Начало:
Предыдущая:
Вот только думала Марьяна - а не будет ли хуже от того, если она этих нитей коснётся? Не прилетит ли Ночница разбираться с тем, кто посмел её колдовство тронуть? Подумала Марьяна, и, не выпуская веретена из рук, принялась вновь в своём коробе рыться.
Маруся ей сказывала, как раньше от нечисти всякой защищались - порог и подоконники солью посыпали. Иль железо какое вешали, чтобы пролезть не могли. Железа у неё не было, да и на ум пришло то, что сказала Ночница - оковы её железные уже в труху развалились. Столько времени прошло, мол! А чтобы такую одолеть, нужно много железа, это точно. Зато вот соль у неё с собой была! Как это - в путь отправиться, да соли с собой для еды не взять? Вот и рассыпала девушка соль по порогу, да вокруг пятна света, что с потолка падал.
Сработает ли? Вот и проверит очень скоро. Вернулась она на то место, которое себе присмотрела. Глаза прикрыла, смотря из-под ресниц на нити тёмные. А после потянулась к ним - не руками, а как-то по-другому. Нутром своим, что ли? Вот знала она что делать и всё тут, хотя и делала такое впервые. Но тут помогло то, что во сне спряла она траву, освободившись от колдовских оков. Нити тёмные обожгли её, вздрогнули от прикосновения мастерицы неизвестной. Но Марьяна только упрямо сжала губы. Взяла несколько тёмных нитей, скрутила их, да через игольное ушко пропустила.
Вот кто бы сказал, что будет Марьяна таким заниматься – ни в жизнь бы не поверила! А теперь прядёт она ниточку из чужого колдовства. И на ощупь колдовство это – словно самая суровая шерсть. Колет пальцы, так и норовит запутаться, но Марьяна всё же упрямее получается. Не взирая на боль прядёт и прядёт, чужие «зёрнышки» распутывая. Те словно начинали чуть ярче сиять, постепенно освобождаясь. Но вот Ночница почуяла, что что-то происходит, взволновалась, по всей видимости. Почувствовала Марьяна, как нити напряглись и задёргались, даже прясть перестала – вдруг порвутся нити чёрные?
Появился какой-то резкий тухлый запах, от которого хотелось нос со ртом ладошками зажать. Но помнила Марьяна, что у неё в руках находится, поэтому замерла, прислушиваясь к тишине кургана. Может и плохо, что за дверь не выглянула, но никакого желания это делать не было. А теперь прислушивалась к шаркающим шагам и злому бормотанию за земляной стеной:
- Что с моим колдовством? Неужто проснулся кто-то? – дверь скрипнула, распахиваясь, но Ночница замерла, не в силах перешагнуть порог. Разразилась нечисть отборной бранью, затопала ногами, и серпом по дереву застучала:
- А ну пусти меня! Кто там проказничает? Я всё равно своё возьму, как бы ты не старалась! Вижу, что мужики вповалку лежат, а девка только ты была. Не подействовало на тебя колдовство моё значит? Чуяла я, что с тобой непросто будет! - ярилась Ночница.
Хотелось Марьяне заткнуть уши, но вместо этого продолжала она прясть. Плохая пряжа выходила, колючая, неприятная. Но уже видела девушка, как розовеют лица дружинников, вот только пока никак они не могли проснуться. Зажав веретено между колен, ухватилась девушка уже за гору пряжи, да начала плести прямо пальцами. Ох, как не хотели они гнуться, да ещё и Ночница уже начала орать, да носится по коридору. А ведь только тонкая полоска соли защищает Марьяну от этого чудовища!
Рукодельница только склонила голову упрямо, из-под ресниц смотря, как что-то у неё получается сплести. Полотно какое-то, видимо, будет. Тут она тоже по наитию действовала, сейчас быстро сплетёт чужое колдовство, да против Ночницы обернёт его! Сложно словами передать, насколько сейчас Марьяне страшно было. Всё внутри тряслось, да ещё и крики злобные эти слушать приходилось! А вдруг сквозняк какой, и сдует её единственную защиту? Она мысленно благодарила соседку Марусю за подсказку, вот только что дальше делать?
Ночница, между тем, поняв, что здесь ей не пройти, метнулась наружу. Хотела, видимо, проникнуть другим способом, да ничего у неё не вышло. Марьяна же продолжала своим делом заниматься, и от этого слабело колдовство Ночницы. Нечисть, понимая, что источник её силы, постепенно, начал иссякать, совсем в безумство впала.
Грохотало и шумело вокруг кургана, словно вновь разыгралась мощная буря, на подобие той, что дружинников унесла. Марьяна тряслась мелкой дрожью, но продолжала своё дело странное. От колдовства чужого всё внутри неё леденело и переворачивалось. Словно норовило чужое в Марьяну проникнуть, да как-то испортить всё. Но девушка думала о любимом, который совсем рядом – только руку протяни – лежит. И спит крепким сном, от которого его пробудить не так просто!
Получившееся полотно Марьяна свернула, и получился огромный мешок. От одного взгляда на который кровь в жилах стыла! Ночница продолжала оскорблениями сыпать, и серпом своим за дверным проёмом размахивать. Только и слышался лязг какой-то и звуки падающих комьев земли.
