Принято считать, что жизнь русской женщины в прошлые века была закована в кандалы строгой морали. Скромная крестьянка в платочке, опускающая глаза при виде мужчины, — этот образ прочно засел в учебниках и фильмах. Однако реальная жизнь в деревнях царской России подчинялась не столько церковным догмам, сколько суровому здравому смыслу. Существовали ситуации, когда супружеская неверность не просто прощалась, а считалась делом житейским и даже необходимым.
Крестьянская община жила по своим неписаным законам. И в этом кодексе понятие «блуда» трактовалось очень гибко. Вот три сценария, когда общество закрывало глаза на женские похождения.
1. Трагедия «соломенных вдов»
Самой привилегированной кастой в вопросах морали были солдатки. В XVIII–XIX веках рекрутчина была приговором: мужчин забирали на службу сроком на 25 лет. Молодой парень уходил из дома, а вернуться мог (если выживал в войнах) глубоким стариком.
Ждать мужа четверть века, храня целомудренную верность, считалось не подвигом, а глупостью. Женщина оставалась одна в расцвете сил, хозяйство требовало мужских рук, а природа брала свое.
Община относилась к таким связям с пониманием. Срабатывал принцип «нужда заставит». Если солдатка заводила отношения на стороне, ее не клеймили позором. Более того, незаконнорожденные дети часто принимались в семью без лишних вопросов — рабочие руки в деревне всегда в цене.
В эту же категорию «простительного блуда» попадали случаи мужского бессилия. Если супруг по болезни или возрасту не мог исполнять супружеский долг, тайные встречи жены с другим мужчиной не считались тяжким грехом. Главное — соблюдать внешние приличия.
2. Барская прихоть как закон
Вторая ситуация касалась отношений крепостных с помещиками. Здесь понятие «измена» вообще неприменимо, так как отсутствовал элемент свободы воли. Крепостное право фактически превращало дворовых девок в собственность барина.
Существовала практика, когда перед приездом хозяина в усадьбу управляющий составлял списки самых миловидных крестьянок. Отказ был невозможен и грозил суровым наказанием не только девушке, но и всей ее семье.
Если помещик жил в имении постоянно, такие связи могли стать системными. При этом отношение деревни к наложницам барина было двояким, но чаще сочувственным. Женщину видели не блудницей, а жертвой обстоятельств. Впрочем, иногда такие связи использовались и прагматично: через барскую спальню можно было выхлопотать подарки, облегчение оброка или защиту для родни. Ответственность за грех в глазах народа целиком ложилась на душу «хозяина».
3. Эхо языческой свободы
Дохристианские традиции на Руси искоренялись веками, но в народной памяти сидели крепко. Долгое время интимная жизнь молодежи регулировалась древними обрядами, а не церковным уставом.
Знаменитая ночь на Ивана Купалу была временем, когда социальные нормы отменялись. Прыжки через костер и поиски цветущего папоротника часто заканчивались в лесной чаще, где пары предавались свободной любви. Смена нескольких партнеров за ночь в этот праздник не считалась позором — это был ритуал плодородия, необходимый для выживания всего рода.
Банный вопрос
Отдельного упоминания заслуживает культура русской бани. Вплоть до 1743 года, когда вышел указ о строительстве раздельных мылен, мужчины и женщины парились вместе.
Иностранных путешественников этот обычай вгонял в краску. Француз Шарль Массон или венесуэлец Франсиско де Миранда в своих записках утверждали, что совместное мытье неизбежно перерастало в оргии. Однако этнографы относятся к таким свидетельствам скептически.
Для русского крестьянина баня была местом сакральным и бытовым, а нагота в парилке воспринималась естественно, без сексуального подтекста. Хотя, безусловно, в полумраке жарко натопленной бани случалось всякое, но это уже оставалось тайной за закрытыми дверями.
История доказывает: мораль — понятие гибкое. То, что в одной ситуации считалось падением, в другой становилось способом выжить.
А как вы считаете, справедливо ли общество оправдывало «солдаток»? Пишите в комментариях!
Подписывайтесь на канал и ставьте статье лайк, если было интересно.
Читайте также: