Найти в Дзене
ПИН

Индийское мясо заполонило прилавки: кому это выгодно

Очередь в мясном отделе супермаркета. Покупательница переворачивает упаковку с говядиной, щурится на мелкий шрифт — «Произведено в Индии». Кладет обратно. Берет другую — та же история. Третья, четвертая... Женщина оглядывается растерянно: «А где наше?» Продавщица пожимает плечами: «Кончилось. Завоз будет, может быть». За десять месяцев 2025 года Россия закупила индийского мяса на $84,4 миллиона. Для сравнения: годом ранее импорт составлял всего $30 миллионов. Рост почти в три раза. Креветки тоже подтянулись — их закупили на $134,6 миллиона, это на треть больше, чем в 2024-м. Цифры впечатляют. Но главный вопрос застревает комом: зачем? «Я понимаю, страны дружат, торговля развивается, — говорит Михаил, инженер из Воронежа. — Но можно дружить как-то иначе? У нас что, мяса своего нет? Или коров разучились разводить?» Эксперты объясняют спокойно: дело в балансе торговли. Россия продает Индии нефть и нефтепродукты на $55-60 миллиардов в год. А покупает всего на $5,5 миллиардов. Получается пе
Оглавление

Очередь в мясном отделе супермаркета. Покупательница переворачивает упаковку с говядиной, щурится на мелкий шрифт — «Произведено в Индии». Кладет обратно. Берет другую — та же история. Третья, четвертая... Женщина оглядывается растерянно: «А где наше?» Продавщица пожимает плечами: «Кончилось. Завоз будет, может быть».

За десять месяцев 2025 года Россия закупила индийского мяса на $84,4 миллиона. Для сравнения: годом ранее импорт составлял всего $30 миллионов. Рост почти в три раза. Креветки тоже подтянулись — их закупили на $134,6 миллиона, это на треть больше, чем в 2024-м.

Цифры впечатляют. Но главный вопрос застревает комом: зачем?

Что не так с цифрами

«Я понимаю, страны дружат, торговля развивается, — говорит Михаил, инженер из Воронежа. — Но можно дружить как-то иначе? У нас что, мяса своего нет? Или коров разучились разводить?»

Эксперты объясняют спокойно: дело в балансе торговли. Россия продает Индии нефть и нефтепродукты на $55-60 миллиардов в год. А покупает всего на $5,5 миллиардов. Получается перекос — деньги текут в одну сторону, а товары не возвращаются. Индийцы расплачиваются рупиями, а эти рупии надо на что-то тратить. Вот и закупают мясо, креветки, автокомпоненты.

Звучит разумно. На бумаге.

Но попробуй объяснить эту логику покупателю у прилавка, который хотел взять отечественную вырезку, а нашел только упаковки с экзотическими маршрутами доставки и надписями на Бенгали. Буйволятину, кстати, в международной классификации называют «мясом крупного рогатого скота». Термин размытый: коров в Индии "не трогают" по религиозным соображениям, зато буйволов — пожалуйста. В итоге на этикетке может красоваться слово «говядина», хотя на самом деле это совсем другое животное.

«Звучит как сон при температуре 40, честно, — комментирует Ольга, мать двоих детей из Екатеринбурга. — Какая Индия? Зачем нам их буйволы? Может, ещё воду с Гималаев возить начнём? Или молоко?»

Рупии некуда деть

Проблема, оказывается, глубже. Россия зарабатывает в Индии огромные суммы, но вывести их сложно. Рупия — валюта с ограничениями, её нельзя просто так конвертировать и увезти домой. Несколько лет назад российские нефтяные компании столкнулись с тем, что их выручка «зависла» на индийских счетах — вывести не получалось. Ситуацию вроде бы решили, новых случаев не сообщалось. Но осадок остался.

Поэтому закупки индийских товаров выглядят не столько желанием разнообразить рацион, сколько вынужденной мерой. Надо же куда-то девать рупии.

