Айза нахмурилась. Она не ощущала чужого присутствия. Вероятно, всё было не так плохо — дух не захватил её мысли и сознание, как раньше, а лишь причинил физическую боль. С этим она справится.
— Со мной всё в порядке, — наконец ответила она. — С головой, я имею в виду, — добавила она, заметив, как Тесей быстро, но внимательно посмотрел на её пальцы.
— И всё же, — не сдавался Тесей. — Он не должен был причинить тебе такой вред. Это всего лишь обезвреженный дух.
Айза закусила губу. Она знала, конечно, знала. Но стоит ли рассказывать об этом Тесею?.. С другой стороны, он доверился ей, и она могла бы ответить тем же.
- Это... древняя история. Я же говорила тебе, что у меня более сильная реакция на духов, чем у большинства людей.
– Я заметил, — скупо отозвался Тесей, забинтовывая ей последний палец. После этого он встал и оперся на стол, складывая на нем же руки. Взгляда он не отрывал от Айзы. — Но ведь должна быть какая-то причина, да?
- Да, — наконец со вздохом сказала Айза. Она покрутила своими забинтованными пальцами, потом откинулась на спинку стула. — Я же говорила тебе, что у меня есть младший брат?
Тесей кивнул, но понимание на его лице пока не появилось. Айза отвела взгляд и уставилась в небольшое окошко, куда попадали последние лучи солнца. Скоро придется зажечь кристаллы и свечи. Перед ее взглядом стоял уже не кусок оранжево-розового неба, а такая же оранжевая, пожелтевшая трава.
- Коту тогда было пять. А мне тринадцать. В нашей деревне, знаешь, осенью работы хватает. Нужно и рожь жать, и собирать урожай, и смотреть за животными... Но меня обычно оставляли в доме — следить за Котом, пока мать занята. Лин и Тави доверять в этом нельзя — слишком они... — Айза не смогла сдержать легкой улыбки. — Энергичные. И обычно с ним оставалась я.
Айза помнила до сих пор, как это постоянно бывало — она брала Кота, и они вместе шли на луг за их домом. Он был заброшен, и им говорили не заходить далеко — потому что духи бродят, странствующие торговцы только и ждут шанса их украсть, а волки каждые несколько минут выходят из леса.
Вероятно, именно из-за этого нагромождения лжи, из-за этой ее башни, что мать Айзы возвела в попытке ее уберечь, она и проигнорировала все ее предостережения, потому что торговцев в Малых Жабках не было отродясь, да и леса, где могли бы прятаться волки, не было видно на долгие мили вокруг.
А духи... Что ж, тогда Айза считала, что это очередная выдумка матери.
- Мы сидели на поляне, и я отвлеклась всего на несколько минут. В самом деле, всего на несколько — я тогда впервые смогла наколдовать шарик в руке... — Айза отчаянно выдохнула. Эти маленькие шарики магии, которыми забавлялись все дети без исключения, до сих пор заставляли ее дергаться. — И Кот отошел от меня. Пошел посмотреть что-то в траве. Я не очень обращала внимания, мы же были там десятки раз раньше. Раньше всё было нормально. Но, видимо, из-за этого шарика... Из-за магии пробудился дух. Он там долго лежал — могилы уже давно не было видно. Вероятно, не меньше нескольких сотен лет.
Тесей совсем чуть расширил глаза. Конечно, теперь история совсем не казалась веселой. Вероятно, трудно представить что-то хуже, чем двух детей и свирепый дух, вдруг восставший на каком-то забытом капище.
- Что случилось дальше? — медленно спросил он, пододвигаясь к ней чуть ближе. Айза попыталась говорить дальше отстраненно, не углубляясь в то, что уже произошло. В конце концов, она уже ничего не могла изменить — только пожинать последствия.
- А как ты думаешь? — с горьким смешком отозвалась она. — Дух попытался захватить Кота. Он... чуть не умер. Вот тогда я попыталась сырой магией изгнать его, и... это, очевидно, не прошло даром.
