Первая часть рассказа👇
Вторая часть рассказа👇
В этот момент из восточного крыла донёсся пронзительный крик. Но это была не Лили. Нора случайно разбила кружку.
— Мама, — тихо произнесла она.
Она выбежала из комнаты, и Артур последовал за ней. Влетев в гостевую комнату, они увидели мать Норы, Елену, лежащую на полу. Её лицо было бледным и синим, а грудь тяжело вздымалась.
— Мама!
Нора упала на колени, проверяя пульс. Сердце Елены билось неровно. У неё была аллергическая реакция.
— Где её лекарства?
— Я оставила их на тумбочке, — сказала Нора, но тумбочка оказалась пустой. Пузырёк с сердечными таблетками исчез.
— Я их приняла, — прохрипела Елена, но таблетки не помогли.
Нора схватила стакан с водой, стоявший рядом с кроватью. Она понюхала его и почувствовала слабый, но отчётливый запах. Горький миндаль и тяжёлый цветочный аромат духов Изабеллы.
Артур уже говорил по телефону:
— Срочно пришлите сюда бригаду медиков.
Нора подняла глаза на Артура. Слёзы стекали по её лицу.
— Кто-то подменил её таблетки или что-то подмешал в воду.
Война только что перешла от психологической к физической. Нора поняла это с леденящей ясностью. Изабелла не просто пыталась её уволить, она пыталась избавиться от неё навсегда.
VIP-крыло больницы святого Иуды было тихим и пахло антисептиком и дорогими лилиями. Артур Пенхалиган сидел на пластиковом стуле у палаты 402, обхватив голову руками. Внутри палаты Нора держала бледную руку своей матери. Врачи промыли ей желудок. Реакция была вызвана концентрированной дозой сердечного препарата, но не того, который был прописан Елене.
Доктор Стерлинг, выйдя из палаты, выглядел мрачным.
— Мистер Пенхалиган, это был не несчастный случай. Концентрация вещества в её организме была в пять раз больше смертельной дозы для её веса, если бы Нора не распознала симптомы вовремя.
— Её отравили, — произнёс Артур, его голос звучал как раздробленный гравий.
— Теперь это проблема полиции, — сказал доктор Стерлинг.
Артур поднялся и вошёл в палату. Нора подняла глаза. Она казалась маленькой и сломленной.
— Мне нужно уехать, — прошептала Нора.
— Ты никуда не поедешь, — заявил Артур.
Его слова повисли в воздухе.
— Если ты уедешь, она победит. Если ты уедешь, я потеряю единственного человека, который заставлял мою дочь улыбаться за последние три года.
— Она чуть не убила мою мать. Голос Норы сорвался, и она впала в истерику. Это больше не работа. Это смертельная ловушка.
Артур подошёл к ней и опустился на колени рядом со стулом, принимая позу, которую миллиардер никогда раньше не занимал.
Его телефон завибрировал, и он посмотрел на экран. Выражение его лица изменилось с обеспокоенного на убийственное.
— Что это? — спросила Нора.
Артур показал ей изображение с камеры высокого разрешения в коридоре у гостевой комнаты. На нём была видна фигура, проскользнувшая в комнату в 7:45 вечера. Фигура напоминала горничную, но туфли были не те. Это были шпильки на красной подошве.
— Изабелла, она даже не потрудилась переобуться, — прошептал Артур. — Она думает, что ей всё сойдёт с рук.
— Она неприкосновенна, — горько сказала Нора. — Её отец — сенатор, ты — миллиардер. Такие, как она, не попадают в тюрьму. Они отправляются в санатории, пока новостной цикл не забудется.
— Не в этот раз, — поклялся Артур. — Но мне нужно, чтобы ты доверяла мне. Мне нужно, чтобы ты вернулась в дом сегодня ночью.
— Ты сошёл с ума? — спросила Нора.
— Мне нужно, чтобы ты вела себя так, будто сломлена, — сказал Артур. Его глаза светились холодным умом. — Собирай вещи, плачь. Пусть она увидит тебя разбитой. Если она решит, что ты уезжаешь, она расслабится, попытается сделать свой последний ход, чтобы заполучить обручальное кольцо.
Нора посмотрела на спящую мать, затем на Артура и Лили.
— Лили едет со мной в офис завтра. Я не спущу с неё глаз, но мне нужно, чтобы ты была в доме и нашла доказательства. Она одержима деньгами и любит отчётность. Если она заплатила твоему арендодателю, чтобы тебя выселили, или купила лекарства, квитанция будет в её комнате.
— Хочешь, чтобы я проникла в комнату Изабеллы? — спросила Нора.
— Я хочу, чтобы ты уничтожила её, — ответил Артур.
На следующее утро представление началось. Нора вернулась в поместье Блэквуд с опухшими глазами и коробками. Она громко объявила об увольнении. Изабелла, сидя на террасе и поедая грейпфрут, наблюдала за Норой.
— Уезжаешь так скоро? — окликнула её Изабелла. — Надеюсь, твоя мать поправится. Старики такие хрупкие.
Нора стиснула зубы, понимая, что должна сыграть убедительно.
— Вы победили, Изабелла, — сказала она. — Я не могу с вами бороться. Всё, что я хочу, это чтобы моя семья была в безопасности.
— Умная девочка, — промурлыкала Изабелла. — Возвращайся обслуживать столики. Для этого ты и рождена.
Нора села в такси, но не уехала сразу. Как только машина скрылась за поворотом, она пригнулась. Водитель, который оказался членом службы безопасности Артура, развернулся и направился к служебному входу. Нора проскользнула обратно в дом через служебный вход. Теперь она была тенью в доме.
Артур дал ей код от главного входа. Нора подождала, пока Изабелла уедет на пилатес в 11:00 утра, и затем проникла в её апартаменты на западном крыле. Комната была храмом тщеславия: зеркала повсюду, изысканная мебель, роскошные ткани. Нора начала обыскивать ящики, шкафы, под матрасом — ничего. Паника нарастала. Изабелла должна была вернуться через час.
Нора остановилась и закрыла глаза. Она использовала свои навыки официантки, память и наблюдательность, чтобы вспомнить каждый раз, когда видела Изабеллу. Женщина всегда была с телефоном или писала в маленьком кожаном ежедневнике, который носила в сумке. Но на пилатес она сумку не брала.
Нора обратила внимание на гардеробную. На верхней полке стоял ряд дизайнерских сумок. Она нашла сумку, которую Изабелла использовала вчера, и быстро её обыскала. Помада, пудреница, мятные леденцы и маленькое потайное отделение в подкладке. Пальцы Норы коснулись бумаги. Она вытащила паспорт. Это был не паспорт Изабеллы Венс, а паспорт Мэги Оконл. Под паспортом лежало письмо от юридической фирмы на Каймановых островах.
«Мисс Оконл, перевод средств с благотворительного счёта Пенхалигана завершён. 4 миллиона долларов отмыты, как и было запрошено. Ждём вашего прибытия в понедельник».
Дыхание Норы перехватило. Изабелла была не просто ревнивой невестой. Она была мошенницей, профессиональной аферисткой, которая, возможно, выдумала свою историю о дочери сенатора или украла чужую личность. Она не пыталась выйти замуж за Артура ради статуса. Её целью было опустошить его счета и исчезнуть.
Нора достала телефон, чтобы сделать фото, но внезапно звук открывающейся двери внизу заставил её сердце замереть.
— Я забыла коврик для йоги, — раздался голос Изабеллы, эхом разнёсшийся по лестнице.
Нора оказалась в ловушке: в гардеробной не было другого выхода. Слышались приближающиеся шаги, цоканье каблуков по паркету. Подняв взгляд, она заметила вентиляционную шахту. Она была узкой, пыльной и находилась высоко. Нора годами лазила по неустойчивым стеллажам в кладовых, поэтому не испугалась. Сбросив туфли, она встала на туалетный столик и подтянулась, отодвигая решётку. Протиснувшись внутрь, Нора вернула решётку на место как раз в тот момент, когда открылась дверь спальни. Сквозь щели она увидела, как Изабелла входит. Та направилась прямо к гардеробной, достала сумку и проверила фальшивое дно. Изабелла замерла. Она достала телефон, но не позвонила в полицию — набрала другой номер.
