Помните, в «Служебном романе» был такой Бубликов, который «умер, а потом не умер – эта неприятность произошла в больнице с его однофамильцем, а позвонили нам» (бубликовским сослуживцам)?
В этой комедии Эльдара Рязанова еще весело обыграли причину, по которой начальник отдела общественного питания угодил в клинику: из-за… неудачно расположенного рабочего места.
Видите ли, его стол разместили в аккурат у подножия лестницы на другой этаж, по которой постоянно вверх-вниз сновали юные сотрудницы.
А девушки в конце 1970-х гг. уже начали носить наряды весьма короткие. Если посмотреть внимательно этот фильм, можно заметить, что их юбки были ничуть не менее короткими, чем у наших молодых современниц.
И вот Петр Иванович, ну, никак не мог сосредоточиться. После каждой проходившей мимо задорной сотрудницы он на какое-то время дезориентировался в рабочем пространстве. В итоге, видимо, сердечко не выдержало, и товарищ попал в больницу.
Кстати, заметьте, каким было развитие сюжета у Рязанова: «Умрет ли он еще раз, неизвестно, а цветы пропадают. Шура дергает их из Бубликова… ой, т. е. из венка из-под Бубликова, делает букеты и дарит женщинам».
Разумеется, эту историю с продолжением Анатолий Новосельцев придумал. И юмор у него получился даже немножечко черным… или эксцентричным?
Какая идея/фишка была общей?
Так вот герой с похожей историей фигурировал в более ранней комедии СССР от другого нашего мэтра. Леонид Гайдай в «Женихе с того света» показал, как бюрократ Петухов, руководивший курортными учреждениями, тоже был случайно назван погибшим.
На самом деле под колеса попал воришка, который стащил у Семена Даниловича кошелек. Но произошло то же, что с Бубликовым: «...а позвонили нам». Сослуживцы быстро сориентировались и закатили громкую панихиду. В широком смысле.
«Воскресшему» же пришлось доказывать, что он не умер, причем привычными ему бумагомарательскими способами: доставать справку о том, что он жив.
Были ли еще пересечения в этих комедиях Гайдая и Рязанова?
Да, обе комедии акцентированно высмеивали бюрократов.
У Гайдая даже организация, которой руководил «покойный», называлась нарочито курьезно: Кустовое управление курортных учреждений. И его глава назывался сокращенно директором КУКУ.
Кстати, изначально снятый режиссером материал вообще чуть ли не наполовину отправили на полку, сделав из полноценной комедии почти короткометражку.
Ну, а Рязанов и вообще прославился постоянным высмеиванием очковтирателей.
Более того, обе комедии роднили даже вывески, подчеркивавшие место – сборище бюрократов. В «Женихе с того света» и в «Служебном романе» они были показаны похожим приемом, вот сравните и угадайте, откуда эти кадры:
Ну как, угадали?
Первые три кадра – из комедии Гайдая, два последние – из комедии Рязанова. Не правда ли, очень похожи стилистически?..
И все же, кто у кого сплагиатил идею «умер, а потом не умер»?
- Комедия Гайдая «Жених с того света» появилась в 1958 г.
- В 1960 г. он же снял близкую (ну, приблизительно, в общих чертах…) комедию «Трижды воскресший».
- А комедия Рязанова «Служебный роман» была поставлена в 1977 г.
- Причем между «Женихом с того света» и «Служебным романом» имелось еще промежуточное событие: ровно через 10 лет после Гайдая и за 9 лет до Рязанова пьесу «Воскресение в понедельник» экранизировали на Ленинградском телевидении.
Что ж, как говорили древние, «кто первый – тот и прав»? То бишь Рязанов сплагиатил идею у Гайдая? Пусть и далеко не для всего фильма, но для довольно веселой его эпизодической части? Ведь, согласитесь, без Бубликова было бы немножечко, но менее смешно.
Однако же – нет, плагиата не было.
Прежде всего, сам Леонид Иович снимал «Жениха с того света» не по собственному сценарию, а по уже названной пьесе Владимира Дыховичного и Мориса Слободского «Воскресение в понедельник». И написали ее эти соавторы в 1954 г.
Впрочем, то была не совсем пьеса. Некоторые ее вообще называют фельетоном.
В том тексте в целом была озвучена идея, а Гайдай ее развил, углубил и обострил максимально, добавил свою любимую эксцентрику – и отличный фильм был готов!
Наконец, ту самую идею «умер, а потом не умер» названные тут режиссеры развили по-своему. Поэтому получились вполне самостоятельные сюжеты.
И какой у нас вывод?
Тема слишком шустрых «усопших» в нашей культуре далеко не нова.
Вспомним хотя бы мрачноватых панночку из «Вия» и колдуна из «Страшной мести» Николая Гоголя, графиню из «Пиковой дамы» Александра Пушкина, заглавную героиню из «Клары Милич» Ивана Тургенева...
Да даже «Двойник» Федора Достоевского, «Подпоручик Киже» Юрия Тынянова и «Средство Макропулоса» Карела Чапека (в советской экранизации – «Рецепт ее молодости») очень условно, но все же в определенном смысле могут быть названы в нашем списке.
Итого выходит, что идея «воскресшего покойника» просто витала в воздухе. Оба мэтра советской комедии ее подхватили, а уж развил каждый из них тему оригинально и исключительно авторски.
Что до близкого приема с бюрократическими табличками… Как там говорила КВН-команда «Триод и диод»: «Ну, прикинь, так совпало!» :)
Вот ведь много вывесок с табличками было:
- и в книгах Ильи Ильфа и Евгения Петрова, а также в их экранизациях тем же Леонидом Гайдаем, плюс Михаилом Швейцером;
- и в фантастике братьев Стругацких и их экранизациях, в частности в «Чародеях» Константина Бромберга;
- и в комедии того же Эльдара Рязанова «Забытая мелодия для флейты»...
Так что не было никакого плагиата, но были те самые идеи, витающие в воздухе, и реальность, дающая столь обильный материал для комедий!
П. с. Друзья, делитесь: как считаете вы – когда можно сказать, что идею сплагиатили, а когда – нельзя?
И на близкие темы читайте мои посты «Как повторы становятся известными, а начальные варианты никто не знает», плюс «"Списали" ли Ильф и Петров Бендера с жуликов О. Генри» и еще «Как очевидно плагиатят друг друга… признанные классики».
И отвечайте на тесты «Угадайте фильм по кадру, вырезанному цензурой», а также «Вспомните советские фильмы по вывескам в кадре».
#телевидение #кино #СССР #обзоры #Гайдай #знаменитости #культура #юмор