Глава 1. Ты устала?
Мы сидели на кухне. За окном шел дождь, барабаня по подоконнику нашей старой хрущевки. Лена пила чай и смотрела в одну точку на обоях. Раньше она всегда смотрела на меня, когда мы пили чай. Раньше она клала ноги мне на колени и просила сделать массаж.
— Лен, ты какая-то притихшая сегодня. Работа достала? — спросил я, откусывая бутерброд с сыром.
— А? Что? Да, работа, — она моргнула, будто я разбудил ее. — Устала очень. Гора отчетов.
Я кивнул. Я верил. Мы же муж и жена, пять лет вместе. Если жена говорит, что устала на работе, значит, устала на работе. Логика простая.
— Может, в субботу в кино сходим? Давно не были, — предложил я, убирая кружки в раковину.
— Давай не в эту. У меня с девочками планы. Маринка из декрета выходит, хотим посидеть, отметить, — ответила она, даже не обернувшись.
Я пожал плечами. Ладно. Девочки так девочки. Я лег на диван смотреть футбол. Помню, еще подумал: «Хорошо, что она отдыхает. А то все дом, да дом».
В ту ночь она долго не ложилась. Я слышал, как она ходит по комнате, как шелестит халатом. Часа в два ночи она пришла, легла на самый край кровати, спиной ко мне. Я хотел обнять ее, но побоялся разбудить. Или, если честно, побоялся, что она отодвинется.
Вот с этого «побоялся» все и началось. Раньше я никогда не боялся к ней прикоснуться.
Глава 2. Новый блеск
Прошло месяца два. Лена словно переродилась. Она записалась в фитнес, хотя раньше ненавидела спортзалы. Купила новое белье, дорогую косметику. Перекрасилась из русого в жгучий шатен.
— Ну как тебе? — спросила она, крутясь перед зеркалом в прихожей.
— Шикарно выглядишь, — честно ответил я. — Прямо фотомодель.
— Да ладно тебе, — она улыбнулась, но улыбка была какой-то чужой. Не моей Лены, а кого-то другого, уверенного в себе.
Я радовался за неё. Думал: «Наконец-то вышла из спячки, засияла».
Но появились заминки.
— Лен, ты где так долго вчера? Я звонил, ты не брала трубку, — спросил я как-то вечером.
— Ой, сил не было. Мы с Маринкой после фитнеса в кафешке сидели, заболтались. Телефон в сумке, на беззвучном был, — отмахнулась она, пролетая мимо меня в душ.
Потом она стала закрывать телефон. Раньше могла бросить его на столе, а теперь таскала с собой даже в туалет. Раньше рассказывала, кто ей пишет в вотсапе, а теперь экран резко разворачивала в другую сторону, если я проходил мимо.
Однажды я взял её телефон, чтобы посмотреть время (свой оставил в машине), и наткнулся на графический ключ. Раньше у неё не было пароля.
— Лен, а чего ты телефон заблокировала? — спросил я как бы невзначабо, когда она вышла из душа.
— Затем, что там личные фото, переписки с подругами. Ты же не хочешь, чтобы я твои переписки читала? — парировала она, вытирая волосы полотенцем.
— Хочу. Читай, — сказал я. — Мне скрывать нечего.
— Ну вот, а мне есть чего, — она засмеялась. — Секреты красоты, например.
Я засмеялся тоже. А в груди заскребло. Кошки, наверное.
Глава 3. Командировка
Через неделю у меня была командировка в соседний город на два дня. Я уехал в понедельник утром, должен был вернуться в среду вечером.
В понедельник вечером мы созвонились. Все нормально.
Во вторник днем я позвонил ей в обед. Трубку взяла Маринка.
— О, привет! А Ленка в душ пошла, телефон здесь оставила, — сказала подруга.
— В душ? Вы с ней что, вместе? — удивился я. Лена мне ничего не говорила про встречу с Мариной.
— Ага, я к ней в гости пришла. Посидеть, поболтать. Скучно же ей одной, — бодро отрапортовала Марина.
— Понял. Ну, передай привет, — сказал я и положил трубку.
Вроде все складно. Но внутри что-то щелкнуло. Маринка говорила слишком громко и весело. Как будто играла.
Вечером во вторник я не выдержал. Вместо того чтобы лечь спать в гостинице, я сел в машину и поехал домой. Три часа ночи, трасса пустая. В голове крутилось: «Дурак, что ты делаешь? Ревнуешь? Ополоумел? Она же твоя жена».
Я приехал к нашему дому в час ночи. Поднялся на лифте. Открыл дверь своим ключом как можно тише. В прихожей горел свет. Из спальни доносились голоса. То есть не голоса, а голос. Мужской.
Я стоял в прихожей, как вкопанный. Сердце колотилось где-то в горле. Я сделал шаг. Второй. Заглянул в спальню.
Дверь была приоткрыта. Лена сидела на кровати в моей футболке, поджав ноги. Рядом с ней, на моей подушке, сидел мужик. Лет тридцать, в очках, ухоженный. Они смотрели фильм на моем ноутбуке. Он держал её за руку.
Я толкнул дверь. Она открылась со стуком.
— Ой! — Лена вздрогнула и выдернула руку. — Ты? Ты же... должен быть...
Мужик в очках вскочил. Лицо у него было испуганное и виноватое одновременно.
— Привет, — сказал я. Голос был чужой, сиплый. — А я вот вернулся. Маринка тебе там, кстати, привет передавала. Которая в душ пошла.