— Это я, — прошипела она. — Официантка обнаружила тайник. Не знаю, как, но бумаги переложены. Нужно ускорить план. Забудь про гала-вечер. Хватай девчонку сегодня. Я сожгу дом — сказала Изабелла.
Нора, лежащая в вентиляции, зажала рот рукой. Изабелла планировала похитить Лили ради выкупа и сжечь поместье Блэквуд, чтобы замести следы. Нора должна была действовать, не теряя ни минуты. Она не могла связаться с Артуром — вентиляция блокировала сигнал. Нора должна была выбраться и добраться до Лили. Она ползла по узким воздуховодам, стирая кожу с коленей, ориентируясь по памяти о планировке дома. Наконец, выбив решётку в прачечной подвала, она выпала наружу, покрытая сажей. Бросившись к гаражу, она заметила, что машина охраны исчезла. Вероятно, Изабелла заметила её. Нора увидела грузовик садовника и, не раздумывая, угнала его, вылетев с подъездной дороги. Гравий разлетался во все стороны.
На ходу Нора позвонила Артуру и сообщила ему о подставе. Она рассказала, что Изабелла — это Мэги Оконл, мошенница, которая сейчас едет за Лили, и собирается сжечь дом. Артур, находясь в своём офисе на сороковом этаже, ответил, что Лили в безопасности, а охрана готова к нападению. Нора заметила, что голос Артура был напряжённым, но спокойным.
— Вы не понимаете, — закричала Нора, сжимая руль. — У неё есть сообщник. Кто ваш начальник охраны?
— Его зовут Гарин. Он работает со мной уже десять лет, — ответил Артур.
— Это он вёл внедорожник, когда меня выселяли, — добавила Нора.
В трубке повисла тишина.
— Гарин в комнате с нами, — прошептал Артур.
В этот момент связь оборвалась. В офисе начался хаос. Артур повернулся к Гарину, который стоял у двери.
— Гарин, дай мне свою рацию, — потребовал Артур. Но Гарин, высокий мужчина с холодной улыбкой не двинулся с места.
— Извини, босс, — сказал он. — Пенсионный пакет, который предложила Мэги, был слишком хорош.
Гарин достал пистолет с глушителем.
— Вставайте, ты и малявка. Идём на крышу. Вертолёт уже ждёт.
— Не трогай её, — взревел Артур, заслоняя Лили.
— Шевельнёшься — прострелю тебе ногу, — небрежно сказал Гарин. — Эта девчонка — наш билет, а ты — лишний груз.
Лили начала хныкать, закрывая уши руками и раскачиваясь. Стресс вызвал у неё сильнейший приступ.
— Заткни этого ребёнка, — рявкнул Гарин.
Нора добралась до офиса и увидела, что вестибюль охвачен хаосом: ревела пожарная сигнализация, люди спешно покидали здание. Нора пробивалась сквозь толпу, направляясь к стойке охраны.
— Мне нужно на сороковой этаж. Там Пенхалиган в опасности, — крикнула она.
— Лифты заблокированы, — ответил охранник.
Нора взглянула на цифровую схему на стене: лифты не работали, лестницы были переполнены людьми, но оставался служебный подъёмник, который использовали для доставки еды и почты. Он был маленьким, опасным и работал вручную. Нора побежала к погрузочной площадке и нашла служебную шахту — вертикальный туннель. Она схватилась за тросы и начала подниматься. У неё не хватило бы сил подняться на сорок этажей, но она знала формулу: противовес. Нора посмотрела на погрузочную площадку и увидела палету с тяжёлой бумагой для принтера. Она зацепила её за трос и столкнула вниз в подвальную шахту. Палета рухнула, а Нора, используя инерцию, взлетела по шахте, пролетая мимо номеров этажей 10, 20 и 30. Трение прожигало подошвы её кроссовок, но она продолжала двигаться. Наконец, она раздвинула двери и выкатилась на плюшевый ковёр сорокового этажа, тяжело дыша.
Этаж был пуст — персонал уже эвакуировался. Нора услышала голоса в кабинете генерального директора и подкралась ближе. Она заглянула через матовое стекло и увидела, как Гарин ставит Артура на колени. Там же была Изабелла, которая, очевидно, прилетела на вертолёте, держа в руках шприц.
— Просто усыпи её, Гарин, — приказала Изабелла, раздражённая криками Лили.
Гарин направился к Лили. Нора огляделась, в её глазах вспыхнула решимость. Её взгляд упал на офисный бар: дорогая эспрессо-машина, бутылка крепкого бренди и зажигалка на столе Артура. В голове мелькнула мысль: навыки официантки помогли. Нора схватила бутылку бренди и тяжёлую хрустальную пепельницу и распахнула дверь ногой.
— Эй, Мэги! — крикнула она. Изабелла обернулась.
— Ты, — произнесла она с удивлением.
Гарин нацелил пистолет на Нору. В этот момент она подбросила бутылку бренди в воздух прямо над его головой. Пока он следил за бутылкой, отвлёкшись, Нора с идеальной точностью швырнула хрустальную пепельницу. Пепельница разбила бутылку в воздухе, и крепкий алкоголь облил Гарина.
— Сейчас, Лили, кнопка! — закричала Нора.
Лили, прятавшаяся под столом рядом с кнопкой, которую Артур ей однажды показал, ударила по ней кулаком. Кнопка не вызвала полицию, но активировала аварийные меры: газовую систему пожаротушения и бронированные ставни. Однако прежде, чем газ начал действовать, искры от выстрела Гарина, стрелявшего вслепую, подожгли алкоголь, пропитавший его костюм. Гарин вспыхнул и закричал, выронив пистолет, размахивал руками. Изабелла попыталась броситься к пистолету, но Нора сбила её с ног, и они врезались в стеклянный журнальный столик. Изабелла, разъярённая и сильная, прижала Нору к полу, сжимая её горло.
— Ах ты, жалкая прислуга, — прошипела Изабелла. — У меня было всё. Я должна была стать королевой.
Зрение Норы помутилось, и она начала царапать лицо Изабеллы. Внезапно за спиной Изабеллы появилась маленькая фигурка — Лили. Она держала тяжёлый латунный телескоп, который недавно видела на столе отца. Лили не кричала и не плакала, но изо всех сил замахнулась. Бам! Телескоп ударил Изабеллу по затылку, и её глаза закатились. Она обмякла и упала на Нору. Нора оттолкнула её и жадно вдохнула воздух. Через секунду рядом оказался Артур, поднимая Нору и осматривая её шею.
— Нора, ты в порядке? — спросил он.
— Я в порядке, — прокричала она.
Они посмотрели на Лили. Девочка уронила телескоп и дрожащими руками закрыла лицо. Нора подползла к ней и обняла. Она не сказала ни слова, но достала из кармана льняную салфетку, которую всегда носила с собой, и накрыла ими обеих.
— Время палатки, — прошептала Нора.
Под салфеткой, среди хаоса с горящим наёмным убийцей, которого уже тушили, и без сознания лежащей аферисткой, Лили прижалась головой к груди Норы и заплакала.
— Всё кончено, — сказал Артур, обнимая двух женщин, которые спасли ему жизнь.
— Наконец-то всё кончено, — повторила Нора.
Суд над Изабеллой Венс, известной как Мэги и её сообщником Гариным превратился в сенсацию года. Доказательства, которые Нора извлекла из сумки с двойным дном, в сочетании с показаниями мистера Хэндерсона, сразу согласившегося на сделку под угрозой тюремного заключения, были неопровержимыми. Изабеллу приговорили к 25 годам лишения свободы за мошенничество, попытку похищения и покушение на убийство. Однако Нора не присутствовала при оглашении приговора. Она была занята подготовкой к переезду.
Прошло два месяца после нападения в офисе. Елена полностью восстановилась и теперь ухаживала за тюльпанами в саду вместе с Лили. Нора упаковала свою последнюю форму официантки в коробку. Вдруг она почувствовала, что кто-то стоит в дверях. Это был Артур.
— Мне сказали , что ты заказала грузовик для переезда, — произнёс Артур, прислонившись к дверному косяку. Его голос звучал расслабленно, чего не было уже давно. На нём не было галстука.
— Пора, Артур, — ответила Нора, не отрывая взгляда от коробки. — Опасность миновала. Можешь нанять настоящую гувернантку для Лили с дипломом. Тебе нужна была стабильность, мне — дом. Контракт был рассчитан на неделю, а я здесь уже три месяца. Я злоупотребила твоим гостеприимством.
Нора подняла коробку, собираясь уйти, но Артур преградил ей путь.
— Я уволил совет директоров, — неожиданно сказал он.
Нора замерла.
— Что? Тех, кто заботился только об имидже и осуждал меня?
— Я их всех уволил. Теперь компания частная. Я хочу тратить время на то, что действительно важно.
Артур взял коробку из рук Норы и поставил её на пол.
— Ты не официантка, Нора. Ты не просто няня. Ты единственный человек, который увидел в моей дочери личность, а не сломанный предмет. Ты единственная, кто увидел во мне человека, а не просто банковский счёт.
Он достал из кармана рисунок. Это был тот самый рисунок, который Лили нарисовала в Солярии в первый день: две фигурки — девочка-палочка и официантка-палочка под зонтиком, защищённые от дракона. Но теперь Лили добавила третью фигурку — высокого мужчину, держащего ручку зонтика.
— Лили нарисовала это сегодня утром, — тихо сказал Артур. — Она называет это семьёй.
Слёзы покатились по щекам Норы.
— Артур, я не могу. Люди будут говорить. Скажут, что я просто очередная охотница за деньгами, как Изабелла. Что официантка соблазнила миллиардера.
— Пусть говорят, — сказал Артур, подходя ближе и обхватывая её лицо ладонями. — Мне всё равно на мнение мира. Важно то, что этот дом был словно могилой, пока ты не появилась. Если ты уйдёшь, свет снова погаснет. Я не хочу, чтобы свет гас.
Он наклонил голову и поцеловал её. Это был не киношный поцелуй, а настоящий, полный отчаяния и обещания, выходящего за рамки контрактов. Это был поцелуй со вкусом второго шанса.
— Не уходи, — прошептал Артур, касаясь её губ.
— Хорошо, — выдохнула Нора. — Я останусь.
Пять лет спустя заголовок в журнале Forbes гласил: «Новое наследие! Как Артур и Нора Пенхалиган изменили защиту прав людей с аутизмом». Но Нора не обращала внимания на журнал. Она стояла на террасе летнего дома. Дверь открылась, и вышла двенадцатилетняя Лили в наушниках, но с улыбкой на лице. В руке она держала письмо о зачислении.
— Меня приняли в программу СТМ, мам, — сказала Лили.
Нора, официально удочерившая Лили три года назад, сияла.
— Я знала, что ты справишься. Ты гений программирования.
— Папа плачет на кухне, — сухо заметила Лили. — Он пытается это скрыть, но делает блинчики и шмыгает носом.
Нора рассмеялась и вошла на кухню. Артур действительно переворачивал блинчики, вытирая слёзы кухонным полотенцем. Елена сидела у стойки, поедая чернику, и выглядела здоровой и счастливой.
Артур увидел Нору и улыбнулся своей искренней, счастливой улыбкой.
— Её приняли, — сказал он.
— Приняли, — ответила Нора, обнимая его за талию.
Они построили жизнь не на совершенстве, а на понимании. Они узнали, что любовь — это не о том, кто громче кричит, а о том, чтобы сидеть вместе в тишине, пока мир снова не станет безопасным. Это история о том, как один добрый поступок и немного стойкости разрушили преступную империю и создали семью. Никогда не недооценивайте человека, который подаёт вам кофе. Возможно, это самый сильный человек.
Спасибо всем за внимание. Прошу вашей поддержки, подпишитесь на канал.
