Марина вышла из подъезда старенькой пятиэтажки со спортивной сумкой в руке и заплаканным лицом. Два года прожила в этой квартире, платила исправно. Порядок поддерживала, а тут зарплату задержали, не смогла вовремя заплатить, и хозяйка всего час дала ей, чтобы вещи собрала. Не вошла в положение, даже обещания Марины оплатить позже, но больше, ее не убедили. Она кричала, что желающих найдется много, которые сразу заплатят, ей деньги нужны сейчас, и ждать она ни дня не будет.
Куда пойти, Марина даже не представляла. На работе тоже разговаривать не станут, также скажут, что желающих много, не нравится – никто не держит, время сейчас такое, никто никому не нужен. Подруг у нее не было, только коллеги, с которыми поддерживала приятельские отношения, поэтому проситься к ним даже мысль не допустила.
Марина перешла через дорогу, пошла через парк, но понимая, что не знает, куда направиться, присела на скамейку и задумалась. Вспомнила, как приехала в город поступать в институт, но провалила экзамены, а маме соврала, что поступила, чтобы не расстраивать, она ведь так гордилась своей дочкой. И вот теперь даже домой не поехать, а в городе намыкалась так, что и сил не осталось. Вспомнив, как дома было хорошо, она расплакалась и не заметила, что рядом с ней присел мужчина. Когда он, видимо, не первый раз спросил, что случилось, она на него посмотрела и помотала головой, дескать, все хорошо.
Мужчина не отступал, предлагал помочь, если беда какая-то, но Марина сказала, что вряд ли он ей поможет, если только пригласит к себе пожить. Она сказала это, не подумав, а он вдруг оживился – если проблема в жилье, то у него свободная квартира, пообещал помочь, значит поможет. Марина принялась отнекиваться, объясняла, что ляпнула не подумав, но мужчина настаивал. Ей даже стало страшно. Но он обещал, что она будет жить одна, он даже не зайдет в квартиру. Просто он живет сейчас с мамой в своем доме, та больна и требуется постоянный уход, а ее квартира пустует, так что, зря Марина отказывается, он предлагает бескорыстно и плату не попросит.
Марина долго сомневалась, но мужчина расположил ее добрым взглядом и спокойными словами. Рассказал, как сам когда-то приехал в город поступать, но не вышло, он пошел работать, жил где придется, ему помогли люди добрые. А теперь у него свой бизнес, дом и он тоже готов помочь, как давно кто-то помог ему.
Марина согласилась. Квартира была небольшая, но Марине понравилась. Артур сказал, что она может там жить сколько угодно и отдал ключи. На следующий день он позвонил, спросил как она устроилась и Марина еще раз его поблагодарила – все хорошо.
Через несколько дней он попросил разрешения заехать, чтобы переписать показания счетчиков, а потом пригласил Марину поужинать. Мужчина был старше нее, но ей он показался очень привлекательным. Встречи их стали частыми и уже через пару месяцев он признался, что не может без Марины жить.
А на следующий день он отменил их встречу – сказал, что сиделка мамина уволилась по семейным обстоятельствам, другую пока не может найти, приходится самому о маме заботиться, да еще работы навалилось как никогда, просил понять и простить, но пока им придется взять паузу. Марина предложила свою помощь, и радости его не было предела. Он сразу же приехал за ней, привез в большой дом, все показал и сказал, что ему так будет даже спокойней – любимая девушка позаботится о его маме лучше любой сиделки, а то ему на днях в командировку ехать, если б не Марина, он бы и не знал, что делать.
Мама Артура находилась в тяжелом положении. Она была почти полностью обездвижена, не разговаривала, похоже, что даже не слышала, глаза смотрели в одну точку.
Артур вел себя как настоящий муж – приносил Марине завтрак в постель, каждый день возвращался с работы с цветами, обещал, что как только мама поправится, они сразу узаконят отношения и рванут на отдых – только он и она. Марина была на седьмом небе от счастья, только одно ее огорчало – как сказать своей маме обо всем, клубок вранья становился все запутаннее, но она решила – как только подадут заявление в ЗАГС, вместе с Артуром поедут к ней и она все расскажет.
С работы Марине пришлось уволиться, чтобы больше внимания уделять будущей свекрови, ей очень хотелось, чтобы та пошла на поправку, поэтому она заботилась о ней с любовью родного человека. Артур, уезжая в командировку, велел Марине вовремя давать таблетки Анне Александровне, они для нее жизненно необходимы.
Вот только когда мужчина уехал, Марина обнаружила, что срок годности у таблеток истек. Она бросила флакончик в сумку и поспешила в аптеку, чтобы купить новые таблетки, точно такие же.
Вернувшись домой, она с облегчением выдохнула – вот теперь все в порядке. Она готовила для Анны Александровны бульоны, кормила из ложечки, меняла памперсы, мыла, переодевала, рассказывала, как она любит ее сына и он ее, что скоро они поженятся, и Анна Александровна еще внуков понянчит, все будет хорошо.
Артур звонил, говорил, что придется дольше задержаться в командировке, просил прощения, что свесил маму на нее, но Марина уверяла, что ей совсем не сложно. А через неделю она заметила, что Анна Александровна начала водить глазами по сторонам, пальцы ее едва дрогнули, но для Марины это была настоящая радость. Артуру решила пока ничего не говорить – вернется, вот будет радость для него.
Марина стала еще больше разговаривать с женщиной, рассказывала о погоде, о том, что у Артура важные дела, но он скоро вернется, ей не стоит беспокоиться. И тут заметила слезы в глазах женщины, а потом ее взгляд задержался на глазах Марины, она медленно повела его в сторону, вверх и смотрела в одну точку.
Марина сразу и не поняла, что это значит, но спустя пару дней, когда этот жест повторялся снова и снова, она взяла женщину за руку, спросила, хочет ли она что-то сказать и та, дернула пальцами, потом снова посмотрела на Марину и как будто повела ее куда-то взглядом – к шкафу. Марина подошла, спросила, может, нужно вещь какую-то достать, но Анна Александровна закрыла ненадолго глаза, открыла и снова подняла взгляд наверх. Марина подняла голову – на шкафу стояли две статуэтки, и сидела красивая фарфоровая кукла. Она пожала плечами, непонимающе глядя на маму Артура. Та вновь закрыла глаза, а открыв, уставилась наверх. Марина спросила, может быть, нужно достать что-то сверху, и Анна Александровна закрыла глаза и быстро открыла, словно согласилась. Марина принялась перечислять – статуэтку? Женщина не моргала. Куклу? И она снова коротко моргнула.
Марина бережно сняла хрупкую красавицу и подошла с ней к Анне Александровне. Та старалась делать жесты глазами, но Марина ничего не понимала, принялась крутить куклу в руках и вдруг заметила, что ее глаза блестят как-то неестественно, как будто в них светятся лампочки. Она легонько повернула голову и обнаружила проводки, что тянулись под платье. В итоге Марина нашла в кукле камеру и ключик. И в этот момент как будто улыбка коснулась губ будущей свекрови. Она глазами указала на комод и Марина заметила, что верхний ящик заперт на ключ, она открыла, там лежали бумаги и ноутбук.
Марина выдохнула, бросила быстрый взгляд на Анну Александровну. Женщина смотрела на неё с каким-то отчаянным, почти молящим выражением, которое Марине удалось прочитать без слов: «Смотри. Узнай. Пойми».
Она аккуратно достала бумаги. Первым ей в руки попался плотный гербовый документ. Свидетельство о браке. Марина пробежала глазами по строкам, и её сердце на мгновение остановилось, а потом бешено заколотилось где-то в горле. Супруг: Артур Сергеевич Молчанов. Супруга: Анна Александровна Молчанова (Ковалева). Дата регистрации была проставлена почти два года назад.
– Но… как? – одними губами прошептала Марина, чувствуя, как подкашиваются ноги. Она присела прямо на пол, не в силах оторвать взгляд от бумаги. – Вы же его мама… Он говорил…
Она подняла глаза на женщину, ища подтверждения или опровержения, но лицо Анны Александровны оставалось неподвижным, лишь в уголках глаз блестела влага. Марина лихорадочно принялась перебирать остальные документы. Договоры купли-продажи, учредительные документы, выписки из ЕГРЮЛ. Она не была специалистом, но основные моменты уловила сразу: практически всё имущество, включая этот дом, и весь бизнес, который Артур называл своим, принадлежало вовсе не ему, а этой обессиленной женщине, всё было оформлено на Анну Александровну. Артур, по документам, был лишь наемным сотрудником, пусть и с широкими полномочиями.
В голове Марины не укладывалось. Зачем? Зачем нужно было лгать, выдумывать историю про больную маму, если это его жена? Зачем он привел сюда её, Марину, и попросил ухаживать за собственной супругой? Ответы могли быть только в ноутбуке.
Она дрожащими пальцами нажала кнопку включения. Ноутбук загудел вентиляторами, загружаясь на удивление быстро. Рабочий стол был пуст, лишь несколько папок. Одна называлась «Камера». Марина дважды кликнула по ней. Открылся доступ к каталогу с видеофайлами. Она наугад открыла самый первый.
На экране застыло изображение той самой спальни, где сейчас лежала Анна Александровна. Качество было хорошим, камера, спрятанная в кукле, охватывала почти всю комнату. Марина перемотала вперед. Вот в комнату входит Артур. Он не знает, что за ним наблюдают. Его лицо, такое родное и любимое, теперь показалось Марине чужим и пугающим. Он подошел к кровати, где неподвижно лежала его жена. Сел в кресло, стоящее у изголовья, и, глядя на неё, вдруг тихо, но отчётливо рассмеялся. Этот смех, полный циничного торжества, резанул по сердцу Марины острее ножа.
– Ну что, Аннушка, – заговорил он, наклонившись к самому уху женщины. – Не ожидали? Думали, умнее всех? С вашими-то деньгами да связями, а на ровном месте прокололись. Поверили в большую и чистую любовь молодого красавца. – Он усмехнулся, откинувшись на спинку кресла. – Скучно с вами, старыми, но игра стоит свеч. Ещё немного, и я наконец-то обрету свободу. Врачи говорят, процесс необратим. Вы там, внутри, всё понимаете, да? Это самое забавное. Слышите всё, а сделать ничего не можете. И всё, что вы строили кирпичик за кирпичиком, все эти ваши компании, счета, недвижимость – всё перейдет по наследству ко мне, законному супругу. Красиво, правда?
Марина зажала рот рукой, чтобы не закричать. Её трясло как в лихорадке. Она перемотала на другой файл, потом на третий. И в одном из них увидела то, от чего кровь застыла в жилах. Артур стоял у прикроватной тумбочки. В руках у него был тот самый флакончик с таблетками. Он ловко открутил крышку, высыпал содержимое в ладонь, затем достал из кармана бумажный пакетик и всыпал из него таблетки в освободившийся флакон. Это были те самые «жизненно важные» лекарства, которые Артур велел давать его «маме». Он специально подменил их! На видео было четко видно, как он убирает флакон с подмененными таблетками обратно в тумбочку, а бумажный пакет, в который ссыпал оригинальный препарат, прячет во внутренний карман пиджака.
Мир Марины рухнул окончательно. Всё, что он говорил, все его нежности, обещания, забота – всё было ложью. Она была не невестой, а бесплатным орудием в руках убийцы. Марина не могла прийти в себя от охватившего ужаса. Ей повезло, что дата на пузырьке оказалась просроченной, но нужно было срочно что-то делать. Она на ватных ногах, подошла к Анне Александровне и, взяв её за руку, заглянула в глаза.
– Я всё видела. Всё поняла, – голос срывался. – Простите меня, пожалуйста. Простите, глупую, доверчивую дуру. Я ничего не знала! Он говорил, что вы его мама, что вы больны... Боже, простите меня!
Слезы градом катились по щекам Марины. Анна Александровна медленно, очень медленно моргнула два раза. Марина не знала, что это значит – прощение или приговор, но в этот момент женщина чуть заметно шевельнула пальцами, сжимая ладонь девушки в ответ.
– Я позвоню в полицию, – решительно сказала Марина, вытирая лицо тыльной стороной ладони. – Вы позволите? Вы согласны?
И снова два четких, осмысленных моргания.
Марина набрала номер дрожащими пальцами. Говорила она сбивчиво, но старалась четко изложить факты: покушение на убийство, подмена лекарств, видеодоказательства. Оператор слушал внимательно, спросил адрес и сказал, что скоро прибудет следственно-оперативная группа.
Пока ждали полицию, Марина сидела рядом с Анной Александровной, держа её за руку и не переставая тихо причитать:
– Я ведь хотела как лучше... думала, что свекровь будущую ублажаю... А оно вон как... Простите, Христа ради, Анна Александровна.
Глаза женщины смотрели на неё с неожиданной теплотой. Казалось, даже сквозь паралич пробивался луч утешения, которое она пыталась передать этой заплаканной девушке.
Приехали полицейские, криминалисты. Марина, уже немного пришедшая в себя, показала им ноутбук с видео, отдала просроченный пузырек, который так и остался лежать в ее сумочке с тех пор, как она бегала в аптеку за свежим лекарством, рассказала всё, что знала. Артура задержали прямо на пороге дома, когда он, счастливый и с букетом роз, вернулся из «командировки». Его лицо, когда он увидел полицейских и заплаканную Марину, стоило бы запечатлеть на плёнку. Это была маска ужаса и бессильной злобы.
Анну Александровну срочно госпитализировали. Врачи, ознакомившись с историей болезни и составом подмененных препаратов, которые Марина отдала экспертам, только покачали головами. Ей подобрали правильное лечение, и дело пошло на поправку с поразительной быстротой. Организм, словно только и ждал шанса, чтобы начать борьбу.
Через три недели Анна Александровна уже могла сидеть в кровати и говорить, пусть и негромко, шепотом. Марина навещала её каждый день. В день, когда женщина заговорила впервые, она взяла Марину за руку и произнесла:
– Не смей больше просить прощения. Ты слышишь? Это ты меня спасла. Если бы не твоя доброта, не твоя бдительность и забота… – говорить долго ей было трудно. – Я бы там и осталась. Спасибо тебе, дочка.
Марина расплакалась, но теперь это были слезы облегчения и радости.
– Анна Александровна, – спросила она как-то, когда женщина окрепла. – Как же вы вышли за него? Такой... опытный человек, как вы...
Анна Александровна вздохнула, отведя взгляд к окну, за которым светило солнце.
– Опыт... опыт тут не всегда помогает, Марина. Он пришел ко мне в компанию много лет назад. Обычный менеджер, из провинции, глаза горели. Я всегда поощряла инициативных. Он горы буквально свернул, отдел поднял с колен. Я его ценила, продвигала. А потом... потом я заметила эти взгляды. Не подчиненного на начальницу, а мужчины на женщину. Потом начал оказывать знаки внимания с откровенными намеками. Я отмахивалась, ставила барьеры. Говорила, что разница в возрасте – это непреодолимо. А он твердил своё: «Для меня это неважно, вы самая лучшая, самая умная, самая красивая». И ведь искренне говорил, как мне казалось. Два года он за мной ухаживал, Марина. Два года! Ни одной другой женщины, цветы, подарки, море внимания. Я даже детектива нанимала, и тот сказал: чист, как слеза младенца, с другими не замечен, ведет себя безупречно. – Она горько усмехнулась. – Видишь, как бывает?
Марина слушала, затаив дыхание. Ей было до слез жаль эту сильную женщину, обманутую так жестоко.
Артуру грозило суровое наказание – покушение на убийство, мошенничество в особо крупном размере. Лучшие юристы Анны Александровны сделали так, что их брак признали недействительным в рекордные сроки, лишив его любых притязаний на имущество.
Когда Анна Александровна окончательно поправилась и вернулась домой, она пригласила Марину на серьезный разговор.
– Ты осталась без работы, без жилья, и всё из-за этой истории, из-за меня, – начала она. Марина хотела возразить, но женщина жестом остановила её. – Помолчи. Я предлагаю тебе работу в моей компании. Будешь моим личным помощником. Присмотришься, освоишься. А осенью я оплачу тебе заочное обучение в институте. Хватит врать маме, надо становиться настоящим экономистом. И ещё... – она протянула Марине ключи и какие-то документы. – Та квартира, в которую тебя привел этот... Артур, моя. Самая первая, которую я купила сама, на первые заработанные большим трудом средства. Я хочу, чтобы она перешла к тебе. В надёжные руки. Своих детей у меня нет, а ты... ты стала мне как дочь. Не возражай!
Марина снова плакала, пыталась отказаться, говорила, что недостойна, но Анна Александровна была непреклонна. Так у Марины появился свой собственный угол.
Годы летели незаметно. Марина оказалась способной ученицей. Она быстро освоилась в офисе, вникала во все детали, и вскоре Анна Александровна доверила ей вести собственные проекты. Марина получила диплом с отличием. На одном из корпоративных праздников она познакомилась с Сергеем – лучшим юристом компании, спокойным, надёжным мужчиной. У них завязался роман, который закончился свадьбой. Анна Александровна радовалась, кажется, больше самой Марины. Они за это время стали настоящими подругами, несмотря на разницу в возрасте.
В разговорах женщин имя Артура звучало всё реже, а потом и вовсе сошло на нет. Его заслонили новые заботы, новые победы. Марина в браке родила сначала мальчика, которого назвали в честь дедушки Анны Александровны, а через два года – девочку, Машеньку.
Когда Анна Александровна почувствовала, что годы берут своё, и вести дела становится непросто, она без тени сожаления пригласила Марину и Сергея к себе в кабинет.
– Всё, мои дорогие, – сказала она, закрывая тяжёлую папку с отчётами. – Я наработалась. Пора и честь знать. Компания теперь – в ваших руках. Вы доказали, что вы не просто сотрудники, а родные мне люди. Уверена, вы сохраните и приумножите всё, что я создавала. А я... – она лукаво улыбнулась, – у меня теперь другая работа. Самая важная.
И она с головой окунулась в заботы о внуках, которые души в ней не чаяли. Она нянчилась с детьми Марины и Сергея, читала сказки, водила в парк и была по-настоящему счастлива. Марина, глядя на то, как Анна Александровна возится с малышами, часто думала о том, как причудливо порой складывается судьба. Из пепла обмана и предательства, из слез и отчаяния на скамейке в парке, возникла новая семья. В ней нашлось место настоящей любви, безграничному доверию и искренней благодарности. Самым же большим сокровищем этой семьи стали не деньги или положение, а сами люди — те, кто сумел пройти через тяжелые испытания и сохранить свое сердце открытым для добра.
Рекомендую к прочтению:
И еще интересная история:
Благодарю за прочтение и добрые комментарии! 💖