Время стремительно переворачивает страницы эпох. Из памяти стираются не только лица и события, но и слова. Слова, которые были важными в повседневной жизни миллионов людей 50 лет назад, сегодня потеряли свою актуальность, обрели другой смысл или вообще вышли из употребления.
Советская эпоха завершилась, но оставила после себя особый языковой ландшафт, застывший во времени. Советская лексика была отражением уникального общественного уклада, где дефицит товаров соседствовал с дефицитом правды и порождал феноменальную изобретательность.
Многие понятия того времени сегодня кажутся архаичными, но они были ключами к пониманию того, как была устроена жизнь. Давайте отправимся в лингвистическое путешествие по ушедшей эпохе, чтобы вспомнить, о чем говорили на кухнях, в очередях и на партсобраниях.
Получка: маленький праздник
В размеренном, предсказуемом ритме советской жизни было несколько якорей, которые структурировали время. Одним из них была получка — день выдачи заработной платы. Это слово, тёплое и почти родственное, обозначало целое социальное и семейное событие.
Финансовая система была простой и единообразной для большинства: аванс (обычно в середине месяца) и получка (в конце). В эти дни деньги выдавали всем от дворника до профессора.
Процесс получения денег был своеобразным ритуалом. В бухгалтерии предприятия или в кассе выстраивалась длинная очередь, люди в очереди общались, обменивались новостями, обсуждали сплетни, а когда доходили до окошка кассира, то получали деньги наличными и расписывались в ведомости.
В этот день в рабочих столовых могло быть вкуснее обычного, а по дороге домой можно было зайти в гастроном и купить что-то «к столу». Часть получки часто отдавали жене («на хозяйство»), что отражало традиционное распределение ролей в семье. Этот день был точкой отсчёта для многих финансовых обязательств и надежд. Для детей получка родителей тоже могла быть праздником — иногда им перепадали мелкие деньги на мороженое или кино.
Сейчас слово «получка» не исчезло, но сильно изменило свою смысловую нагрузку. С распространением банковских карт, безналичных расчётов и удалённой работы сам ритуал физического получения денег в кассе почти ушёл в прошлое. Зарплата «приходит» на карту, ее не нужно получать в кассе.
Поэтому «получка» сегодня — это скорее разговорный, ностальгический синоним слова «зарплата», лишённый того богатого социального и бытового контекста.
Оно напоминает о времени, когда финансовая жизнь была осязаемой, понятной и цикличной, а день зарплаты был маленьким, но регулярным личным праздником труда в огромной стране с плановой экономикой. Это слово о бытовой устойчивости, пусть и скромной, которая была важной частью советской идентичности.
Блат: настоящее искусство в мире тотального дефицита
В советской реальности существовала невидимая, но всем понятная параллельная система отношений, которая часто оказывалась сильнее официальных указов и планов. Она называлась блат. Суть его заключалась в наличии полезных связей, которые позволяли обойти непреодолимые для обычного человека барьеры.
Блат был своего рода социальной валютой, ценившейся порой выше денег, и работал по принципу взаимовыгодного обмена услугами или доступом к дефицитным ресурсам.
С его помощью «доставали» всё: от банальной колбасы и импортных джинсов до путёвки в санаторий, от места в престижном вузе для ребёнка до получения ордера на новую квартиру.
В условиях хронического дефицита и плановой экономики блат стал не просто распространенным явлением, а необходимым механизмом выживания. Даже высокопоставленные лица нуждались в связях для получения некоторых благ, так как «коммунистические» привилегии тоже распределялись ограниченно.
Этимология слова «БЛАТ»
Есть несколько версий происхождения слова. По одной из них, оно происходит от немецкого blatt («лист, бумага, документ») и связано с льготными грамотами, которые Екатерина II выдавала немецким переселенцам.
Другая версия уводит нас в еврейскую среду: от идишского слова, восходящего к ивритскому בַּלָּאט (баллат) - «тихо, скрытно». В начале XX века в Одессе, где воровской жаргон активно впитывал слова из идиша и иврита, «блатными» стали называть людей, живущих по понятиям, имеющих свой, «правильный» статус. Так слово изначально несло в себе оттенок чего-то нелегального, существующего в обход закона.
В народе ходила горькая шутка: «Блат сильнее Совнаркома».
Это было не образное выражение, а констатация факта. Жизнь по блату пронизывала все слои общества. На предприятиях существовали официальные должности «толкачей» — людей, чьей прямой обязанностью было использовать свои связи (блат) для обеспечения производства необходимыми материалами и комплектующими, которые не поставлялись по официальным каналам Госплана.
Даже то, как будет выглядеть праздничный стол, особенно новогодний, зависело, от того, есть ли у человека нужные знакомства. Через профкомы распределялись «заказы» — наборы дефицитных продуктов, но лучшие из них, «кремлёвские», уходили по знакомству.
Сегодня слово «блат» не исчезло, но его значение несколько сузилось и сдвинулось: это использование связей в личных целях. Но современный мир с его рыночным изобилием (по крайней мере, в сфере товаров) лишил это понятие той всеобъемлющей, жизненно важной основы, которую ему давал советский дефицит.
Блат превратился в разновидность непотизма или кумовства, но перестал быть единственным способом «достать» элементарные вещи. Но сама логика неформальных взаимовыгодных связей остается частью нашей жизни, когда личные отношения становятся важнее формальных правил, а умение «договориться» ценится как высшее жизненное искусство.
Халтура: искусство выживания
В мире, где всё было подчинено плану, а свободный рынок отсутствовал, у желающих немного подработать в нерабочее время был особый способ — халтура. Это слово не несло в себе того сугубо негативного оттенка «спустя рукава», который есть сегодня. Халтура в СССР — это побочная, часто разовая работа по специальности, выполненная ради заработка. Для творческой интеллигенции, чьё основное «идейно выдержанное» творчество оплачивалось скромно или не находило спроса, халтура была спасительным финансовым островом.
Чем занимались? Художники писали портреты вождей для заводских красных уголков, тиражировали пейзажи для гостиниц, разрабатывали этикетки для продуктов или рисовали зверей для детского журнала «Весёлые картинки».
Кандидаты наук писали научные работы для кого-то на заказ, музыканты играли на улицах или делали аранжировки для эстрадных коллективов. Сантехники, строители, учителя, водители - все искали для себя способы подзаработать в свободное время. И находили. Это и называлось халтурой.
Происхождение слова «халтура» окутано городскими легендами
По одной из версий, которую назвали «одесской», слово произошло от фамилии революционера-народовольца Степана Халтурина. В 1880 году он взялся выполнить «халтурку» для мецената — взорвать Зимний дворец, чтобы убить Александра II. Операция была выполнена с ошибками (Халтурин схалтурил): взрыв прогремел не под царской столовой, а под караульным помещением. Так его фамилия стала нарицательной для небрежно выполненной, но уже оплаченой работы.
Сегодня «халтура» -это некачественная, сделанная спустя рукава работа. Халтурой называют любую небрежность. Однако в творческой среде сохранился отголосок старого значения: «взять халтурку» — получить разовый заказ для быстрого заработка.