Даже сейчас, по прошествии стольких лет, я не перестаю удивляться тому путешествию, которое мы совершили тогда с Дедом на пару осенью девяносто первого года. Это был период, когда старая эпоха уходила, но еще не ушла, а новая наступала, но еще не наступила. На глазах менялись порядки, но, самое интересное, менялись люди и их отношение к окружающему миру. И изменения эти будут значительными. Просто не сразу это стало понятно. Тогда многие еще жили радужными надеждами. И это будет ощущаться на всем протяжении пути. Где-то это проявится так, а где-то и эдак.
Итак, на волне энтузиазма новых порядков и первых шальных денег, а я тогда помогал разбогатевшему брату, решено было съездить на «Волге», которую я получил в качестве презента за труды, в Венгрию. Почему туда? Я уже начал изучать венгерский язык и немного знал о стране, да и недалеко казалось тогда она. Восточная Европа все-таки. Ехать решили вдвоем – я да отец, которого мы с братом звали Дедом или Старым.
«Волга» была почти новая, прошла всего семнадцать тысяч километров – пустяк для такой машины. Перед отъездом я привел ее в полный порядок, как мне показалось тогда, в большом таксопарке. Старательный слесарь поменял масло, подтянул и смазал где надо. Во время работы ко мне подошли два хмурых кавказца.
– Продай машину! – произнес тот, кто повыше.
– Не продается! – ответил я, удивляясь тому, что машину они ищут здесь, а не в салоне.
– Покупатели! – скривился слесарь, когда они отошли не солоно хлебавши.
– Что, мошенники?
– Еще какие! – подтвердил он охотно.
Да, проходимцы всех мастей вылезали тогда из щелей, изображая добропорядочных граждан. И многим удалось обогатиться. Ну да ладно.
После ремонта довольно скоро был назначен день отъезда. С моей стороны сборы оказались короткими. Машину и две запасных канистры заправил, бутылку коньяка и пакет апельсинового сока приготовил. А еще у нас была литровая банка настоящей черной икры, браконьерской с прожилками, отданная Деду щедрой рукой брата. Ну очень вкусная! Казалось, что можно отправляться. Боязно немного, ну да бог не выдаст, свинья не съест.
Но тут произошла первая заминка, из-за чего наш отъезд отложился на полдня. Дед никак не мог найти нужное приглашение, уже несколько лет пылящееся где-то в шкафах. С утра он начал перебирать папки, стопки перекладывались с места на место, а нужная бумага все не находилась.
– Ну, скоро ты! – торопил я Деда, переживая, что драгоценное дневное время уходит безвозвратно. Путь неблизкий!
– Сейчас-сейчас! – отмахивался отец. – Где-то здесь лежит.
– Да поехали без нее! – наседал я на Деда. – Черт с ним, с приглашением! И так пропустят. – Нет, надо найти! – трезво отвечал Дед. – Как же без приглашения!
Время уже шло к обеду. Мой энтузиазм улетучивался на глазах. Как бы не пришлось переносить отъезд на следующий день.
– Вот, нашлось! – наконец радостно воскликнул отец.
На вид приглашение выглядело солидно. Красочное, с печатями на их языке. Старое только. Но это не сильно смущало Деда, а меня так совсем не смущало. Я уже имел опыт открывания многих закрытых дверей. Пора! Наскоро побросав вещи в машину, мы тронулись в путь. Довольно споро выкатились из Москвы.
Дорога! А главное, предвкушение дальней дороги! Что ждет нас впереди? Неизвестно. Пока же мы ехали по знакомым местам и за окном видели привычную картину. Позади осталась и Москва, и привычные заботы. Поскольку на радостях тронулись мы в путь без обеда, то через пару часов езды прилично проголодались.
– Остановимся перекусим? – предложил я Деду.
– Давай! – согласился он.
Перекусить решили по-походному теми продуктами, что прихватили в дорогу. Выбрав подходящую поляну, я направил машину туда. «Волга» остановились посреди большой песчаной поляны. День был уже в полном разгаре, светило солнце, дул легкий ветерок. Красота!
Литровая банка с черной икрой благодаря стараниям Деда, который неизвестно зачем двигал перед отъездом в багажнике канистры с бензином туда-сюда, оказалась разбита, но осколки стекла не рассыпались, а прилипли к жирным икринкам. Охая и ахая, отец принялся очищать икру от налипшего стекла и перекладывать ее в другую банку. Я равнодушно наблюдал за этой картиной, прикладываясь к бутылке коньяка и запивая соком. Дед, конечно, во всем винил меня.
– Не мог положить нормально, чтобы не разбилась!
– Подумаешь, черная икра! – отвечал я ему небрежно. – Не переживай, наедимся еще!