Александр Фиранчук, научный сотрудник, объясняет, что рост импорта мяса — это «эффект низкой базы». Доля России в индийском экспорте говядины составляет около 2%. Совсем мало. Поэтому даже небольшое увеличение в абсолютных цифрах даёт внушительную статистику роста в процентах. Втрое! Но на фоне общего товарооборота в $60 миллиардов — капля в море.

А дальше что? Продолжать наращивать импорт, чтобы соблюсти баланс?

Двухсторонняя дорога

Дмитрий Кузнецов из Института Гайдара перечисляет, что ещё можно закупать в Индии: автокомпоненты (тормоза, подвески, трансмиссии), дорожно-строительную технику (экскаваторы, погрузчики), электротехнику, одежду, кофе, сахар, фрукты, орехи, косметику. Список длинный. Потенциал есть.

Но всё это не решает главного. Даже если Россия начнёт закупать всё перечисленное, перекос в торговле останется. Слишком велик разрыв: $58 миллиардов экспорта против $5,5 миллиардов импорта. Чтобы сравнять, нужно увеличить закупки в десять раз. Реально ли это? Вряд ли.

«Сейчас сложно представить, чтобы поставки Индии в Россию выросли настолько, чтобы сбалансировать российский экспорт», — признаёт Кузнецов.

Владимир Седалищев из Фонда экономической политики настроен чуть оптимистичнее. Он видит перспективы в агропроме, фармацевтике, химии. Индийские дженерики и фармсубстанции уже поставляются, идут переговоры о совместном производстве лекарств. Но это долгая история, быстрых результатов ждать не стоит.

Что дальше: гималайская вода?

Вопрос не в том, плохая Индия или хорошая. Страна огромная, с мощной экономикой и развитым производством. Многое там делают качественно. Но речь о другом.

Россия — страна с колоссальными ресурсами. Мясо, рыба, зерно, овощи — всё это есть. Причём в избытке. Экспортируем за границу тоннами. Почему же на прилавках вместо отечественной продукции вдруг появляется индийская?

«Я бывал в Индии, — делится впечатлениями Сергей, менеджер из Москвы. — Там много чего есть, спору нет. Но это не значит, что надо замещать своё их продукцией. Тем более когда у самих всё растёт и производится».

Антон Собин, председатель совета директоров инвестфонда Central Asia Capital, отмечает, что Россия тоже заинтересована расширять экспорт в Индию. Не только нефть, но и сельхозпродукцию, удобрения, металлы, высокотехнологичное оборудование. Потенциал огромный.

Но пока в реальности покупатель стоит у прилавка и читает на этикетке: «Индия». И недоумевает.

Дружба — это хорошо

Экономисты говорят о долгосрочных перспективах, индийский рынок с населением в полтора миллиарда человек действительно впечатляет. Возможности для сотрудничества есть. Но торговля должна быть взаимовыгодной, а не превращаться в механизм распределения «зависших» рупий.

Сейчас ситуация выглядит так: Россия продаёт Индии то, что та хочет купить (нефть), а Индия продаёт России то, что надо продать, чтобы рупии не пропали. Логика понятная. Но покупателю от этого не легче.

«Может, договориться как-то по-другому? — задаётся вопросом Михаил из Воронежа. — Инвестиции, технологии, совместные проекты, в конце концов. Зачем буйволов гонять через полмира?»

Вопрос справедливый. Дружить странами можно в разных плоскостях: образование, туризм, наука, высокие технологии. Индия — один из мировых IT-центров, у них развита фармацевтика, космическая отрасль. Есть куда приложить усилия, чтобы сотрудничество приносило пользу обеим сторонам. А не превращалось в биржевую распродажу замороженного мяса.

Пока же на полках российских магазинов всё чаще мелькают незнакомые упаковки. И каждый раз покупатель задаёт один и тот же вопрос: «А где наше?»

Как вы относитесь к закупкам продовольствия за границей, когда своего производства достаточно? Оправдан ли такой импорт?

Пожалуйста, поставьте ваш великолепный лайк

А если нажмёте "Подписаться" - будет супер 🙌