В середине 1950‑х годов в небольшом городке штата Огайо, затерянном среди кукурузных полей и ветхих амбаров, произошёл случай, о котором местные до сих пор шепчутся лишь шёпотом. Всё началось с Томаса Уитмена — одинокого мужчины лет сорока, перебивавшегося случайными заработками и жившего в старом трейлере на окраине города. Томас был человеком замкнутым, нелюдимым, и соседи редко видели его днём — чаще он появлялся по вечерам, чтобы купить в лавке пару банок пива и пачку сигарет.
Однажды октябрьским вечером, когда воздух уже успел пропитаться запахом прелых листьев и приближающихся холодов, Томас возвращался домой окольной тропой через заброшенный участок у старой мельницы. Сумерки сгущались быстро, фонари здесь не горели уже лет десять, и Томас шёл, подсвечивая себе путь карманным фонариком. Вдруг он услышал тихое поскуливание где‑то слева — будто бы животное застряло в кустах.
Он направился на звук и вскоре увидел пса. Тот сидел у поваленного дерева, склонив голову набок, словно прислушиваясь к чему‑то. Что сразу бросилось в глаза — глаза собаки были белёсыми, совершенно слепыми. Но при этом она как будто точно знала, где находится Томас. Пёс поднялся, сделал пару шагов к нему и тихо заскулил снова, потом развернулся и медленно пошёл прочь, время от времени оборачиваясь, будто приглашая следовать за собой.
Томас не любил собак, но что‑то в этом слепом животном тронуло его. Он пошёл следом. Пёс вёл его через заросли, мимо ржавых останков старой сельхозтехники, вдоль высохшего ручья — всё дальше от жилых кварталов, к той части города, куда люди старались не заглядывать после заката. Наконец они остановились у полуразрушенного дома с провалившейся крышей. От него вниз, в землю, уходила лестница, ведущая к двери старого подвала.
Пёс подошёл к ней, сел и снова заскулил. Томас, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок, всё же спустился по ступеням. Дверь поддалась с трудом, скрипнув ржавыми петлями. Внутри было темно и пахло плесенью, землёй и чем‑то ещё — сладковатым, тошнотворным. Луч фонарика выхватил из мрака старый кожаный чемодан, стоявший прямо посреди подвала. Он был приоткрыт, и внутри тускло поблескивали пачки денег.
У Томаса перехватило дыхание. Он оглянулся — пёс стоял на пороге, силуэт на фоне сумерек. Не раздумывая, Томас схватил чемодан и поспешил наружу. Слепая собака побрела следом, как будто так и было задумано. Всю дорогу до трейлера Томас то и дело оглядывался — ему казалось, что пёс смотрит на него, несмотря на слепоту.
Дома он пересчитал деньги — больше десяти тысяч долларов. Сумма, способная изменить его жизнь. Он решил оставить собаку у себя — раз уж она привела его к такому богатству. Назвал её Призрак. Первые несколько дней всё было спокойно. Призрак ел мало, спал в углу, иногда подходил к Томасу, тыкался мордой в ладонь. Но по ночам Томас начал замечать странное.
Ему снились сны. В них он снова шёл за псом к подвалу, но чемодан был пуст, а вместо денег внутри лежали человеческие зубы. Просыпаясь, он слышал, как Призрак ходит по трейлеру — тихо, размеренно, будто измеряя пространство. Однажды утром Томас обнаружил на полу странные следы — не собачьи, а какие‑то угловатые, будто оставленные копытом. Он попытался рассмотреть их поближе, но они исчезли к полудню, будто впитались в линолеум.
Через неделю Томас перестал чувствовать запах еды. Всё, что он готовил, пахло той же сладковатой гнилью, что и в подвале. Он начал избегать зеркал — в отражении ему чудилось, что Призрак стоит у него за спиной, хотя в комнате никого не было. Однажды ночью он проснулся от ощущения, что кто‑то дышит ему в затылок. Он резко обернулся — Призрак сидел на краю кровати и смотрел на него. Белёсые глаза теперь отливали тусклым красным светом.
Томас попытался заговорить, но голос пропал. Пёс медленно поднялся, вытянулся в длину, становясь выше, шире, его очертания поплыли, исказились. Лапы вытянулись, когти заскребли по полу с металлическим звуком. Морда удлинилась, обнажая зубы, слишком большие для собаки. Томас отпрянул к стене, понимая, что всё это время он кормил, поил и пускал в свой дом вовсе не пса.
Существо сделало шаг вперёд, и Томас наконец вспомнил то, что знал в глубине души с самого начала: в 1920‑х в том подвале держали подпольное казино, пока однажды ночью всех игроков не нашли мёртвыми — с пустыми карманами и вырезанными глазами. А слепой пёс — это был не проводник к богатству, а страж, приманка для тех, кто жаждет лёгкой наживы.
Томас бросился к двери, но та не открывалась. Призрак — или то, что им притворялось — издало низкий, булькающий звук, похожий на смех. Последнее, что запомнил Томас, — как длинные когти впиваются в его плечи, а в ноздри ударяет запах денег, плесени и чего‑то древнего, голодного.
На следующее утро трейлер был пуст. Чемодан с деньгами так и не нашли. А местные говорят, что иногда в октябре, если пройти мимо старого подвала, можно услышать тихое поскуливание и увидеть силуэт слепого пса, ждущего нового путника.
Поддержать канал донатом можно здесь:
Хотите видеть качественный контент про авиацию? Тогда рекомендую подписаться на канал Авиатехник в Telegram (подпишитесь! Там публикуются интересные материалы без лишней воды)