Наверное, никогда не забуду этот взгляд.
Сергей один из самых сдержанных людей, которых я когда-либо знала. Он был в состоянии контролировать свои эмоции на высшем уровне даже в критической, казалось, безвыходной ситуации, где лично я, без всяких сомнений, по меньшей мере впала бы в истерику.
Наверное, годы, проведённые на службе в разведке, не прошли даром. Такой выдержке мог позавидовать любой.
Но в этот момент и его броня дала трещину.
Он едва не соскочил со стола. Дёрнулся вперёд всем телом, явно желая подлететь ко мне, и, возможно, вцепиться либо в моё кресло, либо в меня саму, но всё же удержавшись на месте в самую последнюю секунду.
Я ужаснулась от того, как почернел его взгляд, до скрежета в зубах сжались челюсти, на которых моментально нервно заиграли желваки.
То, что тема сестры для него чересчур болезненна, лично для меня было очевидно уже давно. Но он никогда так открыто не проявлял своих эмоций.
Я лишь видела, что, как только речь заходила о Надежде (что за последние полгода случилось всего пару раз), он моментально напрягался, менялся в лице, становился максимально сдержанным, осторожным и сконцентрированным, и будто контролировал каждое своё слово.
Сейчас же он словно обезумел.
Я ведь даже не на шутку испугалась и успела тысячу раз пожалеть об неосторожно брошенной фразе, встретившись с по-настоящему диким взглядом.
- Что ты сейчас сказала? - голос тоже перестал ему подчиняться. Нервный, дрожащий, срывающийся. Тот Сергей, что умел в совершенстве управляться своими эмоциями, будто перестал существовать всего за одну секунду. - Тебе не кажется, что это неподходящая тема для острот?
Вот теперь он однозначно перестал играть в дружбу.
Ведь он потерял младшую сестру. Столько лет не знал, что с ней случилось. Точнее, наверняка, понимал, что она погибла, но как это произошло и кто к этому причастен, оставалось для него загадкой.
Неведомым мне образом, но всё же выйдя на след семьи Горских, он, наконец, получил ответы на свои вопросы. Ужасные, убивающие последнюю надежду, но при этом и разрушающий мерзкую неопределённость.
Нет ничего хуже, чем жить в сомнениях. Мне посчастливилось убедиться в этом на своём опыте.
Я до сих пор не знала, могу доверять Сергею или нет. Кто он - убитый горем брат или главный злодей, играющий в абсолютно непонятные мне игры?
Я не знала, кто такой Макс.
Я не знала, кто мой муж. Оступившийся, но искренне раскаявшийся и желающий восстановить нормальным, тёплые отношения семьянин или
И, наконец, я даже не знала, кто я сама. Чего хочу в действительности. К кому лежит моё сердце. Как так получилось, что сейчас, я не с тем человеком, к которому оно тянется с такой бешенной силой, а даже наоборот.
Сижу в следственном кабинете и на волосок от того, чтобы не дать показания, обвиняющие его в убийстве. А ведь если Кротов так уверенно вцепился в это дело, значит, есть шанс упрятать Макса за решётку.
От одной подобной мысли про всему телу прошёл пробирающий холодок дрожи.
Не могла и подумать, чтобы так его подставить, хотя, ведь с другой стороны, в словах Сергея есть здравый смысл.
Невиновный человек может сесть за преступление, которое не совершал. Конечно, скорее всего у него далеко не кристально чистая репутация, и, если он дал признательные показания, всё заранее было обговорено, только легче от этого не становится.
Чем больше я вглядывалась в окружающую меня реальность, тем отчётливее приходило понимание, что живу в грязи. Кругом какие-то мерзкие тайны, интриги, лож, предательство, убийства. Будет ли когда-нибудь конец всему этому?
- Послушай, ты, конечно, можешь и дальше продолжать выгораживать Горского, - тон Кротова, как и его взгляд, оставался таким же холодным и отчужденным. Видимо, я всё-таки зря заикнулась о его сестре, но назад слова уже не возьмёшь. Зато теперь мы, действительно, разговаривали прямо, без лишних, никому не нужных любезностей и фальшивых улыбок. - Я всё равно найду возможность упечь его на долгие годы.
- Я не понимаю, что вам всём от меня надо!
- Чтобы ты взяла себя в руки, отключила эмоции, включила мозги и посмотрела правде в глаза.
- И в чем она, твоя правда?
- Нет моей правды, ровно, как и твоей. Правда всего одна, единая для всех.
- И по этой правде Макс, а все остальные святые, аки ангелы?
- Значит, будешь выгораживать его до последнего? - в глазах сверкнула уже ничем не прикрытая злость.
- Откуда такая ненависть? - мой голос тоже сорвался на крик, я больше не могла разыгрывать показное, очевидно лживое спокойствие.
- Откуда? Он у" л мою сестру.
- Да с чего ты взял, что твоя сестрица вообще мертва? Может, она живее всех живых? Мне надоело, что все считают её святой и говорят с придыханием. А если она сама разыграла весь спектакль?
Я понимала, что в порыве очередной истерики выпалила лишнего, но такой реакции со стороны Сергея никак не ожидала.
Он в считанные секунды подлетел ко мне.
Наверное, эти горящие ненавистью и дикой яростью глаза могли бы стать последним, что я увидела бы в своей жизни, если бы дверь кабинета с грохотом не распахнулась и я не услышала где-то вдалеке, за спиной, такой родной, до боли любимый голос.
- Отпусти её, сейчас же.
Рассказ "Идеальная семья" 72 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