Как же я тогда ошибался! Икру снова мне доведется попробовать только через несколько лет. В той же Венгрии, кстати. Я купил ее в маленьких банках на рынке. Но она оказалась какая-то малосольная и совершенно безвкусная. Не то. Не впечатлило.
Ну а там, на поляне, после коньяка, той черной икрой мы закусили осторожно, пережёвывая ее и опасаясь услышать хруст стекла на зубах. Но – обошлось. Не услышали. Старый тщательно очистил икру. Он вообще слыл весьма старательным человеком.
Пока закусывали да отдыхали, день перевалил на вторую половину. Пора в путь. Дед перебрался на заднее сиденье и задремал с чистой совестью, а я крутил баранку, поглядывая то вокруг, то на пустую дорогу. «Волга» покатилась через лес. Углубившись, я увидел стоявшую на обочине молодую стройную женщину в легком платье. Невольно сбросив скорость, я недовольно покосился на мирно дремавшего Деда. Вот бы ее взять в попутчики вместо него. Хотя бы до границы! Но нет, не получится! Не высаживать же Старого. Прибавив скорость, продолжил путь.
Распогодилось. Яркие лучи солнца пробивались сквозь начавшую уже желтеть листву. Интересно, как сложится дальнейший путь? Пока катимся без забот.
Дорога, дорога! Я уже залил в бак одну из двух взятых с собой канистр бензина, а заправок мы на дороге не видели. Это сейчас заправки стоят на каждом километре, а тогда, в начале девяностых, они были редкостью. Я стал чаще поглядывать на стрелку указателя топлива. Беспокойство нарастало, но тревоги пока не было. Да и виды по дороге привлекали внимание. Бросилось в глаза то, что за четыреста километров от Москвы картина вокруг показалась совершенно другой. Машин на трассе стало значительно меньше, деревни стали казаться другими, темп жизни вокруг явно замедлился, и даже одинокие пешеходы стали редкостью.
Вскоре произошел случай, напомнивший мне о том, что дорога полна неожиданностей и расслабляться раньше времени не стоит. Вечерело. Мы уже катились довольно долго и вновь проголодались. На этот раз решено было перекусить в придорожном кафе. Вскоре такое кафе показалось на дороге и, повернув к нему, я поставил машину перед самым входом.
– Переставь машину туда, – предложил отец, показывая на маленькую площадку неподалеку.
– А и так сойдет! – отмахнулся я от него. – Все равно уезжать скоро!
На «жигуленок», который завернул за нами на ту самую площадку, я сразу обратил внимание. Уж больно компания внутри выглядела сомнительно. Из машины вышли четверо мужчин и одна женщина. Один из мужчин, явно главарь компании, выделялся массивной фигурой и чем-то напоминал уголовника. У остальных вид был не лучше. Мы зашли в кафе. Компания ввалилась за нами следом. Они расположились неподалеку и заказали водки. Закончив трапезу, я вышел раньше, а потому не знаю, что произошло внутри без меня. Может быть, мужчины задели отца, может быть, обменялись нелицеприятными словами, а может быть, просто куражились. Не знаю. Я прогуливался во дворе и дышал свежим воздухом. Нагулявшись сел за руль. Вскоре вышла и подвыпившая компания. Следом появился Дед.
Один из мужчин отделился от остальных и поигрывая висящей на шнурке у него на шее большой блестящей монетой стал приближаться к Деду, посматривая в сторону своих товарищей, толпившихся у «жигуленка». А те, стоя у машины, посмеиваясь, смотрели на него. В глаза бросилось то, что край его монеты был заточен как бритва. А Дед спокойно прогуливался по площадке, на видя опасности, которая над ним нависла.
Уяснив тревожность ситуации, я поднялся из-за руля, быстро обогнул машину и плюхнулся на пассажирское сиденье рядом. Тут же достал из бардачка охотничий нож и выставив ногу наружу принялся нарочито показательно поигрывать блестевшим на солнце лезвием. Мужчина с монетой бросил взгляд в мою сторону и понял все правильно. Он быстро спрятал свою монету и ретировался восвояси.
Почти сразу подъехала милицейская машина. Надо полагать, что хозяин заведения вызвал подкрепление, понимая, что назревает ненужная ему стычка. Оперативно убрал нож и я. Вышедший из машины сержант сразу направился ко мне.
– Предъявите документы! – потребовал он решительно.
– Пожалуйста! – пришлось подчиниться.
Злодеи тем временем споро уселись в свою машину и отвалили восвояси.
– Убери машину от входа! – потребовал милиционер, возвращая документы.
– Это можно, – не стал я возражать.
На этом инцидент закончился. Уехала милиция, а следом тронулись и мы. А Дед так и не заметил опасности. Ну и ладненько. Главное, что я среагировал правильно.
Снова дорога! Все бы ничего, но очередная неприятность уже нависла над нами. В бак была залита и вторая канистра бензина, а заправки по дороге все не попадались. Да, туго было с ними тогда. Вернее, изредка встречались заправки, но легче от этого не становилось. Они не работали. И машины на дороге встречались все реже.
Неожиданно мы увидели застывшие на обочине «Жигули», на крыше авто стояла стеклянная бутыль литров на тридцать, из который по шлангу тек в бак бензин. Двое молодых мужчин переминались с ноги на ногу рядом, а в машине сидел старик, похожий на кавказца. Я сбавил скорость и остановился около них.
– Продайте бензин! – обратился я к молодым мужчинам.
– Спрашивай у него, он хозяин! – кивнули они на старика.
Но тот категорически отказался продать даже немного бензина и, не солоно хлебавши, мы продолжили путь.
– Скоро встанем, бензин кончается! – объявил я отцу.
Мы оказались не готовы к такому повороту событий. Те редкие заправки вдоль дороги, что мы проезжали, огорошивали одними и теми же вывесками – бензина нет!
– Ну хоть каплю залейте! – обращался я к работницам у одинокой бензоколонки.
– Нет, у нас строгий лимит – только для машин, что работают на уборке. С нас спрашивают строго! – отвечали они.
Кстати, о девяносто втором бензине не было и речи. Имелись лишь небольшие остатки восьмидесятого. С возрастающей тревогой я посматривал на стрелку указателя топлива. Она неуклонно приближалась к нулю. Я уже не сомневался, что мы вот-вот остановимся на пустой дороге. Как вдруг показалась заправка, где отпускали бензин. Восьмидесятый, конечно, но привередничать не приходилось.
– До Киева доедете и на восьмидесятом, а там найдете коммерческие заправки. Без бензина не останетесь, дорогой он правда! – обнадежила миловидная женщина за окошком у кассы.
Слава тебе, Господи! Заправимся. А что бензин дорогой, так это пережить можно. Дорогой бензин! Глядя на нынешние цены, остается только умиляться скромному началу коммерческой деятельности новоявленных предпринимателей.
Итак, изредка сверяясь с картой, мы катились навстречу дальнейшим приключениям. По слухам, уже должна была быть полноценная граница с Украиной со шлагбаумом и пограничниками, но ее мы так и не увидели. Надо понимать, что не все дороги оказались тогда под контролем.
Вечерело. Старый вновь перебрался на заднее сиденье и мирно дремал. А я все крутил баранку. Интересно, скоро ли Киев?
Стало совсем темно. Большая стайка девушек голосовала на дороге, и я остановился. Девушки облепили машину.
– Далеко до Киева? – обратился я к ним.
– Нет, недалеко, возьмите нас с собой! – вразнобой выкрикивали они, но, увидев дремавшего Деда, отошли от машины. Мы продолжили путь.
А вот и пригороды Киева. Наконец-то стали встречаться работающие заправки. К редким еще государственным заправкам тянулись километровые очереди, коммерческие стояли пустые, но цены там кусались. Наскоро расспросив у прохожих дорогу, мы направились в центр города к лучшей гостинице и, отложив заправку и осмотр достопримечательностей до утра, усталые завалились спать.
Киев! Он произвел впечатление величием и красотой. Огромный собор Святой Софии возвышался неподалеку от нашей гостиницы. Широкий проспект подолом поднимался вверх и терялся где-то вдали, празднично одетые люди чинно гуляли по тротуарам. Я прошелся немного, а Старый остался в номере отъедаться икрой и отлеживаться после нелегкой дороги.
Но долго гулять не получилось. Время! До Будапешта еще катиться и катиться. С сожалением пришлось вернуться к гостинице.
Широкая лестница вела на второй этаж, где мы расположились. На небольшой площадке за столом сидел крупный дядька средних лет в милицейской форме, в фуражке и с погонами капитана. Он хмуро слушал стоящую рядом девушку в короткой юбке, которая, плача, рассказывала ему что-то вполголоса. Поравнявшись, я разобрал речь.
– А я ему говорю: давай деньги за всю ночь, за всю ночь плати! – всхлипывая, повторяла она.
– Ну, понятно, а он что? – так же тихо поторапливал ее капитан.
– А он говорит – за всю ночь я платить не буду!
– Ну, а дальше?
Я немного замедлил шаги. Уж очень хотелось услышать, чем закончилась эта увлекательная история. Но при моем приближении они замолчали. Пришлось подниматься выше. Не стоять же рядом, разинув рот. Да и поторопил бы капитан милиции – проходите, гражданин, не задерживайтесь! Нечего тут слушать! Да и пора, Дед уже, поди, заждался! Теперь нам предстоял бросок до Львова.
