Пьер Машре и искусство симптоматического чтения
17 февраля день рождения у одного из самых оригинальных французских философов XX века. Пьер Машре (Pierre Macherey), ученик легендарного Луи Альтюссера и профессор Лилльского университета, не так знаменит, как его однокурсники по Высшей нормальной школе (например, как Жак Рансьер), но именно он, пожалуй, лучше всех ответил на вопрос: как мы должны читать сложные тексты, чтобы действительно их понять?
Машре – фигура уникальная. Он главный специалист по Спинозе (его пятитомный комментарий к «Этике» — настольная книга для всех, кто изучает этого голландского мыслителя), но при этом убежденный марксист. Такая гремучая смесь идей родила невероятно интересный метод, который Машре вместе с учителем разработал еще в середине 60-х годов.
Представьте, что вы читаете книгу. Обычно мы ищем в ней главную мысль, послание автора, «мораль». Но что, если книга устроена иначе? Что, если её настоящий смысл прячется не в том, что сказано, а в том, о чем автор умалчивает? Не потому, что он что-то скрывает, а потому, что он не может этого сказать – так устроен сам текст. Этот провал, эта лакуна и есть ключ к пониманию.
Это и есть знаменитое «симптоматическое чтение». Сам термин Машре и Альтюссер позаимствовали у психоанализа, но использовали по-своему. Читать симптоматически — значит стать детективом. Вы ищете в тексте нестыковки, умолчания, «пустые места». Это не ошибки и не то, что автор «забыл» написать. Это структурные дыры, вокруг которых, как ни странно, и строится всё здание книги. Текст держится не на том, что он говорит, а на том, о чем он вынужден молчать.
В 1966 году, на пике моды на структурализм, когда все говорили о «текстах» и «структурах», Машре выпускает книгу «К теории литературного производства». Название говорит само за себя: он предлагает отказаться от идеи, что книга – это священный объект, полный скрытых смыслов. Вместо этого он смотрит на литературу как на работу, как на производство, где есть «сырье» (язык, чужие идеи) и готовый продукт.
Машре спорит со всеми сразу: со структуралистами, которые, по его мнению, сводят литературу к сухой схеме и забывают о её специфике; с герменевтиками (толкователями), которые ищут в книге единственный, глубинный смысл и тем самым превращают чтение в религиозный культ.
Его вывод смел: книга не едина. Она – поле битвы. В ней сталкиваются разные смыслы, и этот конфликт невозможно разрешить. Задача критика не в том, чтобы помирить эти смыслы или даровать книге «недостающее слово», а в том, чтобы объяснить, как устроена эта война. Машре настаивает: объяснение важнее интерпретации. Только оно дает знание.
Любопытно, что в своей работе Машре почти не использует модное тогда слово «текст». Он пишет «произведение», подчеркивая, что для него важен именно акт творения, труда. И в этом труде есть место не только автору, но и читателю. Однако Машре предостерегает: не надо мнить себя соавтором! Читатель – не сотворец. Но именно благодаря своей отделенности, своей «внешней» позиции, он может разглядеть те самые структурные пустоты, которые сам автор не замечал.
Книга Пьера Машре – это манифест внимательного, медленного и честного чтения. Чтения, которое не пытается закрыть все вопросы, а наоборот, показывает, что вопросы важнее ответов, а молчание порой красноречивее любых слов. Пьер Машре, родившийся в этот февральский день, подарил нам не готовые истины, а инструмент. Инструмент, который позволяет любому из нас заглянуть в самую суть книги – туда, где ей нечего сказать.
P.S.: спасибо тем подписчикам, кто делает мне подарки 🎁 Поверьте, ваши донаты получать не только приятно, но полезно для развития канала, обстоятельного разбора редких книг и творчества не очень популярных философов, оказавшихся словно на задворках мысли❤️ собственно, для этого канал и создавался ✌️