Айза скривилась. Присутствие духов она всегда чувствовала хорошо — как ее отец, которому на дождь всегда ломило кости. Она чувствовала, потому что частичка того холода и до сих пор пульсировала в ее жилах вместе с кровью и магией — правда, после непонятных действий госпожи Серпик в гораздо меньшем количестве.
- Но как... как ты тогда вообще колдуешь?
Айза сжала губы. Об этом она тоже не любила вспоминать.
В то же время она понимала удивление Тесея — большинство людей после того, что сделала Айза, не смогли бы и искру извлечь из пальца, даже со всеми стараниями. Но ей повезло.
- Я и не могла сначала. Но следующей зимой подхватила лихорадку, и от жара оковы духа стали слабее. Магия вырвалась, чтобы помочь мне выздороветь.
Айза и представить себе не могла жизнь, в которой она не могла колдовать. Ее магия была столь же неотъемлемой частью ее самой, как руки, ноги или разум, и без этого она уже не была бы Айзой Можжевельник, а была бы кем-то другим и неизвестным. Так что Айза с радостью перенесла бы и три лихорадки, если бы это нужно было для того, или вернуть ее чары обратно.
А вот Кот... Ему лихорадка не помогла. Его, напротив, мать оберегала так истово, словно малейший ветерок мог его убить. Но в конце концов, где-то так оно и было.
- А Кот... Он заснул после этого и не просыпался. Мы пытались его разбудить три дня, и отец с матерью повсюду искали целителя.
Тесей заметил, что лицо Айзы заострилось, на нем появилось какое-то новое, жесткое выражение.
- И они его нашли. По крайней мере, мы так думали сперва, — она хрипло рассмеялась, и от этого звука у Тесея волосы на руках встали дыбом. Казалось, магия Айзы вокруг нее загустела, образуя странный защитный кокон.
– Он пообещал помочь Коту. Сказал, что мне уже повезло, что жива, а с магией могу попрощаться. Родители, конечно, поверили. А как было не поверить — он выглядел, как настоящий колдун, — Айза выплюнула это слово как настоящее ругательство. — Весь увешан талисманами, амулетами, а за спиной у него был целый мешок с травами и зельями. Одно из них он и дал Коту. Еще поводил над ним руками с амулетами. Сказал, что это приведет его в чувство, и что с ним всё будет хорошо. Он... просил много денег.
Айза сжала челюсть. Они жили скромно, но не бедно — тяжелая работа всегда вознаграждалась тем, что у них была вкусная еда на столе, подарки с ярмарки каждого сезона и лучшая одежда во всей деревне. Но после того, как колдун ушел, они остались ни с чем.
За одну ночь отец собрал у сочувствующих соседей сто пятьдесят золотых монет — сумму почти неслыханную для Малых Жабок. Но что весили деньги, когда речь шла о жизни ребенка? Конечно, ее родители поступили бы так снова, для каждого из них четверых, Айза это знала. Но от этого злость у нее под кожей не утихала ни на каплю.
- Нам пришлось отдать все красивые платья, скот, часть урожая и все деньги, что родители собирали на приданое мне, Лин и Тави — и все равно мы отдавали долги еще годы спустя.
Айза посмотрела в лицо Тесея.
- Ты, наверное, думаешь, что я сожалею о деньгах? Что мне все равно на брата? Это не так. Совсем не так. Но меня берет злость, ибо этот колдун — артефактор, пользователь талисманами и зельями, если позволишь, он обманул нас.
- Но ведь... Кот проснулся в конце концов, да? — спросил Тесей.
