Мадрид, 1665 год. Четырёхлетний мальчик становится королём Испании. Он не умеет говорить, с трудом передвигается и страдает от постоянных судорог. Его огромный язык не помещается во рту, а нижняя челюсть выдвинута так сильно, что он не может жевать.
Подданные шепчутся: король болен, король слаб, король не проживёт долго. Но Карл II, последний испанский Габсбург, проживёт тридцать пять лет. Он переживёт двух жён, так и не оставив наследника. А когда умрёт, его вскрытое тело поразит врачей: сердце размером с перец, атрофированные органы, полное бесплодие. Врачи напишут, что в его теле «не было ни капли здоровой крови».
Как так вышло, что самая могущественная династия Европы, владевшая половиной континента и огромными территориями за океаном, закончилась немощным уродом, не способным произвести на свет потомство?
Ответ прост и страшен: Габсбургов убила их собственная стратегия выживания. Стратегия, которая заключалась в одном простом принципе — никакой чужой крови.
Как начиналось величие
Всё началось в XIII веке. Рудольф I, не самый знатный германский граф, сумел стать королём Германии в 1273 году, а затем захватил Австрию и передал её своему сыну. Так скромный род Габсбургов получил первую серьёзную базу для будущего могущества. Следующие двести лет они методично приращивали земли — то войной, то дипломатией, то удачными браками.
Но настоящий прорыв случился в 1477 году, когда Максимилиан Габсбург, сын императора Фридриха III, женился на Марии Бургундской, единственной дочери Карла Смелого. Это был брак, который вывел Габсбургов на общеевропейский уровень. В приданое Максимилиан получил Бургундию, Нидерланды и Люксембург. Правда, жена вскоре умерла, и ему пришлось воевать за сохранение этих земель, но фундамент был заложен.
Однако самым гениальным ходом Максимилиана стала другая свадьба — его сына Филиппа с Хуаной Кастильской. В 1496 году Филипп Красивый, как его называли за внешность, сочетался браком с дочерью Изабеллы Кастильской и Фердинанда Арагонского. Хуана была наследницей объединённой Испании — самого могущественного королевства того времени.
Так испанская и австрийская ветви Габсбургов соединились.
Хуана Безумная: первая жертва или политическая интрига?
Судьба Хуаны стала зловещим предзнаменованием. Ещё при жизни её стали называть «Безумной». Она страдала от приступов ревности к красавцу-мужу, который открыто ей изменял. После смерти Филиппа в 1506 году Хуана, по свидетельствам современников, впала в глубокую депрессию. Её отец Фердинанд, а затем и сын Карл использовали её психическое состояние как предлог для того, чтобы отстранить её от власти и запереть в замке Тордесильяс.
Современные историки спорят: действительно ли Хуана была безумна или её просто устранили как неудобную правительницу? Она сама писала письма, отрицая своё сумасшествие и утверждая, что страдает лишь от ревности, которую «унаследовала от матери».
Но важен другой факт: её родители, Изабелла и Фердинанд, были троюродными братом и сестрой. И это первый задокументированный случай инбридинга в династии, который, возможно, аукнулся в следующих поколениях.
Династическая машина: браки как оружие
В XVI веке Габсбурги достигли пика могущества. Внук Максимилиана, Карл V, стал императором Священной Римской империи и королём Испании, объединив под своей властью земли от Вены до Перу. Его девиз звучал гордо: «Над моей империей никогда не заходит солнце».
Но империю нужно было удерживать. И лучшим способом Габсбурги считали династические браки. Только вот беда: браки эти заключались исключительно внутри семьи. Кузены женились на кузинах, дяди — на племянницах. Чистота крови была превыше всего.
Карл V женился на Изабелле Португальской — своей двоюродной сестре. Их сын Филипп II пошёл ещё дальше. Он был женат четырежды, причём трижды — на близких родственницах. Его четвёртой женой стала собственная племянница Анна Австрийская, дочь его сестры Марии.
К этому времени испанские и австрийские Габсбурги настолько переплелись, что браки между ними превратились в замкнутый круг. Филипп III женился на Маргарите Австрийской — своей кузине. Филипп IV взял в жёны Марианну Австрийскую, которая приходилась ему одновременно и племянницей, и кузиной.
Каждое следующее поколение получало всё меньше «свежей крови». Генетический материал перерабатывался по кругу, как старая застоявшаяся вода.
Генетическая катастрофа: цифры и факты
В 2009 году журнал PLOS One опубликовал исследование, которое пролило свет на масштабы трагедии. Учёные подсчитали, что за период с 1527 по 1661 год в испанской ветви Габсбургов родилось 34 ребёнка. Из них десять умерли в возрасте до одного года, семнадцать — до десяти лет. Только четверо дожили до совершеннолетия, и лишь двое — до тридцати лет.
Уровень детской смертности в семье был чудовищным даже по меркам того времени. Но самое страшное ждало впереди.
Коэффициент инбридинга (показатель генетической близости родителей) у Габсбургов рос с каждым поколением. Если у Филиппа I он составлял 0,025, то у Карла II достиг астрономической величины 0,254. Для сравнения: у детей от связи брата и сестры этот коэффициент равен 0,25. То есть родители Карла II по генетической близости были почти как родные брат и сестра.
Карл II: человек, которого убила собственная родословная
Карл II появился на свет в 1661 году и с первого вздоха был обречён. Его отец Филипп IV и мать Марианна Австрийская состояли в такой степени родства, что их общий генетический багаж оказался смертельным для ребёнка.
Мальчик родился с букетом наследственных заболеваний. У него была знаменитая «габсбургская челюсть» — прогнатизм, настолько сильный, что он не мог нормально жевать. Его язык был слишком велик для рта, из-за чего он с трудом говорил и постоянно пускал слюни. Он страдал от эпилепсии, у него были проблемы с пищеварением, он поздно начал ходить и ещё позже — говорить.
В четыре года он стал королём, но править не мог. За него это делали регенты, фавориты, жёны. Сам Карл оставался вечным ребёнком — слабоумным, немощным, беспомощным.
Он был женат дважды. Первая жена, Мария-Луиза Орлеанская, умерла при загадочных обстоятельствах, не оставив детей. Вторая, Мария-Анна Пфальц-Нейбургская, прожила с ним долгие годы, но тоже бездетно. Вскрытие после смерти Карла показало, что он был абсолютно бесплоден.
Испанская ветвь Габсбургов пресеклась.
Психическое здоровье: цена чистоты крови
Но физические уродства были лишь частью проблемы. Психические расстройства преследовали династию не меньше.
Прабабка Карла II, Хуана Безумная, провела полвека в заточении. Её внук, император Рудольф II, страдал от тяжёлой депрессии, которая в конце концов заставила его отречься от власти в пользу брата. Он практически перестал появляться на людях, увлёкся алхимией и оккультизмом, и вёл жизнь затворника в своём пражском замке.
Современные психиатры, изучив описания поведения многих Габсбургов, предполагают, что в династии наследственно передавались не только физические дефекты, но и склонность к депрессии, биполярному расстройству и, возможно, шизофрении.
Испанские Габсбурги пали жертвой собственной стратегии
Желая сохранить власть и земли внутри семьи, они исключили приток свежей крови. Они женились на кузинах, племянницах, тётках — и платили за это жизнями своих детей.
Из 34 детей, родившихся в испанской ветви за 134 года, выжили и оставили потомство единицы. А последний из них, Карл II, оказался биологическим тупиком.
Австрийская ветвь продержалась дольше — там инбридинг был не таким интенсивным, и свежая кровь всё же иногда проникала. Но испанский эксперимент стал предупреждением на века: даже самая могущественная династия не может безнаказанно нарушать законы природы. Кровь, лишённая обновления, становится ядом.
Габсбурги мечтали о чистоте крови. Они получили её — и умерли от этой чистоты, как отравленные собственной родословной.