Марьяна, спрятав веретено за пазуху, медленно поднялась на затёкшие ноги. Плечи расправила, открывая глаза, и в руках сжимая получившийся мешок. Опустив взгляд, она увидела в своих пальцах только какую-то тень и всё. Наверное, только через ресницы она может видеть чужое колдовство? Да и мешок, честно говоря, весьма дырявый получился. Но так надоело вопли нечисти слушать!
- Что ты так раскричалась? – рявкнула Марьяна, делая несколько шагов, и выходя из своего укрытия. Растрепанная Ночница замерла в проёме двери, со злостью глядя на девушку:
- А ты что здесь устроила? Ты теперь в моей власти, и должна меня слушаться! А ну пусти! Что ты с моим колдовством сотворила? – лицо у Ночницы было некрасиво перекошено, глаза совсем дикими стали. Может, понимала она, что всё рушится? Что не успела она больше пакостей натворить? Но Марьяне не было дела до чужих думок. Она в ответ фыркнула:
- С чего это ты себя моей хозяйкой возомнила вообще? Я за своим пришла. Своё и заберу, и ты мне не указ, - решительно ответила она, не показывая своего страха. Всё-таки лицом к лицу с нечистью встретилась! Да ещё и во второй раз! Но теперь Ночница злая была, вот в чём дело. Решительно Марьяна сделала шаг вперёд, и пока нечисть ничего сообразить не успела, накинула ей сплетённый мешок на голову. Ох, какой вой поднялся в тот же миг! Выронила Ночница свой серп, да нелепо руками замахала. Марьяна назад подалась, да дверь захлопнула, привалившись к ней спиной.
Курган аж дрожать начал, а крик Ночницы превращался в дикий рёв. Не совсем понимала Марьяна, что происходит. Но видать смогла она чужое колдовство обратить против нечисти? Страшно было слушать, как она выла за дверью, и металась по коридору. Девушка и вовсе уши ладонями зажала, и присела, дожидаясь, когда успокоится всё. А то даже думать было невыносимо, а дышать ещё тяжелее. Наваливался курган на неё со всех сторон, словно пытаясь стиснуть ту, что его хозяйку обидела. Так и казалось Марьяне, что стены земляные сдвинулись, да сжали её.
А потом, как-то вдруг, всё просто стихло. Тишина звенящая вокруг повисла, и Марьяна с трудом заставила себя поднять голову. И снова деда увидела! Он стоял, склонившись над дружинниками и что-то бормотал себе под нос. Словно почувствовав, что на него смотрят, он выпрямился, поглаживая свою бороду. А ещё показалось Марьяне, что стал он выше ростом, и шире в плечах, и больше уже походил на медведя:
- И снова здравствуй, красавица. Совладала ты с Ночницей, нисколько я в этом не сомневался, умница ты. Не просто так твой дар тебе был дан, вот и пригодился он тебе.
- Мой дар? – хрипло спросила Марьяна, поднимаясь на ноги. Её немного знобило, а ещё голова тяжёлая была. Хотелось прилечь, уложить голову на пуховую подушку, да отдохнуть хорошенько. Но не время сейчас о таком думать, хотелось поговорить с дедом.
- Верно. Ночница ведь когда-то была как ты. Да вот только не смогла она скрыть того, что видит она истинную суть вещей, да сны чужие плести умеет. Серп ей ведь дан был, чтобы кошмары отсекать, а дар – чтобы хорошие сны плести. Вот только не справилась она, начала прогнивать, словно корень дурной. Такое терпеть не стали, в железо заковали, да здесь заточили. Уж столько лет минуло, что подробностей не помню, да и не было меня тогда здесь. Князь, с которым она помолвлена была, без неё не смог. Потом уж сгинул, оставив этот лес без защиты всяческой. Все лесные жители по своим углам забились, ни в какую не хотят теперь к прежнему порядку возвратиться. Нехорошо это, - покачал головой дед.
- А почему вы сами не можете? – спросила осторожно Марьяна, больно грозен был её собеседник, оторопь брала. А ещё тепло рядом с ним было, хорошо и спокойно.
- Потому как пора мне скоро дальше идти. Не должон я на одном месте надолго застревать. Так что есть у меня одна мысль, но такое надобно с тобой и твоим женихом обсуждать. Коль разбудишь его, тогда и поговорим, - дед ободряюще улыбнулся девушке, и та подошла к Святозару. Опустилась рядом с ним на колени, провела ладошкой по волосам, после чего наклонилась и поцеловала его в уголок губ.
Дружинник выдохнул, улыбнулся и открыл глаза, не вполне понимая, где он находится.
- Марьяшка, я, поди, заснул на лавке у тебя? Ты уже не серчай. Притомился я. Зато выспался на славу! – Святозар потянулся и сел, оглядываясь. И стало ему понятно, почему в глазах у ненаглядной его, слёзы блестят. Совсем не на лавке он проснулся!
Марьяна не выдержала, и бросилась ему на шею, заливаясь слезами от радости. Обязательно ему всё расскажет, но сначала нужно убедится, что с ним всё в порядке.
Продолжение следует...
