ОНА гордая. ОН высокомерен. ПОЧЕМУ мы смотрим это 200 лет? Когда мы закрываем последнюю страницу романа Шарлотты Бронте, в голове остается не только ветер йоркширских пустошей и мрачные коридоры Торнфилд-холла. В памяти остается Она. Маленькая, хрупкая, с глазами, которые видят больше, чем позволяют приличия, и с языком, острее шпаги.
Недавно на моем канале, после очередного разбора бессмертной «Джейн Эйр», читатель задал вопрос, который заставил меня задуматься: «А как бы сегодня, в современном сериале, выглядела похожая героиня? Допустим, сюжет другой, но типаж тот же. Существует ли такая пара в наши дни?»
И знаете, я пересмотрела много историй. Но ответ нашла там, где не ожидала — в ярком, эмоциональном мире турецких сериалов, в проекте «Запретный плод».
Та, что похожа на «выходца с того света», теперь словно из другого мира...
Помните первое впечатление Рочестера о Джейн? Он сказал, что она похожа на «выходца с того света» — на фею, эльфа, странное создание, которое вдруг появилось из тумана на его пути. Она не была писаной красавицей. Семейство Риверс находило её бледной, некрасивой и лишённой светского обаяния.
Но в этом и заключалась магия. Джейн Эйр — это не про внешность. Это про стержень.
Если бы она чудесным образом перенеслась через века и оказалась в современном мегаполисе, её внешность осталась бы прежней: невысокая, хрупкая, с чертами лица, которые называют «нестандартными». Но её суть — внутренний огонь, самоуважение и острый ум — никуда бы не делись. Она по-прежнему осталась бы той самой девушкой, которая говорит правду в глаза, не прогибается под мир денег и не теряет себя рядом с мужчиной.
Именно такую героиню я увидела в Зейнеп Йылмаз из сериала «Запретный плод».
Давайте опустим детали сюжета — интриги, семейные тайны и прочие перипетии восточного драмеди. Посмотрим на типажи и архетипы.
Алихан Ташдемир (Правитель) — холодный, высокомерный владелец авиакомпании, для которого существуют только цифры отчётов и интересы бизнеса. Он привык к миру, где правят деньги и внешний лоск. И в этот мир врывается Она.
Зейнеп (Славный малый). Маленькая, кареглазая девушка, которую при первом взгляде легко списать со счетов. Подумаешь, очередная секретарша, неказистая и совершенно чужая в этом королевстве богатства и пафосной красоты. Примерно так смотрели на Джейн гости Рочестера.
Но стоит Алихану (и зрителю) присмотреться, начинается магия.
Она не боится его статуса. Она спорит с ним. Она имеет свою точку зрения и не готова жертвовать принципами ради удобства начальника.
Как и Джейн, Зейнеп обладает той самой «остротой язычка», которая так бесит и одновременно притягивает властного мужчину. Рочестер говорил с Джейн как с равной, потому что она была единственной, кто видел в нём не хозяина, а человека.
Алихан, погрязший в своём высокомерии, рядом с Зейнеп тоже постепенно сбрасывает маску.
Смотреть вглубь, а не на обложку
Их союз — это история про то, как настоящая любовь не смотрит на рост, цвет глаз и соответствие стандартам красоты. Современный «эльф» Зейнеп, конечно, симпатичен режиссёрской задумкой, но суть не в этом. Суть в том, как они смотрят друг на друга.
Алихан Ташдемир, как и Эдвард Рочестер, проходит путь от снисходительного взгляда на «странную маленькую особу» до осознания, что именно в этой хрупкой девушке заключена сила, способная спасти его чёрствую душу.
Их отношения — это классический танец. Расставания, ссоры, гордость и примирения. Потому что, как и в викторианской Англии, в современном Стамбуле (как и в любой точке мира) любовь двух сильных личностей не может быть гладкой. Она — это всегда испытание.
Истинная классика через года
Так причем же здесь «Запретный плод»? А притом, что история Джейн Эйр вовсе не устарела. Она просто сменила костюм. Она стала думать иначе.
Вместо промозглого особняка — стеклянный офис авиакомпании. Вместо тайны сумасшедшей жены на чердаке — тайны прошлого и интриги родственников. Но пара осталась той же.
Он — большой, сильный, властный, потерянный мужчина.
Она — маленькая, внешне беззащитная, но несгибаемая внутри женщина.
Мы любим эту историю не за интерьеры, а за напряжение. За то, как она, некрасивая в глазах света, становится самой красивой для своего избранника. За то, как он, несмотря на своё высокомерие, склоняет голову перед её силой духа.
И глядя на Зейнеп, которая впервые входит в кабинет Алихана, я вижу Джейн Эйр. Джейн, которая вошла бы в современный совет директоров, выдержала бы все скептические взгляды и заставила бы босса уважать себя уже после первого рабочего дня.
Потому что истинная классика — это не про кринолины и кареты. Это про встречу двух душ. Одной — огрубевшей, но ищущей свет, и другой — невзрачной снаружи, но сияющей изнутри. И такая история будет повторяться снова и снова, в какой бы стране и в каком бы веке мы её ни искали.
Но почему это вечная классика?
Потому что в каждом времени есть свои Дарси — успешные, надменные, одинокие на вершине.
В каждом времени есть свои Элизабет — умные, дерзкие, не согласные на меньшее.
И в каждом времени есть момент, когда Правитель должен стать Славным малым, чтобы заслужить любовь Славного малого или Мудреца.
В XVIII веке это был танец на балу.
В XX1 — сообщение в мессенджере или поступок, о котором никто не узнает.
Суть не меняется. Любовь — это всегда про то, чтобы снять корону и признать, что другой человек видит мир иначе. И возможно, именно в этой инаковости и скрыто ваше счастье.
Остин написала это 200 лет назад. А мы всё ещё смотрим на экраны и верим, что где-то ходят свои Дарси и свои Элизабет. И однажды они обязательно встретятся.
Если смотреть через архетипы, то кто они?
🤔 Джейн — вечный Мудрец? Или всё же Славный малый, которая смогла?
🤔 Рочестер — классический Правитель или Опекун? Или в нём сильнее Бунтарь, готовый разрушить всё ради любви?
Какая для вас сегодня Джейн Эйр?
Где вы встречали её отголоски — в современных историях, в кино, может быть, даже в жизни? Какие архетипы проступают в этих героях для вас лично?
Делитесь мыслями в комментариях. Давайте вместе посмотрим, как одна вечная история умудряется оставаться везде. 👇 Спасибо за ваш лайк).