Почему-то этот участок пути ничем примечательным не запомнился. Мы катились к цели, изредка уточняя дорогу у дальнобойщиков, по большей части поляков. Покрытие под колесами стало другим. Нашу машину затрясло основательно, но это не мешало движению. Я выжимал из «Волги» максимальную скорость, да так, что на перекрестке едва успел проскочить перед мчавшимся автобусом. За нами с мигалкой бросилась милицейская машина. Остановились.
– Будьте внимательней! Берегите себя, а то чуть аварию не устроили! – по-доброму отчитали меня милиционеры, и с тем отпустили.
С бензином проблем больше не возникало. Коммерческие заправки работали исправно, а вот государственные попадались все реже.
Во Львов мы вкатились поздно вечером и, не раздумывая, направились в центр города. Лучшая гостиница оказалась старым купеческим домом с толстыми стенами и маленькими окнами.
– Нам, пожалуйста, дайте самый лучший номер, – обратился я к администратору.
Купеческий дом, как я заметил, при входе был огражден высоким решетчатым забором.
– Машину с московскими номерами на улице оставить или лучше за изгородь загнать? – поинтересовался я устало.
– Лучше загоните!
После коротких формальностей мы с Дедом поднялись на второй этаж.
Наш люксовый номер состоял из нескольких комнат и не заселялся, похоже, со времен царя Гороха. Из каждого угла веяло затхлостью. Кран в ванной не включали уже несколько месяцев. Ну да ладно. На одну ночь номер вполне сойдет! Переночевав и позавтракав, мы направились к последнему крупному городу, Ужгороду, который лежал на самой границе с Венгрией.
Вот тут-то нас и поджидал неприятный сюрприз. После Львова с катившейся до этого безупречно машиной начались проблемы. Двигатель стал нежданно-негаданно глохнуть. Не сразу, а постепенно слышалось неприятное чих-чих-чих и прокатившись по инерции еще какое-то время, «Волга» останавливалась. Причина была непонятна. Сложилось впечатление, что бензин поступал с перерывами.
После полной остановки я открывал капот машины и глубокомысленно осмотрев двигатель, закрывал его снова, ожидая, когда все вновь заведется само собой. Я недоумевал. Вроде бы машину осмотрели специалисты, привели ее в порядок и вот – на тебе! Не работает! А до Венгрии уже рукой подать! Не возвращаться же!
Следует признать, что в машинах я не разбирался совсем и кроме как заменить пробитое колесо ничего не умел, да и сейчас не умею. А потому частенько полагался на помощь случайных прохожих. В те времена это считалось нормальным. Если люди могли, то помогали. Так вот, остановившись в очередной раз, я обратился за помощью к проходящим мимо двум мужчинам. Один из них оказался цыганом. В Венгрии вообще проживало довольно много цыган. На вид они вполне приличные люди. Поют себе по кабакам, играют на струнных инструментах. Неплохо, кстати, поют и играют.
Так вот, открыв капот я рассказал мужчинам про наши заботы.
– Вот-вот начнутся Карпаты, а тут такое!
Мужчины принялись совещаться. Наш разговор шел на русском языке, но между собой они постоянно перебрасывались и венгерскими словами, по большей части мне понятными. Стал я вставлять в разговор венгерские словечки, чем явно заслужил одобрение.
– А бензин-то есть? – первым делом поинтересовались они.
– Есть, полбака еще осталось, – подтвердил я уверенно, но понял, что они не специалисты и вряд ли помогут.
Мужчины осмотрели двигатель, для приличия покопались в нем немного, но устранить неисправность не смогли. Машина по-прежнему глохла.
– Поезжай в таксопарк, – наконец дали они дельный совет. – Там должны починить.
И еще посоветовали класть на бензонасос мокрую тряпку. Дескать, это поможет. К моему удивлению, смоченная водой тряпка действительно помогла. До таксопарка мы добрались без остановок.
Там повторилась та же история. Мешая в вопросах венгерские и русские слова, удалось найти парня, слывшего большим специалистом по карбюраторам. Под моим бдительным надзором он снял карбюратор, быстро перебрал его, почистил, продул под давлением и вернул на место.
– Будет работать? – спросил я строго.
– Теперь должен работать без проблем! – подтвердил он на прощание, и мы тронулись в путь.
Вскоре Карпаты во всей красе предстали перед нами.
К сожалению, насладиться видом Карпат в полной мере мы не смогли. «Волга» вновь забарахлила. А за окном мелькали покрытые сочными зелеными травами живописные склоны, бурные горные реки несли свои пенистые воды, ярко светило солнце. Редкие машины стояли на берегу очередной реки. Их пассажиры сидели на раскладных стульях и отдыхали за раскладным же столиком – с бокалом вина, разумеется. Тогда с этим было проще. А я опасался останавливаться на привал, ожидая, что машина вот-вот заглохнет и завести ее с ходу не удастся. Ждать помощи в горах можно долго. Катимся потихоньку и ладненько! Да и до границы уже рукой подать. Казалось, что самое интересное будет впереди, зачем тогда терять время.
