Впервые за долгих несколько недель с момента, как его взяли в плен и привезли в угрюмый таежный лагерь, Такаши заснул тревожным, обрывочным сном. Когда он услышал громкий крик конвоира:
– Эй, японцы, подъем!
Ему показалось, что проспал он от силы минут пять. Но он заметил, как просвечивает серое, осеннее небо в открытые ворота барака. Такаши поискал глазами ночного собеседника и, увидев, как тот, натягивает драные военные брюки, сам быстро встал с нар, наскоро застлал их дырявым колючим одеялом и пошел с молчаливой толпой к выходу.
Рока оказался прав, корявое толкование приказа начальства советским солдатом – переводчиком означало, что с этого дня их отправляют расчищать участок под новую ветку железнодорожных путей.
Тут – же их согнали по отрядам, из которых скомплектовали бригады по четыре человека.
В первый день Такаши шел до участка работ с некоторым любопытством, оглядывая окрестности. Но через несколько километров он понял, что не видит конца и края одному и тому же пейзажу, сначала захватившему его суровой красотой! Кедры и ели по тридцать метров в высоту, колючие кусты барбариса и рододендронов, они сплетались в почти непроходимые дебри, и их ветки больно хлестали по рукам и лицу.
Порой тайга становилась реже и прозрачней, и Такаши видел внизу, на другой гряде сопок яркие, красные и желтые пятна листвы, помеченные осенью. Иногда попадались кусты рябины и калины, и он на ходу снял несколько спелых, подмороженных ягод и ощутил терпко – кислый вкус сока, стекающего с его пальцев алыми струйками.
Мимолетно на глаза попались несколько крепких толстых подосиновиков с оранжево красной шляпкой. Когда ноги стали гудеть от долгого перехода к месту, Такаши услышал громкое рявканье конвоиров, сопровождавших их отряды:
– Всем стоять! Пришли!
Такаши послушно встал посреди небольшой поляны, во втором ряду за другими пленными солдатами, характеры которых успел изучить за несколько дней проверок в лагере.
Молоденький призывник японской армии, которого его товарищи звали Кио, испуганно моргал, озираясь по сторонам, мужчина лет тридцати пяти – видно бывший офицер, стоял с прямой спиной и почти не мигая смотрел на конвоира, за что и получил удар под дых и несколько отборных наречий:
– Чё, уставился? Зеньки на меня выпялил? Да я, таких как ты, столько в Манчжурии положил! И ещё рука не дрогнет!
Другие конвоиры одобрительно заржали:
– Петрович, ты чё! Может он хочет сделать сейчас харакири!
Смысл русских фраз, конечно, Такаши понять не мог, хотя Рока стоял в нескольких шагах от него, разговаривать, им было запрещено. Но по выражению лица своего нового знакомого, Такаши понял, что разговор конвоиров очень неприятный и злой.
Тот, кого звали Петрович, хотел, что– то ещё добавить, но на поляне, как из ниоткуда, возник командующий всего конвоя и заорал:
– Хорош, лясы точить! За работу!
Такаши и его бригаде, равно как и остальным быстро выдали ломы. И они сразу же приступили к делу. Перед Такаши возникла стена непробиваемой скалы, от которой нужно было откалывать глыбы камней, чтобы расчистить проход к предполагаемой просеке.
В первый день Такаши понял, что он попал в бесконечный ад! Лом, который он пытался вонзить в каменную цитадель, отлетал и выпадал из рук, под непрерывную ругань, их конвоир показывал ему, как следует действовать этим орудием. Такаши пытался, и снова, и снова, железо отскакивало от камня!
Не лучше получалось и у соседей. И Такаши слышал, громкие, отборные слова, которые резали слух. Рока, который на его счастье оказался в его бригаде, смахивая грязными руками струйки пота с лица, сказал ему:
– Злятся на нас, ругаются шибко…
Такаши хотел ответить, но получил удар по спине прикладом:
– Чё замер? Давай японец, скорей! Иначе дневную норму не выполним! Из–за тебя, бля к стенке еще поставят! Давай, поднажми!
С самого первого дня, когда вечером Такаши еле дополз до барака, его стала преследовать фраза, которую через месяц он успел выучить на русском и возненавидеть до глубины души: «Эй, ябонский, скарэ, скарэ!».
Каждый следующий день пленные, сформировавшимися унылыми отрядами, выходили в серое утро, чтобы через десять километров пути пешком по заиндевевшим таежным зарослям добраться до ненавистной скалы. Где с утра и до позднего вечера кололи камни.
Лом уже не вылетал из рук Такаши, его кисти превратились в одну сплошную железную мозоль, которая кровоточила и болела. Их дневная норма заготовки камней составляла один кубический метр на человека, в пересчете на бригаду из четырех человек – шестнадцать кубов. И если кто– то из бригады не справлялся, остальным приходилось делать работу и за своего товарища.
Такаши всё чаще и чаще помогал своему изрядно исхудавшему другу Роке. Он долбил вместе с ним и помогал Роке носить глыбы к обозначенному участку.
А вечером, падая от усталости, еле добредая до барака, Такаши заматывался в сырое одеяло и проваливался в бездонную яму сна.
Другие романы автора:
Роман «Бездна»:
https://www.litres.ru/book/nina-romanova-21075853/bezdna-68620645/chitat-onlayn/
Роман «Близнецы»:
https://www.litres.ru/book/nina-romanova-21075853/bliznecy-71764906/
#любовные романы #романы о любви #современный женский роман #романы для женщин #женские романы