-Вот ведь негодница! Смотри что пишет, Поль, слышишь меня? Куда пропала?
-Да слышу, слышу. Тесто смотрела, уже почти подошло, сейчас пироги состряпаем... Ну и чего там? В письме-то? Приедет?
-Про то и говорю же тебе! Говорит, ежели вам там так плохо, дом закрывайте и дуйте в город, поняла? Бессовестная... Вырастили на свою голову...
Полина едва заметно вздохнула, будто бы и не удивилась тому, что писала дочь в письме, устало присела на краешек дивана, вытащила из кармана передника очки. Нетерпеливо вытянула из рук мужа листок.
-Да ладно тебе Тихон, не гунди. Сдалась им твоя лестница на второй этаж, чай не горит. Дай хоть прочту, что там у них нового.
-В кое-то веки попросил на неделю приехать, помочь мне с ремонтом...
Не стал говорить, что повод лишь искал, чтобы дочь с семьёй приехала, еще радовался как дурак, что причину нашёл уважительную - лестницу на мансарду сообразить, письмо скорее написал...
Муж ушел ворчать во вторую половину дома, попутно включая телевизор Берёзку, а Поля, придерживая рукой толстую оправу очков, внимательно читала письмо дочери, Лены. Убедившись, что всё у них хорошо, улыбнулась, аккуратно сложила тетрадный лист в конверт и убрала под тяжёлую скатерть с бахромой.
-Ну и слава Богу. Тихон! Чего опять там уселся? Обещал же Сергеевне яблоню спилить. Она ждет уже с самого утра. Курям тоже не насыпал...
-Иду я, иду. Ни минуты покоя.
-Не забудь сказать, что баню сегодня топили, пусть придёт. Чаю попьём с конфетами.
-А то как же. Куда она денется...
Это правда. Деваться Сергеевне было некуда, потому как во всей деревне остались только два жилых дома - Тихоновский, где он жил с женой Полей, да Веры Сергеевны, прямо по соседству.
Остальные - стоят пустые, с заколоченными окнами, тоскуя по ушедшим временам, когда было тепло внутри, шумно... Словно чуют свою ненужность, стареют быстрее обычного... Ни школы тут нет, ни клуба, даже единственный магазин, где продавали хлеб да простую карамель - перебрался в районный центр, за пять километров отсюда.
Выручает старый Москвич Тихона, который они заводят стабильно, раз в неделю по пятницам. В районе - базарный день. Отправляются за покупками, все втроём, словно семья такая. Тихон ходит по базару важный, в нарядном пиджаке, иной раз шутит, встречая старых знакомых.
-Вот, с жёнами своими вышел на прогулку!
-Молодец, Михалыч, одобряю! Чего, стоит там твоя Комаровка?
-А чего ей будет? Еще сто лет простоит!
Говорит нарочито бодро, весело, а у самого грусть в глазах - сто лет он не протянет... А без него, Тихона, никому-то его Комаровка не нужна... Кто умер, кто по детям разъехался, а которые и в район, поближе к цивилизации перебрались.
Ленка, дочь, уже который год зовёт родителей к себе жить, в город, пятьсот километров отсюда. Говорит, случись чего, она только через день тут окажется. Только как она себе это представляет? За дом этот никто и гроша ломанного не даст, стало быть жить им придётся вместе, где муж, трое детей, сватья... Хорошенькое дело получается...
И на последок - куда они Сергеевну денут? У неё нет детей, никого нет, только Поля с Тихоном... Да признаться честно, не хочет он сам покидать свою деревню родную, где родился, вырос, встретил любовь свою, что идёт с ним теперь сквозь года, рука об руку...
Как сейчас перед глазами стоит жена его, совсем молоденькая, в платье цветастом, возле именно этого дома, тогда еще новенького совсем, так крепко пахнущего сосной. Стоит, улыбается Тихону, радуется, что предстоит им тут прожить долгую и счастливую жизнь...
Как в воду глядела...
Да... Были времена... Комаровка шумела, словно большая задиристая семья - полна молодёжи была, кипела тут жизнь, а страсти какие разгорались, хоть кино снимай. Всё было тут - и любовь, и дружба, и беда случалась... Но односельчане всегда на подхвате были, выручали друг друга, не стоял никто в стороне...
Взять хотя бы Сергеевну. Не всегда она старушкой была, платками замотанная - полвека назад самой первой красавицей по району слыла, сколько женихов за ней ходило, да чего сейчас скрывать - сам Тихон ухлёстывал за норовистой прелестницей, пока на глаза ему скромная и тихая Полюшка не попалась...
Выбирала Вера женихов, а пал её взор на женатого Петьку. Тот решил на улыбки её недвусмысленные ответить - еще бы, такая красавица в него влюбилась... Пару лет нервы потрепали друг другу, на тайные(про которые все знали) свиданья бегали, а как сошлись, так и месяца вместе не протянули, чуть не подрались.
Пётр тут же вернулся к жене, к детям, ходил потом как шёлковый, всю жизнь, в глаза ей глядел, а Вера дитя вытравила Петькиного назло... Лишь к сорока годам замуж вышла за приезжего учителя, сына его с пяти лет растила, как родного. Муж шестидесяти не справил, умер от сердца, а мальчик вырос, уехал в город лет десять назад, приёмную мать совсем позабыл.
Вера на судьбу не ропщет - спасибо, что познала семью настоящую, а всё случившееся с ней, считает расплатой за грехи. Благодарит бога за соседей таких добрых, что смотрят за ней как за родной... Поля еще лет пять назад пыталась ревновать мужа к ней, а потом самой смешно становилось от мыслей своих.
В прошлом году покинул их дед Капитан, самый весёлый мужик по деревне, закадычный друг Тихона, с самой молодости. В своё время успел на корабле поплавать, оттого и получил такое прозвище, по имени и не звал его никто. Капитан жену себе из рейса очередного привёз, встретил где-то в пути. Баба она хорошая была, но со свекровью ругалась шибко, аж до драк доходило...
Поля до сих пор помнит, как разнимала их, стыдила скандалисток, указывала на живот молодой жены. Разок и самой ей прилетало от разбушевавшихся соседок, вот тогда Капитан подключался - мать выгонял в баню ночевать, а жену(всё же на сносях) в летнюю кухню...
Самое главное передерутся, все в округе на взводе, боятся, что женщины дома прибьют друг друга пока Капитана нет. Навещать идут с опаской, а эти две ненормальные уже чаи распивают, как подружки самые закадычные, смеются весело, соседей обсуждают...
Долго еще про них ходили россказни весёлые. Жена Капитана семерых детей ему родила, ушла в мир иной два года назад, а он, такой бравый старик был, сильный и шустрый - без неё резко сдал, словно сердце у него отняли... Держался до последнего, не хотел уезжать а вот прошлой осенью приехали сыновья, забрали отца к себе.
Тихон едва держался, чтобы не заплакать, когда махал рукой товарищу своему, тот обещал обязательно вернуться следующей весной, когда снег сойдет. Сыновья помогали ему, грузному, неповоротливому сесть в машину, а он всё время тянул, искал повод с соседом парой слов перекинуться.
-Ты смотри, Тихоня, сам не уезжай. Вот только ноги вылечу, да сахар свой поправлю! Жди! Поле скажи, чтобы Беляша моего кормила рыбой, мясо он у меня не ест...
Лето пришло уже, а он так и не вернулся, только кот его теперь перебрался к ним окончательно, спит строго у изголовья Тихона. Как и сказал Капитан - только рыбу ест, мясо не признает, приходится для него кильку мороженую покупать на неделю вперёд, а потом подваривать легонько, иначе сырую закапывает.
-Ишь ты, гляди-ка какой! Может еще и солькой тебе посыпать?
Кот удивлённо глядел на Полю, мол, а чего же ты - не солила?
Поля с Тихоном и сами не всегда словно в раю жили, и у них случались неурядицы... По молодости детей долго не случалось, а уже в зрелом возрасте Леночка у них получилась долгожданная... Когда лет двенадцать девочке было, подхватила она вшей в школе... Потом еще и матери еще перешло - волосы у обоих длинные, густые - стричь жалко дюже.
Поля, чтобы не позориться на всю деревню, к доктору не пошла, старым методом решила лечить — соляркой, как раз муж тракторист. Намазались, Поля пошла в бане прибраться, вернулась за дочерью как раз в тот момент, когда та, с горящей головой, из дому выбегала с криками душераздирающими...
Решила девочка, пока мать ждала, чаю выпить, спичкой чиркнула, вмиг огонь взялся. Поля с Тихоном до сих пор помнят, как в районной больнице оказались, как потом в город Лену переправляли. Уж не о красоте пеклись, а о том, чтобы жива осталась, молились, чтобы мучения её на себя перенести...
-Дура я дура...Да пусть бы хоть на весь мир позор был... Надо было налысо обоим стричь...
Полина тогда года два без водки спать не могла ложиться - всё себя винила, плакала каждый день, что собственными руками дочь- красавицу изуродовала... Жизнь девочке сломала... Побоялась какого-то глупого позора... Но справились они и с этим - Леночка стойко всё перенесла, маму потом ругала каждый раз за слёзы, мол, благодари бога, что жива осталась.
-Руки-ноги целы, глаза видят, ну а волосы местами не растут - ерунда, я же не медведь, мне мех не нужен.
В одну из поездок в город, во время операции на лицо, познакомилась Лена с врачом молодым, едва до своих восемнадцати подождала, замуж за него выскочила. Вот уже живут они почти двадцать лет, в любви, согласии, трёх дочек растят...
Зять их, человек добрый, столько раз их от хворей спасал, что и не сосчитать! Дважды отправлял в санаторий, пусть по очереди отдыхают, хозяйство не бросишь ведь — и корова там, и куры, и гуси... Говорит, если решат в город переехать, то затянут пояски, возьмут однокомнатную квартиру для дочери, на будущее. А пока дед с бабушкой будут там жить, под боком дочери.
Но нет, не поедут Поля с Тихоном в город, не привыкли они к суете и духоте. Их дом - это их крепость, каждый кирпичик здесь родной, каждая досочка. А воздух-то какой? Вдыхаешь его - и чувствуешь, как силы возвращаются. Особенно летом, когда утром босиком по траве идёшь, никакие сокровища мира такой радости не подарят! Коровы уже нет, но пять кур и петух бегают, радуя глаз.
Вот и сегодня Тихон достал папиросу свою, неспешно присел на крыльцо, затянулся дымом и поглядел вдаль - утки дикие клином летят. Приложил ладонь ко лбу, улыбнулся. Хотел было Полю позвать, но вспомнил, что она с тестом возится, не стал. Проводил птиц взглядом.
-Хорошая примета! Ну, пойду, топор возьму, надо до Сергеевны дойти, сухую яблоню срубить, а то всю плешь сегодня вечером проедят бабоньки мне...
Вечером, после бани, сидели старики совсем помолодевшие, все морщинки свои вениками берёзовыми выгнали, смеются, чай пьют, вспоминают былые годы... Вера смотрит на соседей с искренней радостью, каждый раз хвалит их.
-Молодцы. Всю жизнь Поля за тобой как за каменной стеной. Как встретились, так и шли всю дорогу, друг на друга глядя. Так и надо, молодцы...
Говорила с лёгкой обидой на себя, пару раз не скрывая сокрушалась, мол, в своё время строила она из себя королеву, а теперь вот как всё повернулось. Жалела шибко, что не родила тогда от Петьки - гуляки, была бы хоть одна родная душа у ней на белом свете.
Ночью дождь полил как из ведра - давно такой непогоды не было! Супруги уговаривали Веру заночевать сегодня у них, но женщина не любила спать у чужих, да переживала, что собака будет метаться, обычно она пускала её на ночь в сени.
-Да тута идти всего два шага. Я вам спать не дам - стану шастать всю ночь, кряхтеть, кашлять. Шарик у меня грома боится, небось забился куда, ждёт меня, скулит. Не провожай меня, не украдут!
Тихон всё же не послушал соседку, да и Поля велела мужу хотя бы до ворот довести Веру, с фонарём, помочь открыть тяжелые ворота. Назад шёл торопясь - в калоши залилась вода, тропинка размякла, словно хватала Тихона за пятки. Дома, на верхней ступеньке крыльца он неловко поскользнулся на прилипшей грязи, со всей силой брякнулся на землю прямо на ногу, по пути стукнувшись спиной о ступени.
Последнее, что помнит - дикая, обжигающая боль в голени, пронизывающая до самой макушки и спустя время заплаканное лицо Поли перед глазами, отрывками, урывками голос Веры, о том, что нужно идти пешком до района, звать скорую...
Дорогие читатели, Спасибо, что читаете меня, ставите оценки, пишете комментарии - душа от этого радуется и хочет снова писать для вас истории). Критику я тоже принимаю с радостью - она помогает мне взглянуть на всё другими глазами). Окончание опубликовала, ссылку оставляю.