– Да, — отозвалась Айза. — В тот же день, поэтому мы и отдали всё тому проходимцу. Вот только он еле ходил, почти не говорил и был сам не свой. Он видел не нас, а одни только бредни, навеянные духом. Колдун убедил нас, что это пройдет через несколько дней. Этого не произошло. Кот до сих пор... сейчас он почти всё время в своем уме, но малейшее потрясение, малейший громкий звук возвращают его к бреду. И сейчас с этим уже ничего нельзя сделать. Когда мы смогли отыскать настоящего целителя, он сказал, что уже слишком поздно. И то же самое говорили и десятки других. Но если бы мы сразу нашли честного колдуна — если бы не отдали всех денег мошеннику, с Котом бы сейчас всё было бы в порядке, — Айза не смогла сдержать злобного вздоха, вырвавшегося из горла.
Тесей смотрел на нее полным сочувствия взглядом, и Айза отвернула голову. Она уже видела, что он собирался сказать. Вероятно, начнет убеждать ее спокойным, умным голосом, что то, что случилось с ней, ужасно, но она же не может презирать всех пользователей артефактов! И что ее родители были опрометчивы, что попались на крючок мошенника. Айзе приходилось слышать нечто подобное по крайней мере несколько раз — и все очень легко говорили о том, что ее мать с отцом должны были отказаться от единственной доступной помощи, пусть и непосильной для них, когда на кровати лежал без сознания едва дышавший Кот и одной ногой уже стоял в могиле.
– Мне очень жаль, — начал Тесей. Айзе казалось, что начал.
Но он почему-то ничего больше не говорил, только подошел к ней поближе и положил одну руку ей на плечо. По нему от этого жеста разлилось тепло, и Айза оторвала взгляд от своих забинтованных пальцев.
- Спасибо, — хрипло сказала она. — Это... старая история. Не стоит ее раскапывать еще дальше.
Тесей послушно кивнул. Еще несколько мгновений он стоял рядом с ней с сочувственно-скорбным лицом и, очевидно, не знал, как перевести разговор в привычное русло. У него были десятки вопросов, но он не решался их задавать, и Айза надеялась, что в ближайшее время он и не решится.
- Так что с перстнем? — в конце концов спросила Айза, стараясь говорить как можно энергичнее. Она бросила взгляд на стол, где кольцо лежало так спокойно, словно вообще не было проклято, и все последние события Айзе просто привиделись.
- Заточённый дух. Не знаю, должны ли мы его освободить и уничтожить, или просто сделать так, чтобы перстень можно было носить, как обычный. Это же не настоящая проклятая вещь. Возможно, кто-то погиб и добровольно решил заточить свой дух, так бывает на самом деле. Или же... или же это месть.
Айза вполне себе такое представляла. Однако не было, вероятно, ничего более жестокого, чем заключить человеческий дух после гибели в маленьком перстне, а он был уже старым, и Айза даже не могла представить, сколько времени дух там провел.
- Тогда, возможно, стоит спросить у владельца. И заодно вернуть все остальные вещи — их там много, и почти все действительно дорогие…
Айза оглянулась на ящик. Она надеялась, что на перстне все сюрпризы закончились, и больше их нечем было удивить.
- Хочешь прогуляться? — живо спросил Тесей. Айза кивнула еще до того, как успела обдумать эту мысль, и только тогда поняла, как она устала дышать запыленным воздухом, сидеть перед чужими вещами и ковыряться в хламе. Ей нужно было выйти на улицу.
- Сейчас посмотрим, кому принадлежат все эти вещи... Скажи мне номер ящика.
Тесей потянулся к полке, где стояли журналы — Айза была удивлена, что при всей общей неорганизованности в “Кривом бугре” кто-то вообще их вёл.
— Шестнадцать, — отозвалась она, переворачивая деревянный ящик. Больше ничего интересного в нём, похоже, не было — по крайней мере, магии Айза больше не ощущала.
— Посмотрим… — пробормотал Тесей, хаотично листая страницы журнала. Через несколько мгновений он хмыкнул, а потом повторил это.
— Что там? — спросила Айза, приподняв брови. — Чьи это вещи?
— Это… кажется, это перстень госпожи Серпик.