Добрый день, уважаемые читатели!
Категория «стыда» важна не только в культурных исследованиях, но и в психологии. Определение стыда достаточно расплывчато и зависит от контекста. Чаще всего стыд понимается как эмоциональное переживание, возникающее вследствие осознания несоответствия поступков или внешнего вида принятым нормам и стандартам. Основой стыда выступает желание соответствовать ожиданиям окружения, близких людей или общества в целом. Человек чувствует дискомфорт и смущение, когда осознаёт, что его поведение или внешность нарушили установленные границы приличия. Так, например, испытывать стыд можно при случайном появлении на публике без одежды или при обнаружении неподходящего костюма на важном мероприятии. В любом случае, наличие наблюдателей и оценки со стороны усиливает интенсивность переживания стыда.
Вина представляется более глубоким и личным чувством, связанным с индивидуальной ответственностью за собственные поступки. В отличие от стыда, вина ощущается человеком внутренне, не завися от общественного давления или критики. Стремление разделить человеческие общества на два типа — «культура стыда» и «культура вины» — было предложено около 20-30 лет назад. Античную Грецию и Японию называли представителями первой группы, а западные общества относили ко второй группе. Однако современные исследования показывают, что данная классификация недостаточно обоснована эмпирически. Общее понимание состоит в том, что культура формируется путем взаимодействия общественных норм и индивидуальных ценностей. Следовательно, стыд и вина сосуществуют в любых обществах, дополняя друг друга и обеспечивая механизм саморегуляции поведения отдельных лиц.
Проблема возникновения чувств стыда и вины в процессе детского развития остается предметом дискуссий среди психологов. Одни специалисты считают, что стыд появляется первым, другие убеждены в обратном порядке, а третьи полагают, что оба чувства развиваются параллельно. Американский психолог Майкл Льюис предположил, что чувство стыда и чувство вины возникают одновременно. Такая точка зрения основывается на анализе ранних этапов формирования сознания ребенка. То, какую именно эмоцию считать первостепенной, зависит от теоретических взглядов исследователя и используемой методологии.
В последнее время к экспериментальным исследованиям стыда и вины добавилась еще одна категория - смущение, а его личностный аналог – стеснительность. Если стыд и вина являются реакциями на серьезные личные провалы и нарушения правил, которые причиняют вред окружающим, то смущение – это просто эмоциональный дискомфорт, возникающий из-за нарушения менее значительных социальных норм (например, дресс-кода).
Степень стеснительности заметно различается у мужчин и женщин. Женщины чаще избегают (или им не позволяют) появляться обнаженными перед мужчинами, традиционно им приписывается повышенная стыдливость. Однако в чисто женском обществе (например, в бане) представительницы прекрасного пола испытывают меньше стеснения друг перед другом, нежели мужчины.
Нормативная мужская культура характеризуется парадоксальностью в вопросах отношения к наготе. С одной стороны, мужчинам рекомендуется избегать открытых проявлений наготы перед женщинами, демонстрируя таким образом самоконтроль и достоинство. С другой стороны, чрезмерная стеснительность и стыдливость расцениваются как признаки слабости, особенно в кругу сверстников-мужчин. Примером подобного подхода выступают традиционные закрытые мужские сообщества, где совместная нагота является обычной практикой, не вызывая дискомфорта. Некоторые этнографические наблюдения свидетельствуют, что открытое проявление наготы среди взрослых мужчин рассматривается как символ доверительности и примирения после конфликтов. Особенно ярко проявляется подобная двойственность восприятия наготы у подростков. Молодые мальчики свободно общаются друг с другом, будучи совершенно равнодушными к наличию или отсутствию одежды. Однако по мере взросления отношение меняется, сопровождаясь ростом ощущения неловкости и напряжения при встрече с собственной наготой.
Взгляд, воображение и изображение
Важнейший ключ к пониманию эволюции представлений о теле и гендерных стереотипах – это история искусства. Однако искусствоведческие исследования, посвященные истории тела, в основном сосредоточены на женщинах. В европейском изобразительном искусстве, за исключением античной эпохи, обнаженное женское тело фигурировало гораздо чаще мужского. С чем это связано?
История искусства показывает, что в течение веков основными творцами и зрителями художественных произведений выступали мужчины. Их интерес к женскому телу превалировал над интересом к собственному полу. Причины этого лежат глубже простого предпочтения: речь идет о структуре власти и доминировании мужчин в обществе. Женщины долгое время оставались объектами восхищения и поклонения, находя отражение в произведениях искусства. Визуализация женской красоты играла значительную роль в утверждении патриархальной системы ценностей. Такое неравноправие существовало на протяжении столетий, создавая картину культурного дисбаланса. Сегодня тенденция постепенно меняется: растет число женщин-художников, увеличивается разнообразие тематик и стилей. Современные исследователи обращаются к вопросам равноправия и справедливости в визуализации обоих полов, переосмысливая классическое видение.
Несмотря на эволюцию философии и религии, базовая оппозиция мужского и женского продолжает сохраняться неизменной. Основные принципы этой оппозиции заключаются в разделении ролей субъекта и объекта, силы и слабости, активности и пассивности, жесткости и мягкости. Центральным элементом господствующей маскулинности является утверждение, что мужчина должен отличаться от женщины и сохранять позицию хозяина положения. Данная установка выражается в активном поведении и динамичности движений, демонстрируемых мужчиной. Статика и пассивность воспринимаются негативно, делая мужчину уязвимым и лишая его признаков мужественности. Симметрия здесь отсутствует: красота и привлекательность женщины оцениваются по естественным данным, в то время как мужчина оценивается по способности действовать и достигать целей. Эта асимметричность закрепляется в массовом сознании и поддерживается системой воспитания и образования.
В европейской живописи Нового времени женское начало чаще всего предстает в роли покорной натурщицы, обнажающейся для взгляда художника, а заодно и всех, кто будет любоваться картиной — прежде всего, мужчин. Обнаженность женщины служит символом ее подневольного положения в обществе.
Другими словами, обнаженное женское тело — это дозволенный объект мужского взгляда, в то время как мужчине дана привилегия "смотреть". Суть можно свести к следующему: мужчины действуют, женщины – предстают. Мужчины смотрят на женщин. Женщины наблюдают за собой, в то время как на них смотрят. Это определяет не только большую часть отношений между мужчинами и женщинами, но и то, как женщины относятся к самим себе.
Критика феминизма убедительно продемонстрировала, что восхищение женской красотой в искусстве часто способствует укреплению мужского доминирования. Когда художник рисует обнаженную женщину, он удовлетворяет собственное желание наблюдать за ней. Добавляя в сюжет зеркало, называя произведение «Тщеславие», художник оправдывает собственные потребности, обвиняя женщину в самолюбовании и эгоизме. Такой подход превращает красоту женщины в инструмент утверждения власти мужчины, придавая ему роль судьи и интерпретатора женской сущности. Таким образом, женщины оказываются ограниченными рамками навязанного образа, что подтверждает и поддерживает существующую структуру власти и привилегий.
А что же мужчины? Как они представляли и отображали собственное тело? Читайте продолжение в следующих статьях.
Поддержать канал автору на мечту можно здесь:
Для новых материалов подписывайтесь на канал:
Ставьте лайки и комментируйте
Читайте также: