В фильме «Опасная игра Слоун» есть сцена, которую я пересматривала раз пять точно. Главная героиня, королева лоббистов, тестирует своего нового помощника простым, казалось бы, вопросом: «На какой товар распространяется налог с продаж — на кексы или на печенье?». От его ответа зависит всё. Но вопрос совсем не про налоги. И даже не про выпечку. Сейчас вы поймёте, почему. День выдался душным. В небольшом офисе, где кондиционер скорее имитировал деятельность, чем реально охлаждал воздух, назревала буря. Джон, амбициозный консультант с голливудской улыбкой, сидел напротив своего босса — человека, который съел на налогах не одну собаку и теперь, кажется, собирался закусить самим Джоном. — Скажи-ка мне, знаток, — голос начальника звучал вкрадчиво, почти нежно. — Что у нас сегодня облагается налогом на продажу? Торты... или всё-таки печенье? Джон замялся. В голове пронеслись образы кондитерских витрин, чеков и формуляров, но четкого ответа не было. — Я... я не знаю, — выдавил он, чувствуя, как