Валентин рухнул на колени, прямо на пол, и обнял сына, прижав к себе.
— Можно, сынок, конечно, можно. Папа рядом, он в обиду тебя не даст.
- Где-то дома.
- Нет его дома.
Агата бросилась по квартире – Вадика не было, она начал звонить ему на сотовый, тот ответил:
- Так я уже несколько дней у папы живу.
- Немедленно домой.
- Нет, я у папы жить буду, к тебе не хочу.
Агата помчалась в полицию, закатила скандал там:
— У меня украл ребенка посторонний мужчина, накажите его.
Приехала полиция, Валентин предъявил документы, что он отец Вадика, а сам мальчик сказал:
— Я сам ушел, хочу жить с папой. Я опять спортом занимаюсь, и с репетиторами, так как стал отставать в учебе, пока с мамой жил.
В возбуждении дела Агате отказали:
- Это решайте в суде, он отец, имеет право брать ребенка.
Валентин долго не решался пойти в суд, ему казалось, что подать в суд на мать своих детей — это последняя черта, за которой уже ничего не будет. Но после очередного скандала Агаты, решился, подал иск об определении места жительства Вадика с собой.
В зал заседаний Валентин зашел с дрожащими руками. Агата явилась вся украшенная и накрашенная, дабы поразить бывшего мужа.
Судья начала зачитывать исковое заявление.
— Истец обратился в суд об определении места жительства ребенка и взыскании алиментов. Исковые требования мотивированы тем, что стороны состояли в браке, который расторгнут, имеют двоих несовершеннолетних детей: дочь Соню, проживающую с матерью, и сына Вадика, живущего с отцом…
Голос судьи звучал ровно, но в словах, написанных канцелярским языком, крылась целая жизнь.
— ...С февраля 2025 года сын проживает с отцом. Ответчица воспитанием и содержанием сына не занимается, денежных средств не выделяет, хотя получает социальные выплаты на двоих детей. Поведение ответчицы, ее образ жизни указывают на непредсказуемость, что негативно сказывается на развитии детей...
Агата дернулась, хотела что-то возразить, но судья подняла руку:
— Продолжим. Истец указывает, что сын посещает секцию рукопашного боя, занимается с репетиторами по математике, русскому и английскому языкам. Истец имеет в собственности жилье, работает, создал все условия для проживания ребенка.
Валентин слушал и чувствовал себя странно, будто речь шла не о нем, а о каком-то другом человеке: правильном, ответственном, который все делает как надо.
— Истец просит определить место жительства сына с ним и взыскать с ответчицы алименты в твердой денежной сумме 15 491 рубль, что соответствует прожиточному минимуму на детей в крае.
Судья перевела взгляд на Агату.
— Ответчик, ваша позиция?
Агата встала. Валентин напрягся, ожидая скандала, криков, обвинений, но она повела себя неожиданно.
— Я признаю иск, — сказала она громко, чтобы слышали все. — В полном объеме.
В зале повисла тишина. Судья поправила очки.
— Поясните, пожалуйста.
— А что пояснять? Вадик сам хочет жить с отцом, я не буду его держать. У меня есть Соня, а мальчик пусть живет, где хочет. Я признаю все требования.
Она села, достав из сумочки зеркальце и поправляя челку, будто речь шла о погоде.
Судья переглянулась с представителем органов опеки — полной женщиной в строгом костюме, которая держала в руках заключение.
— Орган опеки подготовил заключение, — сказала представитель, поднимаясь. — Проведено обследование жилищно-бытовых условий по месту жительства отца. Дом благоустроенный, у ребенка отдельная комната, есть спальное место, письменный стол, личные вещи, школьные принадлежности. Условия для развития созданы надлежащим образом. Проведен опрос несовершеннолетнего Вадима, который выразил желание проживать с отцом. Орган опеки полагает требования истца подлежащими удовлетворению.
Судья кивнула и снова посмотрела на Агату.
— Ответчик, вы подтверждаете признание иска? Последствия, предусмотренные статьей 173 ГПК РФ, вам разъяснены и понятны?
— Да, — Агата даже не повернулась. — Подтверждаю, пусть забирает. Мальчик мне не нужен, у меня дочь есть, мне ее хватит.
Валентин сжал кулаки под столом, ему хотелось закричать:
- Одной Сони хватит? А Вадик? Он что, не твой ребенок?
Но он промолчал.
Суд принял решение:
— Исковые требования Валентина к Агате об определении места жительства ребенка и взыскании алиментов удовлетворить. Определить место проживания несовершеннолетнего Вадика, с отцом. Взыскать с Агаты в пользу Валентина алименты на содержание несовершеннолетнего сына в твердой денежной сумме 15 481 рубль ежемесячно, что соответствует величине прожиточного минимума для детей, начиная с даты подачи заявления и до совершеннолетия ребенка, с последующей индексацией.
Агата слушала, края губ чуть дернулись, но она ничего не сказала, схватила сумочку и, цокая каблуками, вышла из зала, даже не взглянув на Валентина.
Он вышел следом. На улице было солнечно, пахло весной и бензином от проезжающих машин. Валентин достал телефон.
— Мама, — сказал он, когда в трубке раздался голос Марьи Петровны. — Все, Вадик теперь с нами, суд определил так.
В трубке всхлипнули.
— Я же говорила, — прошептала Марья Петровна. — Все у нас будет хорошо.
Вадик ждал на крыльце. Увидел отца, вскочил, подбежал.
— Ну что? — спросил он, глядя снизу вверх огромными глазами.
Валентин присел на корточки, обнял сына за плечи.
— Все, сынок, ты теперь со мной.
Вадик шмыгнул носом, уткнулся отцу в плечо.
— А мама? — спросил он тихо.
— Мама будет платить алименты, — осторожно сказал Валентин. — И ты сможешь с ней видеться, если захочешь, но жить будешь у нас.
Вадик помолчал, потом поднял голову.
— Не хочу, — сказал он твердо. — Она Соню любит, а я ей не нужен.
— Мне нужен, бабуле нужен. Мы тебя любим.
Из дома вышла Марья Петровна с полотенцем в руках.
— Ну чего вы там застыли? Идите обедать.
Она погрозила кулаком куда-то в сторону, будто самой Агате, и ушла на кухню.
Валентин с сыном переглянулись и улыбнулись.
— Пошли, папа, — сказал Вадик, беря отца за руку. — А то бабушка рассердится.
Они вошли в дом, настоящий, где любят, ждут и не делят детей на нужных и ненужных.
*имена взяты произвольно, совпадение событий случайно. Юридическая часть взята из:
Решение от 10 июня 2025 г. по делу № 2-735/2025, Изобильненский районный суд (Ставропольский край)