Погода вот уже три дня никого не радовала, “плюс” на улице выглядел для жителей города страшным минусом: падали с крыши сосульки, падали пешеходы. Вот и сейчас Валя с трудом передвигалась по тротуару, под ногами была сразу два взрывоопасных элемента: лед и вода, они, став сообщниками вели себя отвратительно, валяя с ног пешеходов и делая их одежду грязной и мокрой, ведь на тротуаре был не только лед, но и песок с реагентами, для того чтобы уничтожить этот самый лед.
К тому же это сырая погода вызывала озноб, Валя чувствовала, что очень замерзла. Она шла, глядя себе под ноги, и ничего вокруг не видела. И тут вдруг ее схватили в охапку и потащили к дереву, где она благополучно, как ей казалось, упала, хоть и на сырой, но мягкий снег. И тут же увидела над собой испуганные глаза мужчины, который практически лежал на ней. Но он тут же вскочил на ноги и подал ей руку:
– Фу, как же я за тебя испугался, – сказал он и оглянулся.
Валя тоже посмотрела в ту сторону и увидела, что под водосточной трубой лежала гора льда которая упала с крыши.
– Вот это да, вовремя я заметил опасность, – воскликнул парень, которому было, наверное, столько же лет, сколько ей, Вале, – вовремя я вас сбил, ух, с каким же грохотом все упало, – восторженно воскликнул он. Пойдемте в кафе, погреемся, меня Сашей зовут.
– А я Валя. Вы тоже с занятий?
– Да, я сегодня слегка задержался.
– Спасибо Саша ты меня спас ведь такая куча льда упала бы на меня, точно бы придавила.
– Но ведь этого ведь не случилось. Значит ты счастливая!
– Нет, это просто ты меня спас, – улыбнулась девушка, – а ведь на улице почти никого нет.
– А я рядом с тобой оказался, может судьба? – подмигнул ей Саша, а Валя покраснела.
Но тут они дошли до кафе и Саша открыл дверь:
– Вот сейчас и согреемся, а очищаться уже дома будем, ты далеко живешь ?
– Нет, рядом, на Профсоюзной.
– И я тоже, а в каком доме?
– В семнадцатом.
– И я тоже, странно, а я почему я тебя никогда не видел?
– Так я недавно здесь поселилась, я же на первом курсе, а здесь квартиру снимаю. А вернее, комнату, то есть с хозяйкой живу, она однокурсница моей мамы, они дружат до сих пор. Этот вариант, как я считаю, в любом случае лучше, чем общежитие.
– Да ты права. У нас квартира седьмая А у тебя?
– А я в третьем подъезде в двадцать шестой живу.
– Тогда ясно, я из третьего подъезда почти никого не знаю, хотя и дом у нас маленький, трехэтажный Но зато очень хороший.
– Я когда родилась, тоже в городе жила, но отец нас с мамой бросил, и она в свое село вернулась, в Дроздовку.
– А ты на каком факультете?, – спросил Саша?
– На финансово- экономическом, – ответила Валя.
– А я айтишник, будущий. Ты что будешь пить, чай или кофе?
– Чай.
– А я кофе, – еще Саша заказал два чизкейка.
Они сидели долго и делились своими впечатлениями от учебы в университете, о первых успехах, о перспективах на будущее.
– Знаешь, Валя, мне кажется, что я тебя сто лет знаю.
Но Валя только пожала плечами, у нее не было желания заводить отношения с незнакомым парнем, несмотря на то, что тот ее спас. Она четко знала, что приехала сюда учиться, и что учиться должна на отлично, так как в их Дроздовке никаких перспектив не было, работать она могла только в городе. О своем жилье она пока и не думала, ведь сначала надо было закончить университет, это пока было главной ее задачей. А Валя сейчас только первую сессию сдала, и была этому очень рада ведь в зачетке у нее были только слова “отлично” и она была уверена, что и дальше будет также
Как-то незаметно для нее, они все же крепко подружилась, хотя их отношения были какими-то неестественными, как казалось ее однокурсницам.
– Валя, но это разве любовь, вы какие-то деревянные бываете, когда вдвоем. Да и зачем ты соглашаешься гулять вместе с его сестренкой, она же еще совсем маленькая, – говорила ее лучшая подруга Галя.
Даша была такая классная девчушка. Она училась в шестом классе и была большой умницей, она могла не заглядывать, как и сама Валя, в своей смартфон целыми днями, если знала, что ей нужно было написать сочинение или сделать перевод с английского. Однажды Даша похвалилась, Вале, что все считают ее Дашиной сестрой, говорят, что они похожи.
– Даже баба Маша со второй квартиры, когда нас с тобой видит, то всегда говорит об этом. А я ей сказала, что это я виновата, так как беру с тебя пример, ведь Сашка сказал, что ты отличница у вас в университете.
