В последние годы мы наблюдаем любопытный культурный феномен - язык психологии стал повседневным. Люди говорят о границах, травмах, триггерах, контейнировании. То, что еще недавно обсуждалось в кабинете психолога, теперь звучит в публичном пространстве. И это здорово, что люди учатся лучше себя понимать, определять свои чувства и эмоции, становятся внимательнее к своим потребности и бережней к себе в целом.
Но вот в общем пространстве появляется сообщение:
"Хочу поделиться своими чувствами по поводу…" - и дальше следует поток раздражения, обвинений, скрытого или явного осуждения.
Формально - вроде выражение своих чувств. Но часто это выглядит скрытой агрессией и психологическим насилием над окружающими.
Психика человека устроена так, что невыносимые переживания стремятся найти выход. У нас даже есть для этого подходящие механизмы - проекция и проективная идентификация. Это способы "выгружать" свои чувства в другого, не осознавая этого. И о них чуть позже.
Современная культура создала идеальные условия для легализации этих процессов. Можно не говорить: "Я злюсь на тебя и хочу тебя уязвить", "Я завидую вам и подмечаю ваши просчеты". Можно сказать: "Я делюсь своими чувствами".
Но это не "я делюсь", это "я избавляюсь".
Есть принципиальная разница между осознаванием своих чувств и ответственным сообщением о них и их сбрасыванием на другого, не рефлексируя по-настоящему.
В психоаналитическом понимании контейнирование - это способность выдерживать собственные аффекты, перерабатывать их и возвращать в символизированном виде. Когда этой способности не хватает, включаются психологические защиты.
Чаще всего мы видим:
- проекцию. Это один из самых ранних и простых способов справиться с невыносимым чувством. То, что трудно признать в себе, приписывается другому. К примеру, собственное раздражение: "Я чувствую твою токсичность!"
- проективную идентификацию. Человек не просто говорит о своих чувствах, он бессознательно наделяет ими других, провоцируя их эти чувства проживать. "Атмосфера ощущается мной как небезопасная, потому что некоторые высказываются не слишком бережно". После такого "деления" в коллективе остается густое чувство вины, напряжения или растерянности.
- рационализацию, когда человек придает своему импульсу социально приемлемое объяснение. Например, осуждение объясняется как забота. "Мне просто важна справедливость и хочется выстраивать открытую коммуникацию в этом сообществе".
- морализацию. Собственная уязвимость превращается в обвинительный акт. "Просто больно видеть, куда катится наше взаимодействие", "Я ожидал более высокого уровня дискуссии в этом чате".
И тогда "я делюсь" - это не свидетельство зрелости, а регресс. Это способ вернуть других в роль родителя, который обязан понять, выдержать, принять, не обидеться, переработать.
Коллектив внезапно превращается в терапевтическую группу, которая об этом не договаривалась. Никто не обязан выдерживать слив чужого напряжения, контейнировать негативные эмоции и позволять в отношении себя это эмоциональное насилие.
В аналитическом процессе терапевт сознательно соглашается быть контейнером. Это его работа, его функция, его подготовка.
Коллеги (даже если они психологи), друзья, партнеры - нет.
Когда мы требуем от других выдерживать наши аффекты, не спрашивая их согласия, мы просто используем их.
Психологическая зрелость - это не право бесконечно по первому импульсу выносить свои негативные чувства и эмоции в общее пространство. Это способность их выдерживать.
Автор: Вероника Буданцова
Психолог, Супервизор, Динамический терапевт ЛОРП-терапевт
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru