Светлана осторожно притворила дверь в комнату. Ей было до боли жаль мужа: в последние недели он словно иссяк, настолько выматывался, что мог уснуть на ходу. И сегодня повторилось то же самое. Он влетел с работы, почти не раздеваясь, торопливо доел тарелку макарон по-флотски и рухнул на диван. Успел только пробормотать:
— Свет, толкни меня через час. Надо к отцу снова съездить…
Она уже открыла рот, чтобы ответить, но поняла, что он её не слышит. Саша провалился в сон мгновенно, будто кто-то выключил свет.
Светлана бесшумно закрыла дверь и вышла на кухню. Мысли метались, не давая покоя.
Нет. Так продолжаться не может. Сергей Семёнович, конечно, человек непростой, но он уже в возрасте. Если он действительно не способен обслуживать себя, значит, они должны забрать его к себе. Сама эта мысль заставила Светлану вздрогнуть: слишком ярко вспомнились прежние сцены, крики и унижения.
Говорят, невестке трудно со свекровью. В их семье свекрови не было, зато был свёкор, который, казалось, мог заменить и свекровь, и злую соседскую собаку, и целую очередь недоброжелателей. Когда Светлана вышла замуж, она долго пыталась держаться спокойно. Они тогда поселились со свёкром в его загородном доме, который Сергей Семёнович называл почти с гордостью: дом, мол, самый обычный, ничем не примечательный. Обычный-то обычный, только вот ездить на работу оттуда было неудобно.
Машина у Саши имелась. Пусть не новая, зато ухоженная и надёжная. Но работали они в разных концах города, и каждый день превращался в логистическую задачу. Иногда Александр подвозил Светлану до остановки, а дальше она ехала на маршрутке. Иногда она, по договорённости, подстраивалась под его график, чтобы он мог добраться на работу без лишней потери времени. Они чередовались: неделя под Свету, неделя под Сашу.
Сергею Семёновичу это не нравилось до раздражения. В его картине мира невестка была фигурой второстепенной, не заслуживающей такого внимания.
Светлана не раз слышала, как он говорил сыну:
— Чего ты у неё на поводу ходишь? Пусть своё место знает.
Саша обычно отмахивался:
— Пап, перестань. Это ерунда.
Но отец не успокаивался. Однажды он прямо при Светлане начал её отчитывать: мол, она не принцесса, чтобы так напрягать мужчину, и вообще слишком много о себе возомнила.
Светлана и Александр поженились, когда обоим было уже ближе к тридцати. У Светланы за плечами остался неудачный брак. У Саши — холостяцкая жизнь и уверенность в том, что отец всегда прав. Светлана понимала: будь она моложе, может, промолчала бы. Но тогда промолчать не смогла. Без крика и оскорблений, спокойно, отчётливо, она объяснила Сергею Семёновичу, как его слова выглядят со стороны, и что внутри их семьи они разберутся сами.
И вот тогда началось.
Свёкор поднял такой шум, что Светлане показалось: сейчас ему станет плохо. На крики прибежал Саша, который уже лёг отдыхать. С трудом он увёл отца, а потом вернулся на кухню, сел напротив жены и долго смотрел в стол, будто подбирал правильные слова.
— Свет… Я понимаю, как тебе тяжело. Мне его жаль, оставлять одного страшно. Но если мы не съедем, у нас… у нас ничего не останется. Я буду искать съёмное жильё.
Светлана не стала спорить. Она и так чувствовала себя виноватой, будто это из-за неё мир рушится. Но терпеть бесконечные уколы больше не было сил.
Первые два года после переезда они жили спокойно. Сергей Семёнович звонил только сыну. В гости приезжал всего пару раз. Саша навещал его по выходным, помогал по хозяйству. Светлана тоже несколько раз заставляла себя поехать: убрать, постирать, навести порядок. Они почти не разговаривали, и это было даже лучше. Иначе всё неизбежно заканчивалось бы ссорой.
А в последний год всё будто перевернулось. Светлана и Саша наконец решились на ипотеку: наскребли на первый взнос, даже на небольшой ремонт осталось. Взяли сразу двухкомнатную — следующим шагом они планировали ребёнка.
И именно тогда, как назло, заболел Сергей Семёнович. Заболел серьёзно. Саша возил его по врачам, но врачи только разводили руками. Муж ходил подавленный, будто каждый новый день подтверждал то, о чём он боялся думать: отец стареет, и ничто не повернуть назад.
Саша работал много. Свободных часов почти не оставалось. Но всё равно он старался быть у отца как можно чаще. Покупал лекарства, витамины, красную рыбу, всё самое лучшее. Светлана никогда не возражала: всё-таки родной отец.
Сегодня, казалось, в Александре что-то окончательно надломилось. Он прибежал с работы раньше обычного, решил поспать час и ехать к Сергею Семёновичу снова. Светлана заглянула в комнату: муж спал крепко, в той же позе, в какой упал на диван. И тогда она решилась.
Она тихо закрыла дверь, взяла ключи от машины и твёрдо сказала себе: пусть отдохнёт. Она поедет сама. Завезёт продукты, уберётся, сделает, что потребуется.
По пути она заехала в магазин. И всю дорогу до посёлка ругала себя за прежнюю холодность. Нельзя так. Свёкор — единственный родной человек для её мужа. Она должна пересилить себя. Она даже решила: если будет нужно, попросит у Сергея Семёновича прощения.
Посёлок находился всего в пятнадцати километрах от города, но жил уже отдельной жизнью: свои магазины, свои лица, свои привычки. Светлана только въехала, как пришлось резко тормозить. На дорогу буквально вывалился мужчина, сильно навеселе, и рядом с ним — женщина. Пакет у них в руках весело звякнул стеклом.
Светлана перепугалась, выглянула из окна и не сдержалась:
— Вы что делаете? Под колёса бросаетесь!
Мужчина махнул рукой, даже не глядя в её сторону, и потянул спутницу дальше.
Светлана только хмыкнула. Им сейчас не до чужих слов: впереди их собственное веселье. Одеты, кстати, были вполне прилично, не маргиналы, не оборванцы. Просто люди, которым сегодня всё кажется дозволенным.
Она поехала дальше. Сумерки опускались быстро, и ей не нравилось, что возвращаться придётся уже в темноте. До дома Сергея Семёновича оставалось совсем немного, когда её накрыла внезапная, тяжёлая мысль.
Саша говорил, что отец совсем плох: встаёт с трудом, ничего делать не может. А если… если Светлана сейчас откроет дверь, а там случилось непоправимое?
Ей стало холодно. Она панически боялась покойников, да и сама ситуация казалась невозможной. Светлана резко тряхнула головой, отгоняя страшные картинки, и свернула в последний поворот.
И тут же снова нажала на тормоз.
Дом был освещён.
Сначала Светлана испугалась ещё сильнее. Потом увидела во дворе тех самых мужчину и женщину, которых едва не сбила в посёлке. Они уже заходили на участок, словно были здесь своими.
Светлана выскочила из машины и бросилась за ними. Вбежала во двор — и сразу поняла, что её смущало ещё на подходе. Музыка. Сергей Семёнович жил на отшибе. Рядом почти не было домов, и мелодии просто неоткуда было взяться.
Если только из его дома.
И в следующую секунду она увидела компанию: люди смеялись, разговаривали, кто-то танцевал, кто-то держал бокалы.
— Ну что встала? Проходи, не стесняйся!
Голос за спиной заставил её вздрогнуть. Светлана обернулась. Рядом стоял мужчина лет шестидесяти: не слишком трезвый, зато улыбчивый и явно расположенный к знакомству.
Он присмотрелся к ней и вдруг рассмеялся:
— Семёныч, я смотрю, совсем разошёлся. Вы же для него слишком молодая. Вас Наташа зовут?
— Нет… Света. Светлана, — выдохнула она.
— Ну и хорошо. Заходите, — махнул он рукой и уже через миг закружил в танце какую-то даму.
Светлана осталась стоять, как вкопанная. Потому что увидела свёкра.
Сергей Семёнович меньше всего походил на человека, который едва поднимается с постели. Он стоял у мангала. В одной руке держал бокал, другой ловко переворачивал шампуры, будто делал это каждый день и ничего у него не болело.
Светлана окончательно растерялась. Её словно толкнули в другую реальность, где все слова мужа звучали ложью.
Кто-то осторожно взял её под локоть. Светлана повернулась. Перед ней стояла женщина примерно того же возраста, что и Сергей Семёнович. Лицо мягкое, улыбка тёплая, взгляд добрый.
— Вы Светлана, верно?
Света кивнула.
— Серёжа показывал ваши фотографии. Пойдёмте. Он обрадуется. У нас сегодня маленькое событие.
— Событие? Подождите… Я ничего не понимаю. И почему вы уверены, что он будет рад?
Женщина вздохнула, будто ей было неловко за чужие поступки:
— Потому что вы давно не приезжали. Как он говорит, вы обиделись. И, если честно, правильно сделали. Он тогда вёл себя… нехорошо.
У Светланы в голове всё смешалось.
— Не приезжали? Саша же… Он ведь почти каждый день здесь.
Она не заметила, как женщина увлекла её к столу.
— Светочка?
Сергей Семёнович поднял голову и уставился на неё так, словно видел привидение.
— Светочка, ты как тут оказалась? С Сашей что-то случилось?
Светлана сглотнула.
— С Сашей всё в порядке. Если не считать того, что он ужасно устал. Я решила приехать вместо него. Хотела… привезти продукты, помочь. Он сказал, что вы совсем плохо себя чувствуете.
Свёкор моргнул, будто не сразу понял смысл.
— Вместо него? Он устал ездить ко мне каждый день? — Сергей Семёнович даже усмехнулся, но улыбка вышла кривой. — Светочка… Да я Сашу не видел месяца три.
У Светланы в груди что-то оборвалось. Внутри всё прояснялось, и от этого становилось только больнее.
Сергей Семёнович поставил бокал на стол и жестом предложил ей сесть.
— Садись. Никуда тебя на ночь не отпущу. Темно уже. А у нас с Наташей… — он на секунду замялся, словно стеснялся, — у нас сегодня, можно сказать, помолвка. Так, наверное, правильнее назвать. Давай поговорим. Выпьем за здоровье.
Светлана послушно взяла бокал. Ей было всё равно, что держать в руках. Мысли были далеко, как будто она смотрела на происходящее со стороны.
Гости разошлись за полночь. Светлана помогала Наталье убирать со стола, складывала тарелки, собирала салфетки, но делала всё машинально. Потом присела на диван, не чувствуя ног.
— Сергей Семёнович… — голос её дрогнул. — Я правильно понимаю: если Саша кому-то и помогает, то это не вам?
Сергей Семёнович тяжело выдохнул и сел рядом. Наталья устроилась с другой стороны, словно пытаясь согреть Светлану своим спокойствием.
— Светочка… Я Сашу действительно не видел давно. Может, и заезжал, но только чтобы попросить денег, и всё. А я думал, вы обиделись на меня. Я всё собирался приехать, извиниться за своё поведение. Да всё откладывал… Глупец старый.
Он провёл ладонью по лицу и заговорил тише:
— Живут люди, радуются, семьи, планы… А я один. И вот встретил Наталью и понял, каким же дураком был. И каково тебе было слышать то, что я говорил.
Наталья поднялась:
— Я постелю Свете. А вы пока поговорите, — сказала она и ушла в дом.
Сергей Семёнович тоже вышел на крыльцо, оставив Светлану на несколько секунд одну. Ей хотелось плакать так, будто внутри прорвало плотину.
Телефон в кармане завибрировал. Саша.
Она взяла трубку.
— Свет, ты где? Ты что, правда поехала к отцу? Зачем? Кто тебя просил?
Светлана выдохнула, стараясь говорить ровно:
— Саша. Это всё, что ты хочешь мне сказать?
В трубке повисла пауза. Потом голос мужа стал холодным и чужим.
— А что ты хочешь услышать? Что ты тихая, незаметная, зато готовишь хорошо и умеешь считать деньги, чтобы на всё хватило? Или что квартиру я тебе всё равно не отдам, так что лучше ничего не затевай? Давай, скажи, чего ты хочешь. Ты же понимаешь, без меня ты ничего не сможешь.
Каждое слово ударяло, как плеть. Светлана закрыла глаза.
— А всё то, что ты мне говорил раньше… Это тоже было неправдой? Ты всё время лгал?
— Свет, не начинай. Возвращайся домой. Сделаем вид, что ничего не произошло. Мелкое недоразумение.
Он усмехнулся:
— Нам же удобно вдвоём. А ты… не думаю, что кто-то будет за тебя держаться.
Светлана отстранила телефон от уха. Потом выключила его полностью.
Когда она вернулась в дом, Сергей Семёнович и Наталья ждали её взглядом.
— Саша звонил? — спросил свёкор.
Светлана не выдержала. Слёзы наконец пошли. Наталья сразу обняла её.
— Плакать стоит только из-за тех, кто этого заслуживает, — мягко сказала она.
Сергей Семёнович ходил по комнате из угла в угол.
— Вот дурак… — повторял он, будто не верил, что это его сын.
Они предложили Светлане пожить у них, сколько потребуется. Саша не приезжал за машиной и больше не звонил. Через неделю Светлана подала на развод.
Сергей Семёнович не уговаривал её подумать, не просил пожалеть сына и дать ему шанс. Он просто сказал:
— Делай так, как считаешь правильным. Ты имеешь на это право.
За эти дни и Сергей Семёнович, и Наталья стали для Светланы ближе родных. Она сама не ожидала, что именно в этом доме найдёт поддержку, которой так не хватало.
Однажды она поставила машину у ворот и вошла в дом. Завтра у неё был выходной, и они с Натальей собирались мариновать огурцы. Светлана уже мысленно перебирала банки и специи, когда увидела на диване Сашу.
Похоже, он приехал совсем недавно: разговор с отцом был в разгаре.
— Отец, с какой стати ты вмешиваешься? — раздражённо говорил Саша. — Это моя жена. Моя семья.
Сергей Семёнович ответил спокойно, но твёрдо:
— А что я должен был сделать? Выставить Свету к человеку, который её не любит и который её обманывал?
Саша скривился.
— Не преувеличивай. Ей же много не надо. Дом, еда, порядок. Пусть занимается хозяйством и не задаёт вопросов.
Светлана кашлянула. Саша дёрнулся и повернулся к ней, резко меняя тон:
— Свет… Я за тобой. Соскучился. Ну прости. С кем не бывает.
Он шагнул ближе, пытаясь обнять её. Светлана отстранилась.
— Ты приехал потому что соскучился? Или потому что дома стало некому готовить и гладить тебе рубашки?
Сергей Семёнович не удержался от улыбки и поднял большой палец, одобрительно посмотрев на Светлану.
Саша сузил глаза.
— Смотрю, ты стала смелее. Ладно. Подожду, когда сама прибежишь. Только ещё подумаю, принимать тебя или нет.
Светлана сказала ровно, почти спокойно:
— Нет, Саша. Я не прибегу. И за квартиру, кстати, буду бороться. Там моя половина.
Саша усмехнулся.
— Можешь забирать. Только за мою долю заплати. А у тебя за душой пусто.
Светлана подняла подбородок.
— Ты ошибаешься.
Сергей Семёнович посмотрел на сына холодно.
— Мы дадим Свете деньги, — произнёс он.
Саша вспыхнул:
— Вы совсем с ума сошли? Я вообще-то твой сын! А она… она тебе кто?
Сергей Семёнович молча взял Сашу под локоть и повёл к выходу.
— Пойдём, сын. На улице поговорим, — сказал он тихо, но таким голосом, что спорить не хотелось.
Прошёл год.
Светлана вышла замуж снова. Нашёлся мужчина, который смотрел на неё с таким обожанием, будто она была для него самым важным чудом на свете. Он был готов сворачивать горы, лишь бы видеть её улыбку. А сама Светлана поначалу даже дышать рядом с ним боялась: настолько непривычно было чувствовать уважение и тепло без условий и требований.
Свадьбу сыграли весёлую. От ресторана отказались: Сергей Семёнович решил, что в его доме будет лучше и по-настоящему по-семейному. И действительно, жизнь заиграла другими красками.
А новый муж — который только после свадьбы узнал, что Сергей Семёнович и Наталья вовсе не родители Светланы, — ещё долго ходил ошеломлённый, не в силах уложить в голове одну простую вещь: иногда самые близкие люди появляются не по крови, а по поступкам.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: