Найти в Дзене
Реальная любовь

Тень сестры

Навигация по каналу
Ссылка на начало
Глава 38
Стас провёл весь день, разбирая старый сарай на родительской даче. Физический труд — рубка, таскание, складирование — был единственным способом заглушить гул в голове. Каждый удар топора по полену был попыткой рассечь собственное чувство бессилия. К вечеру, измученный, но странно просветлённый, он сел на заснеженное бревно и посмотрел на очищенный

Навигация по каналу

Ссылка на начало

Глава 38

Стас провёл весь день, разбирая старый сарай на родительской даче. Физический труд — рубка, таскание, складирование — был единственным способом заглушить гул в голове. Каждый удар топора по полену был попыткой рассечь собственное чувство бессилия. К вечеру, измученный, но странно просветлённый, он сел на заснеженное бревно и посмотрел на очищенный участок. Был виден результат. Маленький, но осязаемый.

Именно тогда он взял телефон и написал Майе. Не звонок — сообщение. Коротко и по делу.

«Майя. Прости за вчерашнее. Это было неправильно. Хочу предложить: готов взять детей на следующие выходные. Полностью. Можешь отдохнуть или сделать свои дела. Если, конечно, ты не против. Стас».

Он отправил и затаил дыхание. Это был первый за долгое время поступок, не продиктованный эмоциями, а рассчитанный на пользу другим. Не на то, чтобы её вернуть или загладить вину. Просто чтобы помочь.

Ответ пришёл не сразу. Через час.

«Спасибо. Давай в субботу с утра до воскресенья вечера. Пришлю список вещей и расписание. Майя».

Сухо. Без «ладно» или «хорошо». Безоценочно. Но она согласилась. И в этом был шанс. Не на примирение — на восстановление хоть какого-то человеческого контакта. На доказательство, что он может быть не обузой, а поддержкой. Он выдохнул, и в груди что-то болезненно дрогнуло — смесь надежды и стыда.

Вечером он, движимый новым, странным чувством долга, написал Насте. Не о чувствах. О конкретике.

«Настя. В прошлый раз я говорил неправду. Не от слабости. От трусости. Ты заслуживаешь большего, чем быть тайной и ошибкой в чужой жизни. Тебе нужно строить свою. Настоящую. А не ту, что началась с предательства. Я буду плохим якорем. Отпускаю тебя. Это не бред. Это самое честное, что я могу сделать сейчас. Прости».

Он не ждал ответа. И не получил его. Но отправив это, он почувствовал, будто снял с её хрупких плеч часть своего груза. Было больно, но это была боль хирурга, а не палача.

---

Настя получила сообщение в библиотеке, готовясь к сессии. Сначала она прочитала его с привычным сжатием сердца. Потом — ещё раз. «Ты заслуживаешь большего, чем быть тайной и ошибкой». «Строить свою. Настоящую».

Она вышла в холодный коридор, прислонилась к стене. В глазах стояли слёзы, но это были не слёзы отчаяния. Это были слёзы горького прозрения. Он был прав. Всё это время она играла в страстную, запретную любовь, но это была игра. Игра в спасение «сильного, но раненого мужчины». Игра, которая делала её значимой в собственных глазах. Но настоящая жизнь — учёба, друзья, планы на будущее — проходила мимо. Она застряла в любовном треугольнике из чужих отношений, как актриса на сцене с уже написанным трагическим финалом.

В кармане зажужжал телефон. Это была Катя, одногруппница.

— Насть, привет! Мы тут кофе пьём, тебя ждём! Иди, заждались!

В голосе подруги была простая, бесхитростная радость. Жизнь. Настоящая, молодая, не обременённая чужими драмами.

— Иду, — хрипло ответила Настя.

Она утерла слёзы, глубоко вдохнула и пошла. По дороге она удалила переписку со Стасом. Не из ненависти. Из необходимости. Чтобы на экране телефона было место для чего-то нового. Для расписания пар, для смешных мемов от Кати, для фотографий с практики в школе, куда она ходила волонтёрить и где дети называли её «наша Настя-учительница».

Она не простила себя. Не оправдала свой поступок. Но впервые за много недель она увидела перед собой не тупик, а развилку. Одна дорога вела дальше в тёмный лес вины и запретной связи. Другая — к свету, пусть и сожжённому мостами за спиной. И она, шаг за шагом, выбрала свет. Потому что ей было всего двадцать два. И потому что «настоящая жизнь» — та, что звала её голосом подруги и смехом детей в школе, — заслуживала шанса.

А Стас, вернувшись с дачи, не стал пить. Он сел за стол и начал составлять план на субботу с детьми. Куда повести, что приготовить. Это был маленький, но важный акт — планирование будущего, в котором он был не разрушителем, а, возможно, со временем, просто отцом. Не идеальным. Но присутствующим. И для начала этого было достаточно.

Глава 39

Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк)) 

А также приглашаю вас в мой телеграмм канал🫶