила столько времени на погоню за тем, кому и вовсе не нужна? Как больно в груди, как тоскливо. Как будто кто-то сжал её лёгкие, не давая вздохнуть. Чтобы не задохнуться, она попыталась трансформировать свою тоску в злость. Злость на Мишу. Михаила Игоревича. Один-единственный раз он дал ей надежду, за которую она цеплялась все эти годы. Тогда, после выпускного. Перед тем, как обо всем узнала её мама. Вечер был в разгаре, но Женька решила уйти после тщетных попыток отыскать в зале Михаила Игоревича. Он был в самом начале праздника, когда вместе с остальными учителями поздравлял выпускников. Женька без

Третья история про салон красоты "Мария"

НАЧАЛО

Когда Миша ошарашенно озирался на улице возле кафе, Женька была уже на квартире у бабушек. Но там она задержалась ненадолго. Нехитрым волшебством уничтожила следы своего присутствия, взяла чемодан и покинула их дом. Как положено, через дверь.

Когда за ней захлопнулся английский замок, она сползла по стене. Почему она такая идиотка? Зачем потратила столько времени на погоню за тем, кому и вовсе не нужна?

Как больно в груди, как тоскливо. Как будто кто-то сжал её лёгкие, не давая вздохнуть.

Чтобы не задохнуться, она попыталась трансформировать свою тоску в злость.

Злость на Мишу. Михаила Игоревича. Один-единственный раз он дал ей надежду, за которую она цеплялась все эти годы.

Тогда, после выпускного. Перед тем, как обо всем узнала её мама.

Вечер был в разгаре, но Женька решила уйти после тщетных попыток отыскать в зале Михаила Игоревича. Он был в самом начале праздника, когда вместе с остальными учителями поздравлял выпускников. Женька безуспешно пыталась поймать его взгляд. Ей уже месяц, как исполнилось восемнадцать. Она надеялась, что теперь, когда им больше не мешают общественные условности, он признается, что она тоже дорога ему, и он все это время боролся с этими неправильными чувствами.

Но учитель не смотрел в её сторону. Ровно улыбался всем, пожимал руки мальчикам, кивал девочкам. А её не замечал.

После вручения аттестатов Михаил Игоревич ушёл.

Так думала Женька, пока не увидела его во дворе на лавочке. Весной она утопала в сирени, чьи листья теперь отдавали свои тени от света уличного фонаря, создавая замысловатые узоры на асфальте.

Учитель был погружен в себя и не заметил Женьку вплоть до того, момента пока её тень не скрестилась с его.

Но и тогда он не поднял голову, а только кивнул сам себе, точно принимая неизбежное.

-Вот и все, - сказала Женька.

-Да, - подтвердил Михаил Игоревич. – Теперь все. Идите, Женя, в зал, прохладно. Вы простудитесь.

Он впервые обратился к ней на Вы. Как в старых романах, поднимая до своего уровня, подчеркивая, что отныне их больше не связывают старые отношения учителя и назойливой ученицы. Но означает ли это, что он готов для новых?

-Нет, - отказалась Женька. – Мне там нечего делать.

Он ненадолго поднял на неё глаза и тут же опустил. И Женька не успела – ах, как она жалела потом об этом – ничего прочесть в его взгляде.

-Все равно, ступайте, - глухо сказал он. – Вам неправильно тут быть.

-А где я должна быть? – Женька хотела тонуть ногой, но чудом сдержалась. Так она снова станет в его глазах маленьким ребенком, а не девушкой с нежно-голубом платье с синей лентой в волосах. Как какая-нибудь героиня Тургенева.

-В зале, со своими одноклассниками.

-Бывшими одноклассниками. Сейчас я хочу быть там, где нахожусь.

Тут он уже задержал на ней взгляд. Восхищение и горечь. Почему такая странная смесь?

Она не дала ему опомнится.

-Потанцуйте со мной, Михаил Игоревич, - попросила она, не сводя с него глаз. – Здесь. Давайте сделаем вид, что это вы меня пригласили. Ведь барышням не следует навязываться кавалерам.

Он рассмеялся.

-Вы неверно выбрали себе типаж. Из всех литературных героинь, вы по духу, пожалуй, ближе к Татьян.

-И вы сейчас будете отчитывать меня так же, как Онегин? Помните, там все не очень хорошо для него закончилось?

Михаил Игоревич встал.

-Тогда не буду совершать его ошибки. Разрешите вас пригласить, Евгения?

Женька присела в шутливом реверансе.

-С удовольствием.

В потом он уверенно положил руку ей на талию, взял холодную от волнения ладонь и без музыки увлек за собой в медленный танец, в котором они впервые с удивлением и трепетом познавали друг друга, прижимаясь против воли разума все теснее и теснее.

Тени скользили по их лицам, которые оказывались все ближе.

Женька чувствовала его дыхание. Он пьянел от её.

И тут…

Тут появилась мама. Накричала на Мишу, уволокла Женьку домой заперла в своей комнате самым сильным материнским заклятием - любовью.

Потом позвонила учителю.

Никто не знает, о чем они говорили. Но говорили недолго. Говорила только она. И потом, больная, лежала весь день без сил.

ПРОДОЛЛЖЕНИЕ

Я тебя так ненавижу, что, наверное, влюблюсь - 1-я часть

Телеграм "С укропом на зубах"

Мах "С укропом на зубах"