И все-таки машина заглохла. В большой тоске я вышел на пустую дорогу. Вдруг кто-нибудь появится? Ждать пришлось недолго. Из-за поворота показался довольно помятый «Москвич». За рулем сидел веселый чернобровый парень. Он остановился рядом и поинтересовался – не нужна ли нам помощь?
– Да глохнем вот постоянно, – удрученно махнул я рукой.
– А что с ней?
– А черт знает! В таксопарк заезжали недавно, карбюратор там перебрали да толку чуть! – объяснил я ситуацию.
В наш разговор сами по себе стали добавляться венгерские слова.
– Поедем к нам на хутор, отдохнете дня три, погостите! У меня брат хорошо разбирается в машинах. Он переберет ваш двигатель по винтикам! – горячо настаивал парень, выслушав историю.
Я призадумался. Предложение звучало заманчиво, да и постоянные поломки уже изрядно попортили нервы. Но вот ехать к незнакомым людям, да еще гостить у них три дня? Может быть, здесь так принято? Но только ли гостеприимство им движет? Одному Богу известно, что у него на уме. Немного подумав, я отказался.
– Спасибо, но мы торопимся! – ответил я парню к явному его сожалению.
Он уехал. Немного постояв, «Волга»-таки завелась, и мы двинулись в путь.
Дорога была пустая. Нас нагнала какая-то иномарка с двумя парнями внутри. Какое-то время они ехали рядом с нами, не обгоняя и не отставая, и я для порядка сделал пару резких движений в их сторону демонстрируя, что если потребуется, то и протараню их, но остановить себя не позволю без на то моего согласия. По слухам, случались нападения на одинокие машины. Вскоре парни свернули в сторону и по едва заметной колее направились куда-то вверх и затерялись там на далеком хуторе. Еще спустя какое-то время мы увидели милицейский патруль по обеим сторонам дороги. Можно было расслабиться. Скоро граница. Карпаты мы перевалили. Впереди показался Ужгород – последний городок на границе с Венгрией.
Уместно заметить, что при подъезде к границе почувствовалось резкое изменение климата. Мы уезжали из осени, а вкатывались снова в лето. После гор стало заметно теплее. Зеленая листва южных деревьев ласково колыхалась в лучах заходящего солнца.
– Ну все, Дед, просыпайся. К Чонтвару подъезжаем, граница недалеко! – слегка толкнул я дремавшего рядом отца, применив венгерское название городка. А до относительно недавнего времени он и был венгерским.
Дед ничего не ответил, но явно намотал на ус информацию. А насчет венгерских названий вскоре он отличится. Не задерживаясь в городке, мы повернули к таможне. Дорога, по которой с трудом могли разъехаться две машины, шла сквозь высокие камышовые заросли и заводи вокруг. Из пешеходов нам встретилась только стайка молодых людей. Парни и девушки держась вместе, гуляли на свежем воздухе.
Перед самой границей застыла вереница грузовиков и среди них небольшой количество легковых автомобилей. Даже не думая останавливаться, и так много времени потеряли, я направил машину вдоль длинной очереди прямо к пограничному шлагбауму.
У шлагбаума пришлось затормозить. К машине направились два молодых парня в милицейской форме с погонами сержанта.
– Стукни ему дубинкой по капоту! – предложил один другому.
Я вышел из машины и вопросительно посмотрел на них. Стучать по капоту они не стали, отошли в сторону, зато вместо них ко мне подошел капитан милиции.
– Давайте ваши паспорта! – потребовал он уверенно.
Пришлось передать ему два наших заграничных паспорта. Даже не раскрывая их, милиционер достал из кармана стопку таких же паспортов, присоединил к ней наши и убрал все в свой обширный карман.
– Ну вот, приехали! – вздохнул я печально.
Теперь хоть в Карпаты на хутор возвращайся погостить у того чернобрового парня. Не видать нам Венгрии! Тем временем, на таможне началась пересмена. Совсем перестали пропускать машины. Длилось это часа полтора-два. Я прохаживался у застывшей «Волги», а Старый мирно дремал в ней.
Стемнело. Через пару часов появился другой капитан милиции, вернул нам наши паспорта и махнул рукой – проезжайте на таможенный осмотр!
Мы и проехали! Радость-то какая! Пустили!
