Мало кто задумывается, что знаменитый тульский пряник начинается не с муки и меда, а со стука киянки в тихой мастерской резчика. Я зашел в гости к одному из мастеров, который уже тридцать лет «режет» историю на липовых и грушевых досках. Как выясняется, пряник — это не просто выпечка, это оттиск. И от того, насколько глубоко и правильно вырезана форма, зависит, пропечется ли тесто и сохранится ли тот самый знаменитый рельеф. Мастер показывает мне заготовки. Это не просто куски дерева.
— Пряничная доска не терпит спешки, — говорит он, проводя ладонью по гладкой поверхности. — Липа должна сохнуть пять лет в естественных условиях, не в печи. Только тогда она не треснет под давлением теста и не отдаст горечь. Самые ценные доски — из груши. Она плотная, как камень, позволяет вырезать мельчайшие детали: чешуйки у рыбы, лепестки цветов или буквы текста. Такая форма может служить десятилетиями, передаваясь в семье пекарей из поколения в поколение. Казалось бы, какая разница, в чем печь? Но пек