Но иногда и самой Вале казалось, что Дашка ее сестренка, так ей было хорошо с ней. К тому же она всегда мечтала о братике или сестричке. Наверное поэтому она частенько бывала у них в гостях.
На летние каникулы Валя поехала в Дроздовку вместе с Дашей. Вера Дмитриевна, их мама, ее отпустила, записав деревенский адрес бабушки и телефон Вали. Отца у них тоже не было. Жили они втроем: мама и Саша с Дашей. Мама, провожая их, дала Вале конверт, где были деньги на проезд и на Дашино содержание, которые Валя и не собиралась тратить, а так же Дашино свидетельство о рождении. Так, на всякий случай, но в него Валя даже из любопытства не заглянула.
И вот они уже в Дроздовке, Даша о деревенской жизни ничего не знала, даже храм видела впервые, ведь вы в микрорайоне не было храмов. А дальше своей школы она никуда самостоятельно и не ходила. И Валя пообещала, что они с бабушкой Капой непременно сводят ее туда. Имя бабушки очень удивило Дашу. Валентина пояснила ей:
– Капа – это ее неполное имя, а вообще ее Капитолиной зовут, Капитолиной Гавриловной.
Войдя во двор, Даша сразу поняла, что здесь ей будет хорошо. Навстречу им торопилась бабушка Капа, и ,издалека улыбаясь, проговорила:
– Ну, гости дорогие, рады вас видеть!
Но когда она подошла ближе, то как-то вдруг смутилось и удивленно стала разглядывать Дашу. А потом неожиданно спросила:
– Даша, а какое у тебя отчество?
– Павловна, Дарья Павловна Одинцова, – четко ответила девочка.
– Но я ведь тоже Одинцова, только Валентина Павловна, – растерянно произнесла Валя.
– Эх, до чего же тесен и несовершенен мир человеческий, – вдруг с каким-то негодованием сказала баба Капа и, взяв Дашу за руку, повела ее в дом.
А потом девочки вдвоем устроились в комнате Вали, переместив туда раскладное кресло. Странная фраза бабушки как-забылась. Но вскоре пришла мама Валентины Екатерина Ильинична и, увидев Дашу, всплеснула руками:
– Да не может такого быть!
И она тут же достала фотоальбом и, пролистав его немного, наконец, показала им фотографии, там была она, Даша, даже длинные две косы были такие же. А вот такой одежды у Даши никогда не было.
– Катя ты не поверишь, она Одинцова Дарья Павловна, – почему-то радостно сказала Баба Капа.
– Бабуля, она что, действительно, моя сестра?
– Выходит так.
– А у меня еще братик есть, – пока ничего не поняв, сказала Даша, – его Саша зовут.
– Мама, я ведь с Сашей сто лет знакома, но его фамилию и не знала, как-то она мне и не нужна была, – растерянно произнесла Валя.
И вспомнив про конверт, Валя достала его и открыла, но деньги доставать не стала, зная, что мама их не возьмет, а бабушка тем более. Она просто вытащила свидетельство о рождении Даши, посмотрела на него, а потом, обняв ее, сказала:
– Ну, сестренка, теперь я буду любить тебя еще больше.
И она показала Даше свой паспорт, указав той и на их одинаковое отчество, и на ту же фамилию.
Тут же Екатерина Ильинична спросила девочку:
– Папка-то ваш где?
– Он к чужой тете ушел.
– Вот ведь кобель какой, – прошептала Баба Капа, – так как вы познакомились-то, – обратилась она к Вале.
И та рассказала им о том, как она познакомилась с Сашей, рассказала и о том, что девочки в университете всегда изумлялись их странной привязанности к друг другу.
– А мы и знать не знали, что мы родственники, – воскликнула Валя и решила сразу же обрадовать Александра.
Бабушка же сфотографировала их вдвоем, а потом и свои детские фото Валя послала Саше, а через пять минут от него пришло сообщение:
– Валя, а можно и мне приехать?
– Ба, он тоже хочет приехать, что мне ответить?
– Так пусть приезжает, тоже ведь родня, – засмеялась она.
На следующий же день Саша приехал. И до самого сентября баба Капа и горя не знала. У нее, все лето, как она говорила соседке, только указательный палец правой руки находился в рабочем состоянии. Им то она и указывала на то, что и где надо было молодежи сделать. И все были довольны. Саше тоже показали семейные фотографии, так всех поразившие, а он подробнее рассказал о том, с каким скандалом уходил отец, знал он и то, что там его приняли плохо, права голоса он не имел, воспитывая чужих детей. А жил на правах приживала.
– Он пытался к нам вернуться но мама категорично сказала ему “нет”, и я ее поддержал. А Даша еще маленькая была, когда он уходил.
Тут Саша засмеялся и сказал Вале:
– А ведь ребята смеялись надо мной, когда видели меня с тобой Валя.
– Выходит мы с тобой сразу почувствовали родственные связи.
– А я, честно говоря, Валюша, так рад.
– И я тоже, – воскликнула Валя, – я всегда хотела братика или сестричку, а теперь вы оба мои, родненькие…
Тут она вдруг заплакала, а ей подтянула и Даша.
В конце августа Екатерина Ильинична поехала по служебным делам в город и заехала в гости к маме Саше и Даши. У нее и разузнала она более подробно о своем бывшем муже, о котором в обеих семьях постарались окончательно забыть, и теперь обе женщины радовались неожиданному появлению родственников.
– Ну что ж Катя, – говорила Вера Дмитриевна, мама Саши и Даши, – раз судьба решила их познакомить мы ведь не будем запрещать им общаться. Я даже рада, что после моей смерти у них останется сестра. Да и ваша Валя будет рада, она теперь часто у нас бывает, и очень она мне нравится. Ну а теперь надо познакомиться с ней поближе, родня же.
– И я только рада тому, Вера, что у наших детей сложились такие теплые отношения.
А потом Вера рассказала Кате, как этот подлец их обоих обманывал:
– Ведь он от одной уезжал к другой, говоря, что едет на вахту, а деньги тянул с отца, тот у него имел свой бизнес.
– Да, я тоже тогда подозревала, что он нигде не работает, но думала, что он живет у родителей, которые со мной не общались.
– А когда он поссорился с отцом, – продолжила Вера, – то нашел, как он посчитал, еще одну овцу, вроде нас с тобой, но та оказалась не лыком шита, и заставила его вкалывать так, что он к вечеру с ног валился, он как-то вырвался от нее, и пришел ко мне проситься назад, а я его даже на порог не пустила. О том, что он был женат, он в это время мне тогда и сказал, и про дочку сказал. Но я никак не думала, что это Валя.
– У меня первый муж был очень хороший, но он скоропостижно скончался, сердце у он его было больное. А я очень хотела ребенка, ну вот Пашка и постарался мое желание исполнить, и даже переборщил, но я рада, очень рада, что они у меня есть, и что их двое. Мы поженились как-то сразу, но он был просто невыносим. Но я тогда вся была в детях, и, по большому счету, он был мне уже не нужен. Но, как я поняла, Валя на полгода младше Саши. Значит он тебе, Катя, сразу стал изменять, подлец.
– Зато у нас с тобой есть дети, которых мы любим. А они нас любят, а это дорогого стоит, – с теплотой и любовью проговорила Вера Дмитриевна, – а он так и умрет когда-нибудь под забором, ведь его родители, как мне недавно сказала подруга, живущая рядом с его родителями, продали свой дом и уехали к дочери на Алтай, оставив ему однушку, абсолютно пустую однушку. И он ждет, что они ему на мебель и все прочее пришлют деньги, поэтому и терпит свою третью жену, ведь в пустой квартире он жить не сможет.
– Да, за все в нашей жизни надо платить, даже за подлость, – задумчиво сказала Екатерина Ильинична,– вот и воздастся ему, как мне кажется, по делам его.
– Почему-то, моим детям он никогда алименты не платил, надеюсь и за это он ответит, – усмехнулась Вера.
– Да и Вале тоже, ни единого раза. И его родители со мной не знались, а Валюшу и видеть не хотели. А Валя никогда в жизни не видела их.
– Но это им самим придется перед Богом оправдываться, а дети у нас с тобой хорошие получились, потому что не общались с недостойными их любви родственниками.
– Возможно и так, а поехали-ка завтра к нам в Дроздовку, Вера, делить нам с тобой нечего, да и некого, тот, которого нам с тобой когда-то подсунула судьба, наши надежды не оправдал, а сейчас нам, кроме детей уже никто и не нужен. Раз уж мы породнились, будем, если вдруг понадобится, друг другу помогать.
А на следующий день они уже были в Дроздовке, и Вера Дмитриевна рассказывала Капитолине Гавриловне почти детективную историю о том, как их с Катей обманывал их бывший муж.
– Сейчас я рада тому, что наши дети познакомились и подружились, – говорила и Екатерина Ильинична, – думаю, что и в своей взрослой жизни они будут поддерживать друг друга, они и сейчас уже помогают друг другу, пусть пока в обычной работе на огороде, и никто не жалуется, что им тяжело, даже Дарья. А дальше, когда повзрослеют, то, я думаю, они никогда уже не расстанутся. А на следующий год милости прошу и вас, Верочка, к нам на лето. Будем одной семьей, так, на мой взгляд, нам всем легче будет.
Я желаю вам всего доброго, мои благодарные читатели, и стараюсь доставить всем удовольствие своим творчеством, верьте, как и все мои герои, в то, что жизнь прекрасна и удивительна!
Читайте и другие мои рассказы: