Начало. Глава 6
Бабушка ушла навсегда, а мне стало грустно. Я осталась одна совсем с этим и мне предстояло разобраться и привыкнуть к новой жизни. Но скучать мне было некогда. Рано утром ко мне приходила Яна со своей бабушкой, которую я вначале приняла за мать. И с каждым днём её визиты становились всё раньше и раньше. После их ухода я проваливалась в сон. Иногда мои сны были беспокойными, а иногда приносили умиротворение.
Бабушка Яны всегда приходила, здоровалась, ждала, когда девочка выпьет своё молоко и молча удалялась, не произнеся ни слова. Первый раз она со мной заговорила на шестой день.
— Яну больше не беспокоят боли. И аппетит вернулся.
Я кивнула, хоть и сама ещё до конца не верила в своё лечение.
— Завтра последний день?
— Да. — подтвердила я.
— А потом?
— А потом вы можете вернуться домой.
Женщина с недоверием на меня посмотрела. Наверное, я выглядела неубедительно.
После обеда ко мне наведывались какие-то люди. Все они искали Варвару, и каждому из них я пыталась помочь. Первой пришла соседка с пятого этажа.
— Ой, милая, варикоз замучил! — жаловалась она.
— А врачи, что говорят?
— Ой, да какие у нас врачи? Залечат, но не вылечат! Твоя бабушка помогала.
— Я тоже помогу, но это неправильно.
Я сделала ей мазь.
Потом пришла женщина.
— Пьёт, окаянный, сил моих уже никаких нет!
— А почему Вы с ним не разведётесь?
— Как развестись? И оставить детей без отца?
Я искренне не понимала. Её муж пил и бил, и её и их детей, нигде не работал. Зачем он ей такой был нужен?
— А Вы думаете, он перестанет пить и начнёт работать?
Женщина пожала плечами.
— Так ты мне поможешь? Или мне кого-то ещё поискать? Мне говорили, что ты всем помогаешь.
— Постараюсь.
Я вышла на кухню и взяла свой блокнот. Бабушка что-то мне говорила про то как это делать. И странное дело, блокнот открылся именно там, где нужно. Всё, как и говорила мне бабушка: "Если сомневаешься, загляни в свой блокнот, там всегда найдёшь ответ на свои вопросы." Я сделал всё, что советовала бабушка, женщина ушла довольная. Как она говорила? Главное подарить надежду.
После пришла ещё одна женщина. Уставшие глаза и измученное лицо.
— Сынок у меня пропал два года назад. Десять лет всего ему тогда было. И волонтёры искали, и полиция. Куда я только не обращалась! К трём экстрасенсам. Никто не может сказать, гд мой Максимочка!
И она горько заплакала. От её слёз и у меня в носу защипало. Я вышла на кухню и принесла ей стакан воды. Женщина отпила и вроде немного успокоилась.
— Посмотри, милая, может ты мне скажешь, где моя кровиночка!
Она дрожащими руками вытащила из сумки лист бумаги свёрнутый вчетверо и с потёртыми уже сгибами. Это была ориентировка, распечатанная на обычном принтере. Симпатичный мальчик улыбался со снимка. А я боялась смотреть, что с ним.
— Ты мне поможешь? Где он? Что с ним? Жив ли? Я не знаю, чего мне хочется больше. Если жив. Он же не по собственной воле домой не возвращается. А если мёртв? — и она вновь заплакала.
Я положила ориентировку под шар. Я боялась туда смотреть. Но нужно было. Кое-как собрав силу воли в кулак, я заглянула в шар. Мальчик был жив и здоров. Но то что с ним происходило, озвучивать совсем не хотелось. Я молчала. И женщина молчала, с надеждой глядя на меня. Наконец я осмелилась и рассказала, что я вижу. Она закрыла рот руками. Слёзы с её глаз стекали непрерывными струйками.
— А... где... он? Ты сможешь сказать?
Нужно вспомнить, что бабушка говорила по этому поводу. Записная книжка вновь открылась в нужном месте.
— Мне нужна какая-то его вещь. Его личная вещь.
Женщина руку сунула в карман и вытащила оттуда крестик на цепочке.
— Он его всегда носил, а в тот день цепочка у него порвалась. Я отдала в ремонт. А Максим так домой и не вернулся.
Я взяла с её дрожащей ладони крестик и развернула старую бумажную карту. Цепочку я повесила на палец и занесла руку над картой.
— Кровь к крови, путь к пути,
Карта, место мне найди.
Где Максим ступил, где дышал,
След оставил, мне показал.
Пусть проявится точка, пусть будет ясна,
В границах карты — его судьба видна.
Заклинаю: да свершится так!
Крестик на цепочки начал кружится и вдруг остановился над одной точкой.
— Вот здесь Ваш сын! — произнесла я, указывая пальцем на точку на карте. Женщина наклонилась, по слогам прочитала название.
— Как же я его там найду?
Я вздохнула. И правда, как? Я вновь посмотрела в свой шар.
— Там большой такой дом, стены белые, крыша красная и забор с коваными воротами. Улица Лесная. Номер дома я не вижу.
Я вернула женщине ориентировку и крестик. Она прижала их к груди.
— Скажи, я найду его? Верну его себе?
— Я не могу этого сказать, не вижу. Пусть всё будет хорошо!
Женщина встала и обняла меня.
— Спасибо тебе! Ты подарила мне надежду!
А мне было тяжело на сердце. Сколько же в нашем мире ещё зла!
Саша снова позвонил поздно вечером, когда я уже укладывалась спать.
— Слышь, Ленка, я соскучился. Возвращайся, а?
Я сама по нему соскучилась. Его голос вызывал дрожь во всём теле. Всё-таки не один год вместе прожили.
— Саша, по-моему, ты запамятовал. Мы с тобой разводимся.
— Лен, ну заканчивай. Подумаешь одни раз привёл.
— Саша, ты себя слышишь? ?? — я задохнулась от возмущения.
— Ну что я такого сказал? Один раз, как говорится...
— Саша, давай не будем ссориться. Просто разведёмся и всё. Делить нам нечего...
— Как это нечего? ?? — перебил меня пока ещё муж, — Как это нечего? ?? А кредит? Я что, его теперь один должен оплачивать? У меня не такая зарплата большая!
— Строго говоря, кредит мы брали на твою машину.
— И что?
— Саша, я переведу тебе половину суммы. Скинь мне смской сколько там.
— Хорошо. А что там по разводу? Когда ты приедешь?
— Я... я пока не знаю.
— Ну ладно тогда. Пока.
— Пока.
После звонка я долго не могла уснуть. У меня вроде как есть наследство, но распоряжаться этими деньгами я пока не могу. Где же мне тогда взять деньги, чтобы отдать их Саше за кредит? Его машина мне не нужна. Тем более прав у меня нет. И как мне с ним развестись, не видясь с ним? Не хочу снова туда приезжать. Совсем не тянет. Как бы это странно не звучало, но мне нравится моя теперешняя жизнь. Хоть и бывает порой одиноко.
Уснула я только под утро, так ничего и не придумав. Вот правильно говорят, утро вечера мудренее и свою проблему просто нужно переспать. А рано утром меня вновь разбудила бабушка Яны. Они пришли в последний раз.
Я вновь согрела девочке молока с мёдом и нашептала на него. Девочка изменилась за эту неделю. Она стала смелее и улыбчивей. Цвет лица изменился с серовато-зеленого на нежно-розовый. На щёчках появился румянец, а в глазках блеск.
— Ну что же, можете уезжать домой. — сказала я, — Я сделала всё, что могла.
— А как я узнаю, что ты помогла? — спросила бабушка.
— А как Вы узнали, что Яночка больна? Сдадите анализы.
— Хорошо. Куда деньги перевести?
Я продиктовала ей номер своей карты. И они ушли. Яночка меня обняла крепко перед уходом и поцеловала в щёку. Это было очень приятно и стоило многих тысяч.
После их ухода я покормила своё голодное животное, которое остервенело орало: "МЯУ! ", сварила себе кофе и села напротив окна наблюдать рассвет. После первого глотка ароматного напитка меня просто осенило. Я взяла телефон и набрала номер Евгения. Почему ему? С ним у меня был уже налажен контакт и общаться с ним было проще, чем с авторитетным Константином Николаевичем.
— Доброе утро, Евгений. Я не разбудила?
— Нет. Доброе утро. — голос у него был сонный.
— Вы не могли бы меня проконсультировать по поводу развода?
— Конечно. Я могу приехать... — наверное, он посмотрел на часы, — через час. Удобно будет?
— Да, конечно. Спасибо.
Я волновалась как перед свиданием. Перемерила все платья, которые привезла с собой. Трижды переодевалась. Накрасилась, затем умылась, затем снова нанесла макияж. Кот смотрел на меня как на полную дуру.
И вот раздался звонок в дверь. Я пригласила Женю пройти на кухню и налила ему кофе.
— Мммм, отменный кофе! Так что Вы хотели узнать?
Я рассказала всё про Сашу.
— Развод оформить не проблема. Я составлю заявление, потом принесу его Вам на подпись, затем мы его оправим почтой заказным письмом. Александру нужно будет только его подписать и унести в ЗАГС. Что по поводу кредита. Вы уверены, что хотите отдать ему половину суммы?
— Да!
— Окей. Я подумаю, что можно сделать. Но Вы должны понимать, что пока не можете распоряжаться счетами Варвары Григорьевны.
— Я понимаю.
Женя допил кофе и засобирался.
— Лена, Вы меня простите, но мне уже нужно бежать. Вечером заеду.
Я закрыла за ним дверь и поняла, что улыбаюсь как сумасшедшая. К вечеру я наварила картошки и накрутила котлет. А ещё испекла печенье. Всё внутри трепетало от волнения.
Евгений пришёл вечером и сразу дал мне подписать бумаги.
— Лена, вот у меня какие мысли возникли по поводу денег. Давайте, я Вам одолжу необходимую сумму, а Вы мне вернёте, когда вступите в права?
Я сомневалась, стоит ли.
— Мне как-то неловко.
— Мы оформим всё как положено. Вы мне напишите расписку.
— Спасибо, Вам Евгений. И простите, что я вот так... У меня просто здесь никого больше нет. А хотите я Вас накормлю ужином?
— Не откажусь.
Я накрыла на стол.
— Мммм! Очень вкусно! Сто лет не ел таких вкусных котлет! — нахваливал Женя, поглощая ужин, — Кстати, я хотел Вам сказать спасибо.
— Спасибо? За что?
— За то что предупредили меня тогда. — я не понимала, о чём он, — Ну про мою девушку. Она действительно меня обманывала.
— И вы расстались? — я почувствовала себя виноватой.
— Да. Но лучше сейчас, чем когда бы уже было поздно. Я понял, что совсем не люблю её. Она была как красивая кукла. Красивая, но холодная и пустая.
Вдруг у него зазвонил телефон.
— Да, Константин Николаевич, я всё передам Елене Васильевне. — сказал он, выслушав звонившего, а потом обратился ко мне:
— У меня для Вас неприятные новости. Ваш отец обратился с иском в суд по поводу наследства.
— У него есть шансы?
— Мизерные. Лена, не расстраивайтесь, всё будет хорошо!
Я тяжело вздохнула. В моей жизни всё так. Только сделаю шаг вперёд, сразу откатываюсь на два шага назад. Да и вообще, не жили богато и не стоит начинать!
Поблагодарить автора можно по номеру карты 2202 2050 0681 3759 Сбер