Лена побледнела так, что даже губы стали белыми.
Глава 4. Диалог в прихожей
Мужик начал быстро собираться. Он натягивал джинсы, прыгая на одной ноге, и бормотал:
— Слушай, мужик, это не то, что ты думаешь. Мы просто...
— Вон, — тихо сказал я. — Пока я не начал думать кулаками.
Он вылетел пулей. Я слышал, как за ним хлопнула дверь лифта. Мы остались вдвоем. Лена стояла посреди комнаты, кусая губы. Я прошел на кухню, сел на табуретку и закурил в форточку (обычно я не курю дома).
Она пришла через минуту. Остановилась в дверях, теребя пояс халата.
— Это Коля, — сказала она тихо. — Мы вместе работаем.
— Я догадался, что не сантехник, — ответил я, глядя в окно. — Давно?
— Месяца два.
— А Маринка? Фитнес? Секреты красоты? — я повернулся к ней. — Это все было для него?
Лена молчала. Потом кивнула. Слезы потекли по щекам. Раньше я не мог видеть её слез, сразу бежал утешать. Сейчас сидел и смотрел как на чужую.
— Ты спишь с ним? — спросил я прямо.
Она опять кивнула.
— Зачем? — спросил я. — Что, меня не хватало? Денег мало? Внимания?
— Саша, — она всхлипнула, — ты хороший. Ты очень хороший. Но я... я не чувствую тебя. Понимаешь? Мы как соседи. Ты на диване, я в телефоне. А с ним... я живая.
— Живая, — повторил я как дурак. — Значит, со мной ты мертвая была все пять лет?
— Нет! Не так! — она подошла ближе. — Я люблю тебя. Правда. Это просто... увлечение. Оно уже прошло.
Я рассмеялся. Зло так, горько.
— Прошло? Мило. То есть ты мне изменяла, а теперь говоришь, что это прошло? Ты думаешь, мне от этого легче?
— Саш, я не хочу развода! — вдруг выпалила она. — Я хочу, чтобы все было как раньше.
— Как раньше уже не будет, Лена, — я встал. — Раньше я тебе верил.
Глава 5. Гнилой компромисс
Дальше был ад. Не драки, нет. Тишина.
Я ушел спать в зал на диван. Лена плакала в спальне. Утром я уехал обратно в командировку, доделывать дела. Два дня я вообще не брал трубку. А она звонила. Раз двадцать. Писала смс.
«Прости меня. Я дура».
«Я порвала с ним все».
«Саша, давай поговорим».
«Я люблю тебя».
Я приехал в пятницу. Мы сидели на той же кухне. Только чай не пили. Пили водку. Я пил, она плакала.
— Чего ты хочешь? — спросил я. — Честно.
— Я хочу семью, — сказала она, шмыгая носом. — Я хочу детей от тебя. Я сделаю все. Буду лучшей женой. Только не уходи.
— А если я не смогу? Если я буду видеть его каждый раз, когда ты будешь ко мне прикасаться?
— Ты сможешь. Ты сильный, — она накрыла мою руку своей. Ладонь у нее была теплая. Родная.
И я сломался. Согласился попробовать.
Мы даже занялись сексом в ту ночь. Пьяные, злые, отчаянные. А утром я проснулся и понял: я ее ненавижу. За то, что она сделала со мной. За то, что заставила меня чувствовать себя ничтожеством. За то, что я согласился это терпеть.
Месяц мы жили в аду. Я контролировал каждый её шаг. Проверял телефон (пароля больше не было). Звонил по десять раз на дню. Она терпела. Улыбалась. Готовила ужины. Но между нами стояла стеклянная стена. Я смотрел на неё и видел её и того мужика в очках на моей подушке.
Глава 6. Свобода
Все кончилось неожиданно. Я пришел с работы, а она сидела на кухне с сумкой.
— Саш, я ухожу, — сказала она спокойно. Без слез.
— К нему? — спросил я, кидая ключи на тумбочку.
— Нет. К нему я не вернулась. Я сняла квартиру. Маленькую. Пока одна.
— Почему? — я действительно не понимал. — Ты же хотела семью?
— Я хотела, — она встала. — Но ты меня убиваешь. Каждым взглядом. Каждым молчанием. Я виновата. Да. Я плохая. Но я не могу жить в клетке, в которой ты меня держишь. И ты не можешь жить со мной. Ты меня больше не любишь. Ты любишь ту Лену, которая была до. А я теперь другая. И ты другой.
Она говорила правду. Горькую, но правду.
— Куда ты пойдешь? — спросил я тупо.
— Это неважно, — она подошла и поцеловала меня в щеку. — Прощай.
Дверь закрылась. Я остался один. Посидел на кухне. Потом прошел в спальню. Подушка была на месте. Чистая. Без него. Без неё.
Я лег и впервые за долгое время заснул спокойно. Без тяжести в груди. Без желания ударить стену.
Прошел год. Я живу один. Иногда вижу её в городе. Киваем друг другу. Она, говорят, так и не вышла замуж. А я не женился.
Я простил её. Себя — не до конца. Но знаете, что я понял? Предательство — это не момент, когда она легла в постель с другим. Предательство — это тот вечер на кухне, за два месяца до этого, когда она перестала на меня смотреть. А я не спросил: «Что случилось?».
Мы оба промолчали. Она промолчала, когда ей стало плохо со мной. Я промолчал, когда почувствовал, что теряю её. Вот такая история. Обычная, как тысяча других. Но моя.