Она перестает опаздывать, потому что никто не замеряет время ее сборов с секундомером в руках. Она вообще все реже и реже выходит куда-то из дому, потому что ей все чаще и чаще просто некуда становится идти…
Она может есть конфеты и сколько хочет. Но эти конфеты себе она покупает сама…
И вообще делает абсолютно все что хочет.
Когда женщина живет одна, она может себе позволить многое…
Но нужна ли ей такая свобода?
Тяжело на душе, на сердце… Как бы я ни пыталась забыть, ненавидеть, вычеркнуть из памяти его, я не могу! Мне кошмарно одиноко, так еще никогда не было. Я хочу любить, черт возьми, будь проклята эта любовь, и я хочу чтобы любили меня… Мне больно, и каждой ночью сердце сжимается с болью, с сильнейшей печалью… я скучаю… тоскую… плачу…
* * *
…Врач женской консультации смотрела на меня внимательно, с подчеркнутым выражением неодобрения. У нее было абсолютно мужское лицо: резкий, выступающий вперед подбородок, густые косматые брови. В общем, это была не очень красивая женщина, но все-таки из доброй сказки: несмотря на отталкивающий внешний вид, душевностью от этой женщины веяло за версту.
– Анализы у тебя хорошие, мамаша, и положение плода нормальное, – прогудела она низким басом. – Но вот выглядишь ты как-то не очень. Бледная, под глазами и круги, и все такое. Что смотришь? Случилось что?
– Нет, что вы! Это я так. Настроение не очень и вообще… Тошнит. Токсикоз все-таки.
– Токсикоз в медицинском смысле у тебя уже закончился, дочка. И сейчас ты не токсикоз переживаешь, а депрессию.
– Нет, я ничего…
– Вот именно – ничего. В смысле – ничего хорошего. Ты, девочка, жалеешь себя много. А надо не жалеть себя, а собой заниматься! Распустила сопли а время рожать наступит – вообще голову потеряешь! Так, все. – Она отвернулась от меня и склонилась над столом, перегибая чистую страницу моей медицинской карточки. – Закончили разговоры. Записываю тебя на лечебную гимнастику для беременных. Будешь ходить два раза в неделю в «Дельфин», это спортивный центр, в твоем же районе, между прочим. И чтобы не пропускать! Крови к щекам нагонишь – дальше все само пойдет.
– А мне можно? На гимнастику? Все-таки шестой месяц пошел, – спросила я не очень решительно.
– Мамаша! Русским языком тебе говорю: гимнастика для беременных! Туда мужчинам нельзя, а нам всем можно!
Огромная рука врача вручила мне бело-голубой прямоугольник – направление на занятия лечебной физкультурой в спортивном комплексе «Дельфин». На самом деле это был не пропуск, а лотерейный билет в новую жизнь, но разве я в то время могла об этом догадаться?
* * *
– Раз-два, раз-два, не торопимся, не перенапрягаемся, но и не сачкуем! – Тоненькая девушка в цветастых лосинах и свободной майке с фирменной надписью «Дельфин», размахивая руками и грациозно перебирая ножками, дирижировала занятиями. Двенадцать женщин на разных сроках беременности с разной же степенью желания синхронно поднимали вверх руки-ноги, выдыхали через нос и старательно наклонялись.
– Не лениться, не лениться! Шире шаг! Глубже выдох! И не забываем улыбаться!
Мы делали шире, глубже и улыбались. Все сорок пять минут.
– Все! – выдохнула наша жизнерадостная гимнастка. – Спасибо всем! Увидимся в среду, в это же время!
– Уф! Умаялась. – Соседка по занятиям наклонила ко мне пышущее жаром лицо. – Вы, я смотрю, тоже здесь в первый раз?
– Да.
– Немножко тяжеловато для таких, как мы, но ведь и полезно, верно? У меня даже в горле пересохло. Тут на первом этаже кафешка есть такая, довольно-таки уютненькая… Может быть, спустимся? По чашке кофе и по пирожному? Вы как?
– Пожалуй.
Девушка, пригласившая меня в кафе, тряхнула светлыми кудряшками и направилась к раздевалке. По случайному совпадению наши шкафчики оказались рядом. Ополоснувшись в душе, мы быстро переодевались, слушая, как вокруг тарахтят товарки. Разговоры у них были про одно и то же:
– А у моего парня была совершенно ненормальная привычка! Он когда нервничает, начинает щипать руки. Один раз мы ругались с ним, а он руки щипает. Ужас.
– Да что руки! Вот у моего такая странность: перед тем как выбросить в мусор любой пакет, он обязательно надует его и хлопнет. Хоть бумажный пакет, хоть какой, любых размеров, не имеет значения. Однажды надул целый мешок и никак не мог его хлопнуть, весь извелся, потом все-таки как-то умудрился одной рукой его держать у пола, а сам прыгнул на него. Далеко не с первого раза, конечно. Просто так выбросить, видимо, не может! Как это раздражает, девочки, вы не представляете!
– А мой прыгает на месте. Страшно раздражает прям этим.
– Мой еще периодически любит танцевать.
– А мой ужасно любит громко чихать! Нет, он закрывается, конечно, но слышно -мама дорогая. Сколько раз ему замечания делала, а ему нравится, блин. Еще он сидит в уборной по сорок минут. Берет с собой ноутбук и его не дозовешься.
– А мой любит смотреть в микроволновку, особенно когда там гриль готовится и еда крутится. Это прикол! Берет табуретку, садится и, не отрываясь, смотрит в окошко микроволновки, типа там фильм какой показывают!
– А мой…
– Нет, в послушайте про моего-то!..
– Нет, я вот вам про своего что скажу!..
Они говорили это «Мой», «Мой-то», «Про своего расскажу вам – ухохочетесь!» – и не понимали простой вещи: как же они счастливы на самом деле, как это здорово и легко – иметь возможность с полным сознанием своего на это права назвать мужчину «своим». Пусть мужчины бросают на пол грязные носки, пусть некрасиво едят за столом и что-то еще. Все это совсем не важно.
Тем временем мы переоделись. И направились на первый этаж, непринужденно болтая по дороге о разных пустяках. Света, так звали мою новую подругу, принадлежала к тому типу солнечных людей, которые завоевывают симпатии при первых же минутах знакомства. Она доверительно заглядывала мне в лицо чистыми, как ручей, глазами, то и дело встряхивала завитками волос и щебетала, не останавливаясь ни на секунду:
– Ты эклеры любишь? Ой, я обожаю! – Тоненькие пальчики подталкивали к ротику усыпанную марципаном трубочку и совсем по-детски вытирали пухлые губы. – Представляешь, за один присест могу шесть штук съесть, и еще буду просить! Андрюшка, муж, только хохочет. И таскает их мне целыми коробками. Как ребенку. Балует меня ужасно, неудобно перед ним даже… Говорит, что я должна ему девочку родить и чтобы такая же, как и я, ну на меня то есть похожую… – Она обхватывала обеими ручками кофейную чашку и шумно, тоже по-детски, прихлебывала свой кофе. – А вы кого ждете? Мальчика или девочку?
Рассказ " Мой ребенок" 7 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