Воля и боль: не противостояние, а диалог

…Карл Ясперс всю жизнь страдал болями в спине. Эта боль не занимала его полностью, но была постоянной трудностью. Он хотел писать книги, преподавать в Базельском университете. И потому, даже при хронической боли, возникает вопрос воли. Укрепление воли может позволить человеку делать что-то несмотря на боль. Но если боль начинает доминировать, естественная реакция направлена прежде всего на её снижение. И тогда может ослабевать само стремление — двигаться к цели…

Так рассказывает Альфрид Лэнгле о Карле Ясперсе.

Когда я впервые услышала этот пример, во мне возникло не восхищение силой Ясперса, а тихое уважение. Признание той трудности, через которую он проходил, и достоинства человека, продолжающего оставаться в диалоге с жизнью.

Представить человека, живущего с постоянной болью — и при этом продолжающего думать, писать, преподавать. Не как героя. А как человека, которому трудно.

То же я чувствую по отношению к клиентам с хронической болью.
Не как к «слабым».
И не как к «героям».
А как к людям, переживающим трудность и при этом остающимся в жизни.

И первое, что возникает в контакте, — понимание.
Не требование.
Не призыв к усилию.
А признание реальности их состояния.

В логотерапии Виктора Франкла звучит вдохновляющая линия свободы — «несмотря на».
Но Альфрид Лэнгле уточняет: свобода возможна там, где есть опора.

Если нервная система истощена, если тело постоянно в напряжении, если боль занимает все поле сознания — говорить о волевом выборе преждевременно.

Зрелость позиции проявляется в том, чтобы не противопоставлять волю и снижение напряжения.

Крайности знакомы многим:

- «Соберись и иди к цели» — и человек зажимается ещё больше.
- «Сначала полностью избавься от боли» — и жизнь откладывается.

Возможен третий путь: поддерживать волю через восстановление опоры. Снижать доминирование боли — чтобы вновь появился горизонт.

С точки зрения современной нейробиологии это звучит вполне реалистично: хронический стресс действительно снижает вариативность реагирования, сужает доступ к более сложным формам мотивации. Когда активируется парасимпатическая регуляция, т.е. система, отвечающая за расслабление и восстановление после стресса, появляется больше гибкости. А вместе с ней и больше свободы.

Мне кажется зрелым именно такой взгляд.

Не отрицать волю — не говорить человеку: «Ты просто перегружен, расслабься, и всё пройдёт».
И одновременно не абсолютизировать её — не требовать: «Соберись и преодолей».

А признать:

- боль может ограничивать,

- напряжение — это форма адаптации,

- воля не исчезает,

- но её сила зависит от состояния внутренней опоры.

В таком подходе нет обещания «снять боль и всё изменить».
И нет романтизации страдания.

Есть уважение к тому, что напряжение когда-то помогло выжить.
И мягкое приглашение проверить: нужно ли оно в прежней степени сейчас?

Тогда работа с телесным напряжением становится не просто техникой расслабления. Она становится созданием внутреннего пространства. Пространства, в котором боль может оставаться трудностью — но перестаёт быть центром существования.

Возможно, такое направление будет устойчивым.
Оно не героическое.
Оно человеческое.

Именно такой подход мы стараемся реализовывать на практике — через мягкие телесные упражнения, внимание к дыханию и ощущениям, исследованию внутренней опоры как способу поддержать волю и расширить пространство выбора.

Это не лечение и не обещание избавления от боли.

Это возможность почувствовать, как немного больше свободы может появиться — уже здесь и сейчас.

Автор: Пахнюк Марина Ивановна
Психолог, Экзистенциальный аналитик

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru