Найти в Дзене
Gedonistica

Золото на картинах, аскетизм в жизни: два слова о Густаве Климте

Сегодня мы перенесёмся в Вену на рубеже XIX–XX веков: город, где воздух пахнет кофе и сладкими пирожными. Здесь жил и творил Густав Климт — человек, обернувший свою страсть в золото. Любите, когда за внешним лоском и позолотой скрывается фактура и строгий характер? С Климтом именно так. На его полотнах — роскошь, орнаменты и обнажённые дамы в сиянии сусального блеска. А в жизни — аскетичность, кошки в ассортименте и ни одной официально оформленной музы. И в этом контрасте, согласитесь, есть особый шик. 🍽 1. Скромный гурман Точных гастрономических признаний Густав Климт, увы, не оставил: ни тетрадок с рецептами, ни трогательных од блюдам. Доподлинно известно другое: он жил довольно замкнуто, много времени проводил дома и к светской суете не испытывал ни малейшего аппетита. Исследователям остаётся лишь аккуратно предполагать: на его столе, скорее всего, появлялась простая, сытная венская еда. Та, что нужна не для вау-эффекта и разговоров, а чтобы спокойно работать, кормить кошек и

Густав Климт
Густав Климт

Сегодня мы перенесёмся в Вену на рубеже XIX–XX веков: город, где воздух пахнет кофе и сладкими пирожными. Здесь жил и творил Густав Климт — человек, обернувший свою страсть в золото.

Любите, когда за внешним лоском и позолотой скрывается фактура и строгий характер? С Климтом именно так. На его полотнах — роскошь, орнаменты и обнажённые дамы в сиянии сусального блеска. А в жизни — аскетичность, кошки в ассортименте и ни одной официально оформленной музы. И в этом контрасте, согласитесь, есть особый шик.

🍽 1. Скромный гурман

Точных гастрономических признаний Густав Климт, увы, не оставил: ни тетрадок с рецептами, ни трогательных од блюдам. Доподлинно известно другое: он жил довольно замкнуто, много времени проводил дома и к светской суете не испытывал ни малейшего аппетита. Исследователям остаётся лишь аккуратно предполагать: на его столе, скорее всего, появлялась простая, сытная венская еда. Та, что нужна не для вау-эффекта и разговоров, а чтобы спокойно работать, кормить кошек и писать золото. Желательно, не заляпав его подливкой.

🥩 2. Как поел, так и поработал

Климт работал подолгу, с утра до вечера, и относился к живописи как к физическому труду. Современники вспоминали, что он ел основательно и с удовольствием, не играя в образ «страдающего гения».

Еда для него была топливом — необходимым, надёжным и без лишней романтизации.

3. Кофейная культура

Венская кофейня рубежа веков
Венская кофейня рубежа веков

Как и многие художники Вены на рубеже веков, Климт существовал внутри кофейной культуры. Иногда его можно было застать за завтраком в кафе Meierei Tivoli в парке Шёнбрунн.

Он заказывал Гугельхупф, щедро присыпанный сахарной пудрой, с большой порцией взбитых сливок. Друзья знали: поболтать с Климтом можно именно за утренним кофе. После завтрака художник возвращался в мастерскую и пропадал там до вечера.

В тех же кофейнях за дымящейся чашкой обсуждали свои идеи Артур Шницлер и Зигмунд Фрейд, но Климт держался на дистанции от богемной суеты и публичных разговоров.

🎨 4. Атмосфера мастерской

-3

Мастерская художника походила на кошачий приют: среди холстов свободно ходили десятки кошек. Климт их обожал и даже позволял оставлять следы на свежей краске.

👘 5. Аппетит и чувственность

Портрет Адели Блох-Бауэр - I. Густав Климт.
Портрет Адели Блох-Бауэр - I. Густав Климт.

Загадочные, манкие, роскошные… Густав Климт обожал женщин! И это не метафора: ему приписывают более десятка детей. Женщины на его полотнах призрачные и чувственные, словно перезревшие фрукты или густые сливки, тающие на языке.

24 марта за ужином «Климт: этюд о венских кафе и живописи» вы прикоснетесь к венской философии вкуса и красоты. В меню: форель пашот, штрудель (не сладкий! Пробовали такой когда-нибудь?), дичь с можжевеловыми ягодами и, конечно, легендарный Захер.