Глава ✓375
Начало
Продолжение
Поспишь тут, когда на бюваре письма лежат с вечера нераспечатанные, над головой младенцы хнычут, в детской что-то упало и покатилось и звонкий дочкин голосок песенку выводит про мышей и котика с котятками, которые живут выше.
"Тише, мыши, кот на крыше,
А котята - ещё выше!
Всё увидят, так и знай,
Так что, мышки, не зевай!
Тише, мыши, не шумите,
И кота не разбудите,
А то встанет этот кот,
И всех мышек - ам! - и в рот!
Тише, мыши,
Кот на крыше.
Он пошёл за молоком,
А котята - кувырком.
Кот пришёл без молока,
А котята: ха-ха-ха."
И на звонкий её хохот отзывается смех старшего сына. Ранее утро, можно ещё повеселиться, а потом снова арифметика, прописи, чтение на русском и английском, писать папеньке письма на немецком, музыка, рисование и даже гимнастика с танцами.
- Сударыня, как я вижу ваш старший сын совершенно вырос, вы не находите, что ему пришла пора учиться? В Царскосельском лицее следующий набор состоится только в двадцать третьем году. Сколько исполнится Георгию Михайловичу?
- Сейчас Джорджу семь, в октябре двадцать третьего ровно девять сравняется, Николай Фёдорович. Мал ещё будет для поступления.
- Мал, но упускать времени нельзя. Занимается ли он науками?...
Мэри вспоминала вчерашний разговор, пока пила утренний чай и занималась туалетом: ах, как облегчают жизнь ночные чепцы - волосы, заплетённые в рыхлую косу, под ним совсем не спутались, их и самой переплести и короной вокруг головы уложить нетрудно. И всё же из головы не идёт вчерашний вечерний визит гостя.
Что бы ни сподвигло его к визиту - скорее всего обычный осенний сплин, а поощрять такие визиты чревато. Это сейчас рядом с ней компаньонка Ульяна Дмитриевна, совсем скоро она покинет её дом - акушерок опытных мало, а она уже выздоравливает.
Отбросив мысли о проблемах доктора Арендта, она углубилась в чтение. Письма от мисткра Бингли передали вчера с кораблём попутным, ибо нечего господам из перлюстрационного ведомства читать всё подряд. Мистер Бингли был рад оказать гостеприимство русской аристократке с сопровождающими, делился изумлением своим перед её скромностью, кротостью и манерами.
"Будучи тесно знакомым с леди Кэтрин, я ожидал от урождённой княжны (герцогини), супруги вдовы фельдмаршала и матери двух генералов известного и вполне объяснимого высокомерия и холодности в отношении нетитулованных дворян. Внутренне я был готов и, признаюсь, испытывал в отношении Вас известное раздражение: не всякому мелкопоместному дворянину понравится принимать у себя в доме иностранную аристократку, пусть даже это принесёт славу моему дому.
Но госпожа графиня оказалась особой чрезвычайно обаятельной и кроткой, она в забавных выражениях поблагодарила нас с Джейн за возможность путешествовать с комфортом на "Аллюре": - " Мы взяли ваш " Аллюр" на абордаж и аллюром пронеслись по водам Северного моря. И хотелось бы продолжать ска́чки на нём по волнам до Неаполитанского залива. Вы принимаете в оплату моих захватнических действий русское золото или русское зерно?"
Признаться, я опешил и попросил время на раздумье, но умница Джейн спасла ситуацию, со смехом ответив ей, что путешествие на нашем корабле столь высопоставленной иностранной особы и её присутвие в нашем лондонском доме делает нас знаменитыми на всю столицу.
Позже, когда в разговоре выяснилось, что графиня Каменская желает увидеть развалины Помпей засыпанных пеплом Везувия, Джейн выразила желание составить ей компанию в этом чудесном путешествии. А где Джейн там и миссис Дарси. Прекрасный десант покинет лондонский порт в первых числах декабря, а пока наш дом осаждают представители высшего света Великобритании в стремлении выказать своё почтение нашей русской гостье.
Кто бы сомневался, что первой свою визитку прислала леди Кэтрин..."
Клубятся за окном низкие свинцовые тучи, редкие лучи сияющими лезвиями шпаг прорезают воздух, утренний туман закрывает петербургские проспекты, чуть потрескивает сальная свеча на столе, тянется от огненного язычка вверх тонкая струйка копоти, грохочет за окнами Невский проспект сотнями подков, десятками карет, экипажей и пролёток. Совсем как дома, в Англии...
Наверху, в детской, занимаются старшие: Джордж читает, Лизонька рисует карандашами или с глиной возится, но детям малым всё едино: заря полночная или утренняя зорька.
Кушать им хочется часто, а когда младенцу хочется кушать, об этом знают все. В доме Лариных младенцев сразу двое, так что крик звучит временами сразу на два голоса. Сто́ит одному начать, так второй подхватывает и такие рулады выводят дуэтом - заслушаешься.
- Анисья, одеваться! Со мной пойдёшь*, Генриетте передай, что я в магазине, к полудню вернусь. Дела не ждут...
Продолжение следует ...
Телефон для переводов и звонков 89198678529 Сбер, карта 2202 2084 7346 4767 Сбер
* Негоже дворянке ходить по улицам в одиночестве.