Осмотр проводила команда из четырех человек под руководством худощавой женщины. Они тщательно обыскали всю машину, но это не вызвало беспокойства. Скрывать нам было нечего, хотя, по слухам, не разрешали провозить бензин в канистрах, а только то, что в баке. Но у нас и бак-то был неполный! Опасался я лишь того, что таможенники отнимут у нас охотничий нож, но он интереса не вызвал. Зато главная таможенница заинтересовалась деньгами.
– Вам известно, что можно провозить только пятьсот долларов на человека? – обратилась она ко мне.
Венгерских слов она не употребляла. Оно и понятно – лицо-то официальное!
– Нет, в первый раз от Вас слышу, – честно ответил я ей.
– А у вас – больше? – не унималось она.
– Больше! – подтвердил я.
– Покажите, насколько больше!
– Нет не покажу! – решительно отказался я от сомнительного предложения, нисколько не сомневаясь, что излишки у нас попросту отнимут.
Таможенница обиделась, но почему-то настаивать не стала.
– Проезжайте не задерживайте очередь! – и отошла от нас с гордым и независимым видом.
«Волга» наконец-то пересекла границу, штампы в паспорта нам поставили почти на ходу.
С венгерской стороны нас с распростертыми объятиями встречал веселый упитанный пограничник с пышными усами.
– Старое приглашение! – объявил он по-венгерски, глянув бумаги для порядка.
– Да, старое, но это ничего не значит! – согласился я. – Мы едем гулять, веселиться и осматривать достопримечательности и музеи Будапешта! – тут я применил свои глубокие знания венгерского языка, скромно протягивая новенькую пятидесятидолларовую купюру.
– А, ну раз музеи, то это – можно! – охотно согласился веселый венгерский пограничник, возвращая нам документы и забирая купюру.
Скорее всего, нас пропустили бы и без приглашения, как я и предполагал еще в Москве.
– Счастливой дороги!
– Спасибо!
Мы бодро вкатились в Венгрию. Дед оживился. Теперь мы ехали по гладкой ровной дороге с хорошей и понятной разметкой.
– Надо же, все-таки добрались! – восклицал отец, вертя головой по сторонам. – А я и не верил!
Наконец-то Венгрия! Картины вокруг удивляли своей непривычностью. Крестьянские дома в маленьких деревеньках, сквозь которые мы катились, были покрыты толстыми камышовыми крышами. На трубах некоторых из них сидели свившие там гнездо аисты. Машина мчалась по хорошему шоссе. Было похоже на то, что аистов с труб никто сгонять не собирался.
Темень вокруг, а до Будапешта еще ехать и ехать. Решено было заночевать в первом же городке по дороге, где увидим гостиницу.
Вскоре вкатились в такой городок со вполне приличной гостиницей. Там и остановились. Вновь применив знание языка с помощью словаря, я снял два номера. Дед обиделся.
– Зря тратишь наши деньги, поместились бы и в одном номере!
– Мне отдохнуть надо после долгой дороги, это ты спал на заднем сиденье всю дорогу, да еще и икру колхозную почти всю съел!
Утром нас разбудил удар колокола католического костела. На Руси колокола били по-другому, веселее что ли. А тут звучал монотонно – бах-бах – и никакого веселья.
Зато до Будапешта оставалось рукой подать. В дорогу! Машины и водители в общем-то везде одинаковы. Я уверенно гнал «Волгу» по чужой стране, ориентируясь на указатели и интуицию. По пути заправились теперь уже венгерским бензином.
По дороге любознательности ради заехали на местный рынок. Там на ящиках сидели наши соотечественники-челноки и выкрикивая венгерские фразы, продавая свой товар. Это были электроинструменты, бензопилы – они пользовались спросом. А водители туристических автобусов продавали бензин, который тут же и сливали из объемных баков. Нам тоже предложили, да я отказался. Один из водителей стоял рядом с пожилым венгром с бутылкой палинки, водки по-нашему и все спрашивал у него:
– Хорошая это водка, хорошая?
– Не знаю, не ведаю, – отвечал ему старик.
Они друг друга не понимали, но диалог между ними шел оживленный. Задерживаться здесь мы не стали. Все понятно и неинтересно. Покатились дальше.
Незаметно подошло время обеда. Мы остановились у придорожной корчмы и осваивая венгерские блюда, перекусили паприкашем из курицы, запивая палинкой.
Хорошая оказалась палинка, хорошая. После сытного обеда Дед расслабился. Это сейчас он слыл солидным человеком, доктором наук, профессором, а в молодости он был простым матросом. Во многом матросом он так и остался. Закалка, знаете ли.
На табличках стали мелькать венгерские названия населенных пунктов, которые Дед, под воздействием палинки, переиначивал на свой лад. Я стал похохатывать и вскоре веселился вовсю. Но апофеозом его речей стало труднопроизносимое по-русски венгерское название городка Сикешфехирвар. В транскрипции Старого получилось такое соленое морское словечко, что я просто свалился от хохота. Даже жаль, что не могу привести его полностью. Площадка не та.
Меня так колотило от смеха, что я едва прижал «Волгу» к обочине и буквально вывалился из нее, так как продолжать вести машину в таком состоянии было бы небезопасно. Меня терзали приступы хохота. За руль я вернулся лишь успокоившись и попросил Старого впредь держать свои афоризмы при себе, но еще долго веселился, припоминая его матросскую смекалку.
Освоение Будапешта можно было бы назвать успешным если бы не ежедневные поломки нашего автомобиля, особенно в гористой Будайской местности. Стоило направить машину в гору и сильнее нажать педаль газа, как сразу слышалось знакомое чихание двигателя, и он глох. Если привычное прикладывание мокрой тряпки на бензонасос не помогало, то приходилось вызывать Ангела. Это такая служба ремонта на дорогах. Они приезжали, копались в моторе, брали за работу кровные двадцать долларов и уезжали. И все повторялось снова и снова. Это утомляло.
Но несмотря на трудности, мы в Будапеште освоились. Особенно мне понравились термальные купальни, построенные еще во времена римского, а затем турецкого владычества. Будапешт стоит на термальных источниках, их там более тысячи. Даже дома отапливаются ими. Плескаться в ваннах стало моим любимым развлечением. Еще понравились недорогие ресторанчики с местной кухней, ну и, конечно, девушки. Любоваться ими было одно удовольствие.
Пара недель в Будапеште пролетели незаметно. Пора и честь знать. А «Волга» наша все барахлила. А впереди Карпаты! В горы на неисправной машине ехать опасно. Накануне отъезда я пригнал машину в большой автосервис.
– Завтра уезжаем в Москву, приведите в порядок машину! – обратился я к мастеру.
Тот вызвал слесаря.
– А деньги у тебя есть? – первым делом поинтересовался слесарь.
– Есть!
– Покажи!
Я достал хрустящую стодолларовую купюру и продемонстрировал ее собеседнику. Глаза у него загорелись.
– Дай посмотреть! – попросил он.
– Смотри, не жалко! – я передал купюру.
Очень уж ему не хотелось ее возвращать, он все мялся, смотрел ее на свет. Пришлось поторопить его.
– Давай обратно, получишь после ремонта.
С большой неохотой слесарь вернул купюру назад. Машину я им оставил, а утром приехал за ней.
– Все сделали? – строго спросил я у мастера.
– Все сделали, все почистили, – подтвердил он.
– Посмотрим! – сомнения не покидали меня.
И неспроста. Какое-то время «Волга» действительно работала, до границы мы доехали без проблем, но после пересечения границы привычная картина возобновилась. Мотор стал глохнуть, как и раньше.
– Нет, в таком состоянии подниматься в горы нельзя! – сообщил я Деду. – Придется снова заезжать в таксопарк.
– Поступай как знаешь! – пожал плечами отец. – Надо так надо.
Но где найти таксопарк? После опроса редких прохожих картина прояснилась. Таксопарка на этой стороне Карпат не было, тот, в который мы заезжали ранее, располагался на другой стороне. А здесь стояла какая-то захудалая автобаза.
Туда мы и направились. Вид у автобазы действительно оказался удручающим. Несколько старых ангаров и все. Территорию даже не покрыли асфальтом, и она была в лужах после недавних дождей. Одинокий парень в кепке возился у небольшого автобуса.
– Есть у вас специалист, который разбирается в двигателях? – обратился я к нему после короткого приветствия.
– А что с двигателем?
– Да глохнет постоянно. Утомились от поломок уже. А нам в горы ехать, а потом ещё и до Москвы добираться, – добавил я для ясности.
– Да, есть такой! – подтвердил парень. – Петрович, к тебе пришли! – крикнул он куда-то в сторону.
Из ангара показался худощавый старик.
Наметанным взглядом бывшего руководителя производства я оценил его внешний вид. Промасленная спецовка, такая же кепка, испачканные маслом руки. Такой, пожалуй, подойдет.
– Что случилось? – поинтересовался он.
Отец вышел из машины и принялся прогуливаться по площадке, а я кратко описал наши приключения, не забыв упомянуть добрым словом и венгерских ремонтников. Говорил я по привычке мешая русские слова и венгерские, но Петрович на венгерские слова не реагировал. Значит, не был венгром. Он молча выслушал рассказ и бросил – открывай капот! Я открыл.
Копался в двигателе Петрович не спеша, обстоятельно и без всяких комментариев. Я молча наблюдал за ним, а Дед прохаживался неподалеку.
Наконец он вытер тряпкой руки и захлопнул капот.
– Прокатись! – предложил он уверенно.
Оставив Деда на площадке, я сел за руль с большим сомнением. Неужели починил? Что-то не верится! Столько раз уже чинили! Машина выкатилась на прямую асфальтовую дорогу и покатилась довольно уверенно. Она реагировала на легкое нажатие на педаль газа. Неужели действительно исправил? Дорога была пустая и, не скромничая более, я резко вдавил педаль газа в пол.
«Волга» рванула вперед быстро, набирая скорость. Так, пожалуй, до Москвы и докатимся! Как вдруг! Раздалось привычное чих-чих-чих двигатель заглох и прокатившись еще сотню метров машина остановилась. С трудом сдерживая эмоции через минуту-другую я вновь завел двигатель и на этот раз медленным ходом вернулся на автобазу. Петрович стоял на площадке, ждал результата и все протирал тряпкой руки.
– Да что же это такое! – на этот раз не сдержал я эмоции. – Уважаете вы себя или нет! Чините ее чините да все не почините! Заработает она когда-нибудь или так и будет глохнуть! Нам ведь на ней еще до Москвы добираться!
К месту упомянул и венгерских знатоков своего дела добрым словом. Петрович ничего не ответил, но замерев с полминуты смотрел на стоящую перед ним блестящую после дождя почти новую Волгу.
– А ну как открой капот! – потребовал он быстро.
Я выполнил требование с интересом ожидая развязки. Петрович, нагнувшись, быстрым движением выкрутил какую-то деталь и с видимым раздражением с силой швырнул ее в грязную лужу сопровождая полет нелицеприятными словами.
– Все, теперь поедешь без проблем! – уверенно объявил он.
Движимый любознательностью я поднял из грязи виновницу наших бед. Это оказалась деталь из похожей на пемзу керамики размером чуть больше бутылочной пробки.
– Что это? – не без удивления обратился я к Петровичу.
– Керамический фильтр тонкой очистки бензина! – махнул он рукой.
– Из-за него и были все проблемы?
– Из-за него. Он даже новенький быстро забивается и перекрывает доступ бензина в двигатель. Мы как получаем новые автобусы ПАЗики, так сразу их выкручиваем и выкидываем! – и он кивнул в сторону нескольких автобусов, стоящих в углу на площадке. У них такие же двигатели, как на твоей «Волге»! – добавил он для ясности.
– Ах, вот оно что!
Наверное, дала себя знать и заправка сомнительным восьмидесятым бензином.
– А без него мы доедем? – поинтересовался я, все еще испытывая сомнение.
– Доедете! – уверенно подтвердил Петрович. – Не очень-то он и нужен!
– Хорошо, коли так! Из-за такой маленькой штучки было столько поломок!
Поблагодарив Петровича и расплатившись, мы тронулись в путь. Старик оказался прав. Проблемы с двигателем у нас больше не возникло. Первое время я настороженно прислушивался к шуму мотора и осторожно ускорялся, но постепенно успокоился. Машина катилась исправно, даже на скорости не чихала, чего давно уже не бывало.
Обратную дорогу я плохо помню. Ничего примечательного уже не произошло. И если на путь до Будапешта мы потратили три дня, то обратно уложились за два. Возвращались мы через Минск и катились по ровной, как стрела, дороге. Ни города, ни деревни вокруг не впечатляли, да и стояли они на значительном расстоянии от шоссе стратегического значения. Уже поздно ночью вдали засверкали огни большого города. Это была Москва.
Немало воды утекло с тех пор. Укоренились многие порядки, казавшиеся тогда дикими и напротив, многое привычное ушло безвозвратно. Машины стали куда надежнее и так часто уже не ломаются. Впрочем, ту «Волгу» вскоре после нашей поездки брат заберет обратно, скажет, что ему она нужнее. А я и отдал без боя, не воевать же с братом!
Эх, время! Кого сейчас удивишь подобными войнами! Изменились и люди. Давно ушел из жизни отец, и я сейчас по возрасту старше, чем он был тогда во время путешествия. Но я не тороплюсь называть себя ни дедом, ни старым. Молодой еще! Да и проехаться по тому маршруту теперь не получится и в обозримом будущем вряд ли откроется такая возможность.
Я потом много раз бывал в Венгрии, изъездил ее вдоль и поперек, но уже на машинах с венгерскими номерами, добираясь до Будапешта самолетами.
А потом настали непростые для меня времена, когда о Венгрии пришлось забыть надолго. Не до того стало.
И все-таки я улыбаюсь, вспоминая то беззаботное и веселое время, когда мы лакомились ложками черной икрой и тот такой нелегкий, но такой интересный путь через Карпаты до Будапешта, который мы с Дедом когда-то осилили.
Tags: Очерк Project: Moloko Author: Николаенко Н.